Надежда Черпинская – Крошка Энни на краю света (страница 2)
– Ага… пока ветерком не унесло, или птицы не утащили.
Насмешки посыпались снова, теперь уже в сторону неведомого мастера Уайза.
Похоже, здешний люд имел не так много развлечений, и на сегодняшнем аукционе они не упускали возможности посмеяться от души. Толпа зашевелилась, озираясь и выискивая виновника веселья. Но тот по-прежнему не давал о себе знать.
– Мастер Джонатан, вы забираете свою невесту? – вновь подал голос наместник форта Лоу. Терпение явно не было его добродетелью. – Или уступаете своё право другому и отказываетесь от участия на три года?
– Джонатан, поспеши, сейчас всё про… – снова загоготал кто-то в толпе.
– Пусть отказывается! – перебив очередного насмешника, оживился черноглазый Даки. – Если Уайзу такая аппетитная малютка не по зубам, я готов забрать её себе. Эй, Харрис, отдайте её мне! Я готов внести триста картунов прямо сейчас, и ещё сотню сверху накину. Для казны форта лишним не будет…
Энни непроизвольно попятилась, словно боялась, что черноглазый стащит её с помоста, не дожидаясь позволения. Она, конечно, и этого странного Джонатана, который не спешил за ней явиться, в глаза не видела, но там хотя бы ещё оставалась надежда на что-то.
– Помолчи, Даки Эймс! – отмахнулся судья. – Ты не участвуешь сегодня в аукционе, и ещё три года не участвуешь… Так что милли Уайт, в любом случае, уйдёт сегодня не с тобой.
– Ну так… если этот цыплёнок всё равно никому больше не нужен, отдайте мне! – не унимался настырный Эймс, сверкая пугающими тёмными глазищами. – Я пригрею…
– Перебьёшься, Даки! – вдруг отчётливо раздалось неподалёку.
Первые ряды пришли в движение, пропуская кого-то ближе к помосту. Энни всё ещё не видела этого мужчину толком, лишь мелькавшую то и дело широкополую шляпу.
Поравнявшись с Даки Эймсом,
– Держи свои лапы подальше! Это моя женщина. Свою ты уже угробил.
Темноглазый ощерился, как цепной пёс, и прошипел с вызовом:
– А ну-ка повтори! Ты это на что намекаешь?!
Кажется, мужчины готовы были схлестнуться уже не только на словах, но тут в перепалку вмешался судья Харрис:
– Мастер Уайз, так вы берёте в жены милли Анну Уайт, доставшуюся вам по воле благих духов?
– Беру!
Он шагнул на первую ступеньку лестницы, поднял голову, и Энни, наконец, увидела того, кто только что стал ей мужем.
***
Мои дорогие, приглашаю вас в увлекательное путешествие на недавно открытый континент! Вас ждут приключения, любовь и щепотка чудес!
Однотомник
Добро пожаловать на край света!
Глава 1
Протяжный жуткий скрежет заставил Энни подскочить и замереть испуганно.
Да и не одну её. По гигантскому чреву корабля прокатилась дрожь, отзываясь в телах и сердцах всех обитательниц трюма.
Казалось, их уже ничем не напугать, но так только казалось.
– О, благие духи, мы что тонем? – охнул кто-то.
– Только бы не риф!
Женщины с тревогой вслушивались в страшные незнакомые звуки, вглядывались в полумрак.
Вот уже месяц Энни жила, как и все здесь, ориентируясь больше на звуки, чем на то, что видят глаза. Но такого она прежде не слышала.
Обычно сквозь толстые стены судна долетали только плеск волн, вой ветра, строгие приказы капитана, редкие перекрикивания матросов. О том, что происходило наверху, приходилось лишь догадываться.
Правда, изредка, по несколько человек, их выпускали из душного тесного трюма на палубу, и тогда она радовалась как ребёнок. Радовалась солнцу, что до боли резало глаза. Радовалась пронизывающему солёному ветру, что хлёстко бил в лицо и трепал волосы, мигом превращая её аккуратные светлые косы в клубок спутанных буклей. А больше всего Энни нравилось смотреть на море, такое огромное, немного пугающее своей мощью, но невероятно красивое, яркое, многоцветное, величественное.
Прежде она никогда не видела моря. Ей доводилось о нём только читать. И, конечно, она даже не представляла, что однажды придётся его пересечь и отправиться на самый край света.
