Надежда Карпова – Травма отвержения: как жить, если вас не замечали (страница 3)

Ребёнок укладывает спать папу алкоголика. Папа улыбается: «Ты мое солнышко». Получил любовь.

Ребёнок приносит пятерку. Родитель хвастается успехами родственникам: «Мой учится на отлично без помощи». Получил признание.

Эти маленькие моменты складываются в большое послание: «Ты не важен. Твои чувства не имеют значения. Но если будешь стараться, мы тебя примем».

А ребёнок быстро учится, ведь его задача получить одобрение родителей любой ценой. Он перестаёт делиться чувствами или просить помощи. Потому что кто-то когда-то показал ему: его внутренний мир никому не нужен. Зато он знает, что умеет спасать родителей или достигать успехов.

Тихие послания приходят через отсутствие контакта.

Ребёнок ждёт маминого взгляда — она смотрит в окно. Ждёт папиной похвалы — он молчит. Ждёт объятий — руки остаются опущенными.

Это послание «ты не существуешь» — самое глубокое. Потому что оно говорит: тебя нет. Ты не заслуживаешь внимания. Ты не имеешь права занимать место.

Ребёнок начинает сжиматься. Становится меньше. Тише. Незаметнее. Он учится быть невидимым. Чтобы не напоминать о своём существовании. Чтобы не раздражать.

Детская психика работает просто. Если родитель не проявляет любовь — значит, я недостоин любви. Если родитель игнорирует меня — значит, я неважен. Если родитель раздражён — значит, я сделал что-то плохое.

Ребёнок маленький, мама — весь мир. И он не способен осознать: «Моя мама устала. Моя мама сама не справляется. Моя мама не умеет любить, потому что её никто не любил».

Ребёнок делает другой вывод: «Я плохой. Со мной что-то не так. Меня не за что любить».

Это искажение фактов. Логическая ошибка, которую совершают дети. Но эта ошибка становится убеждением, на котором строится вся дальнейшая жизнь.

Ко мне пришёл мужчина. У него был успешный бизнес, красивая жена, дети. Всё, что должно делать человека счастливым.

Вместо счастья была тревожность и напряжение. Он боялся каждого дня и ждал, что совершит ошибку. Что подведёт близких. Что однажды сделает что-то непоправимое — и тогда все увидят, какой он на самом деле. Он боялся, что в нём живёт предатель. И что однажды этот предатель выйдет наружу.

Мы начали искать корень.

Его мать постоянно говорила ему: «Ты как отец». Отец ушёл из семьи, когда мальчику было три года. Мать носила эту обиду всю жизнь. И транслировала её сыну.

«Ты как отец» — для неё это означало: ты тоже предашь. Ты тоже уйдёшь. Ты тоже ни на что не годен.

Мать видела в нём не его самого, а отца, которого ненавидела.

Он не видел в маме разбитую женщину, которая не справлялась с бытом и воспитанием и проецировала свою боль на него. Он не осознавал, что отец ушёл по не имеющим к ребёнку отношения причинам.

Он знал только одно: «Я как отец. Я плохой. Глубоко в душе я предатель и все об этом узнают. Я не достоин жены, друзей».

Это убеждение управляло его жизнью сорок лет.

А реальную свою сущность он даже не успел узнать, жил мировоззрением мамы.

Ребёнок получает послание и делает вывод. Вывод становится убеждением. Убеждение начинает управлять его жизнью.

«Ты мне жизнь испортил» «Я обуза».

«Ты как отец» «Я предатель».

«Посмотри на Иру» «Я хуже других».

«Не плачь» «Мои чувства не важны».

«Отстань, я занята» «Я никому не нужен».

Эти убеждения остаются с человеком на всю жизнь, звучат внутри и создают сценарии. Они заставляют ждать отвержения там, где его нет.

Первый шаг — увидеть эти послания. Понять, что они были и они не были правдой о вас. Они были правдой о ваших родителях. Об их боли. Об их ограничениях.

Вы не были обузой. Вы были ребёнком, который нуждался в любви.

Вы не были хуже других. Вы были ребёнком, которого сравнивали с другими.

Вы не были никому не нужны. Вы были ребёнком, которому не дали пространства принятия.

Со временем, через усилия и встречу с болью, эти убеждения можно изменить.

Потому что сейчас вы не ребёнок. Вопросы к родителям — до 18 лет. А дальше ваша жизнь — ваша ответственность. Вы взрослый человек, который может дать себе то, чего не дали родители. Вы можете сказать себе: «Я важен. Я имею право быть. Я заслуживаю любви».

Вы узнали о родительских посланиях, которые стали внутренними убеждениями. Теперь мы обратимся к самой невидимой травме — эмоциональному пренебрежению.

Глава 5. Эмоциональное пренебрежение — самая невидимая травма

Ребёнок растёт в доме, где есть еда, одежда, крыша над головой. Материальное присутствует — всё есть. Родители выполняют обязанности: водят в школу, покупают игрушки, следят, чтобы он был сыт и одет.

Внешне — образцовая семья, в которой никто не голодает и не мёрзнет. Но их внимание обходит стороной его внутренний мир, его переживания и страхи. Они отводят взгляд, когда он говорит, держат дистанцию, когда ему страшно, молчат о его стараниях, когда он приносит рисунок или пятёрку.

Это эмоциональное пренебрежение. Самая невидимая травма. Её трудно заметить со стороны, она не оставляет синяков, не требует вызова скорой. Но внутри остаётся глубокий след — ровно настолько глубокий, насколько долго он остаётся незамеченным.

Самая тяжелая травма у ребёнка формируется от игнорирования.

Всем рекомендую посмотреть эксперимент «Застывшее (неподвижное) лицо» (Still Face Experiment). Когда я показываю его клиентам, у многих текут слезы.

В 1975 году психолог Эдвард Троник попросил матерей на несколько минут замереть с каменным лицом, не реагируя на младенца.

Сначала ребёнок улыбался, гулил, тянулся. Потом плакал, звал. Когда мать продолжала молчать, он сдавался — отворачивался, замирал, впадал в апатию. При длительном «застывшем лице» ребёнок переживал крушение вселенной — переставал искать контакт, будто уходил в себя.

Этот эксперимент длился всего несколько минут. И даже за это короткое время ребёнок успевал пройти путь от попыток контакта до полного отчаяния и отказа от попыток.

А теперь представьте, что это длится не минуты, а годы. «Застывшее лицо» матери становится фоном жизни. Ребёнок понимает, что его усилия бесполезны, он никому не нужен и контакт невозможен.

Это и есть рождение травмы отвержения.

У ребёнка часто нет языка для описания своих чувств — внутри что-то происходит, но он не может это назвать, не знает, как именно.

Тревога, грусть, тоска, злость — всё смешивается в один тяжёлый ком, в пустоту. Это состояние называется алекситимия, когда человек с трудом распознаёт и описывает свои эмоции.

Он не может сказать: «мне страшно», «мне больно», «мне одиноко», — вместо этого: «я устал», «у меня болит голова», «всё надоело». Взрослый человек просто не знает описание чувств, да и родители не показывали пример.

Человек с алекситимией проходит тот же путь эмоции, но на каждом этапе происходит сбой. Сравнение нормального восприятия и алекситимии — в таблице 2.

Таблица 2. Путь эмоции при алекситимии

В атмосфере пренебрежения ребёнок учится одной вещи — читать других, становиться сверхчувствительным к настроению родителей, знать, когда мама злится, когда папа устал, когда лучше подойти, а когда — исчезнуть.

Это не врождённая эмпатия, это выученный навык, навык выживания, потому что его собственные чувства никого не интересовали. И теперь он продолжает это делать во взрослой жизни: всё ещё читает лица, интонации, паузы, знает, что чувствуют другие, но не знает, что чувствует сам.

Из этого вырастает негласный лозунг, который становится внутренним законом:

«Чужие потребности важнее. Другие люди важнее, чем я».

Он управляет каждым решением. Сначала — в детстве, когда нужно было угадать желание родителей, чтобы не рассердить их. Потом — в отношениях, когда своё «хочу» отодвигается ради чужого «надо». Потом — на работе, когда свои границы стираются перед чужими ожиданиями.

Этот лозунг становится фоном жизни. Он заставляет выбирать других снова и снова.

Развиваясь в атмосфере эмоционального пренебрежения, человек не узнает себя, свои потребности, желания, не знает, что ему нравится и что именно ему нужно.

Он умеет заботиться о других, угадывать желания партнёра, быть удобным, но не умеет заботиться о себе.

Ему трудно просить о помощи, трудно принимать заботу, трудно быть слабым, потому что в детстве его научили: его потребности не важны, его чувства не имеют значения, он должен справляться сам.

Поэтому один из шагов - работа с чувствами. Чтобы удовлетворять свои потребности, нужно их знать и называть другому.

Но есть и хорошая новость - в эксперименте Троника, когда мать снова «оживала» и возвращалась к ребёнку, контакт восстанавливался. Мозг ребёнка способен переучиваться. И наш мозг тоже. В этом — надежда всей этой книги.

Это упражнение поможет вам встретиться с той детской частью, которая ждала поддержки, и дать ей то, чего она не получила тогда.

Шаг 1. Вспомнить событие