Впрочем, Энни, вообще, прежде мало что доводилось видеть. Всю свою жизнь она провела в сиротском приюте, за стены которого воспитанниц выпускали редко. Так что теперь ей всё было в новинку. И, как выяснилось, к большей части того, что подкинула ей судьба и новая взрослая жизнь, она оказалась совершенно не готова.
Путешествие почти в месяц длиной в тесном трюме корабля было тем ещё испытанием. Даже в приюте жилось намного легче, а там воспитанниц точно не баловали.
Правда, в этом тяжёлом путешествии Энни хотя бы с чем-то повезло. Она обладала маленьким ростом, почти детской фигурой. То, что всегда расценивалось её окружением как недостаток, за что она получила прозвище Крошка Энни, здесь неожиданно стало её преимуществом. Анна, одна из немногих, могла свободно передвигаться внутри корабля, лишь чуть склоняя голову. В то время как большинство женщин предпочитало сидеть или лежать, ведь стоя, им приходилось сгибаться вполовину.
Но повезло Энни только в этом. Все остальные невзгоды ей приходилось терпеть наряду со всеми.
Больше всего досаждала даже не теснота и склоки, которые, естественно, не могли не возникнуть при таком скоплении народа, да ещё и женского пола. И даже не духота, влажность и ужасные запахи, которые вовсе не выветривались из трюма. Пожалуй, даже с унизительной необходимостью ходить по нужде на ведро, практически на виду у всех остальных, вышло смириться.
Но вот нехватка пресной воды и невозможность нормально вымыться удручала до слёз.
Пить, к счастью, им давали достаточно. Голодом тоже никто не морил. Некоторые попутчицы, правда, возмущались, что их кормят отбросами, которые невозможно есть, но Энни, привычная к простой еде, уплетала всё, что доставалось, за обе щёки.
Да и вообще, вопреки худшим опасениям, относились к ним здесь вполне сносно. Команда над ними не издевалась, даже жалела. Но условия на судне были самые примитивные, убогие, и это, к сожалению, никак нельзя было изменить.
Пополнить запасы в пути было негде. Потому мытье на корабле считалось роскошью, без которой можно обойтись. Той капли воды, что им выдавали для этой процедуры раз в пять дней, хватало только на обтирание влажной тряпкой. Постирать одежду тоже не представлялось возможным.
В приюте за чистотой следили строго. За пятно на платье или грязные руки можно было на два дня остаться голодной. Так что Энни привыкла мыться каждый день, пусть и в прохладной воде. Здесь же сперва опасалась, как бы при таком положении дел не наловить вшей или не подцепить какую-нибудь заразу.
Но капитан их судна, носящего гордое название «Король Виллмельгер», на этот случай предусмотрительно запасся бочонком с настойкой
Раз в три дня кому-то из женщин поручалось опрыскать этой горьковатой и едко пахнущей жидкостью весь трюм, а заодно и его обитательниц. Это спасало от паразитов и болезней, но добавляло ещё один не самый приятный аромат, к тем что уже ютились в тёмном чреве корабля.
Впрочем, и с этим тоже можно было смириться – уж лучше гадкая ксена, чем какая-нибудь неизлечимая хворь, которая могла бы разом погубить всех, кто плыл на «Виллмельгере».
Всё остальное, пожалуй, было почти терпимо. По крайней мере, сейчас, когда они провели в пути месяц и со многим свыклись.
Поначалу же было очень страшно и тяжело. Незнакомая обстановка, непонятные звуки, незнакомые люди вокруг – это заставляло всё время быть настороже, не спать, прислушиваясь к каждому шороху.
А больше всего ужасала мысль, что они так далеко от земли, вокруг необъятная бездна вод. Любая волна могла по своей прихоти пустить корабль на дно, и тогда все они сгинули бы без вести.
Пока об этом Энни думала намного чаще, чем о том, что им ещё предстояло, если «Король Виллмельгер» всё-таки дойдёт до таинственных земель Аттрики. Там в суровом далёком краю её наверняка ждало гораздо больше испытаний и опасностей, но думать о них пока было рано.
Хотя порой, лежа на своём месте и глядя на тёмные балки над головой, Энни болтала об этом с Эммой, свой попутчицей и подругой по несчастью.
Они познакомились уже здесь, на корабле, и даже успели сдружиться за этом месяц.
Эмма была чуть старше и гораздо смелее, так что прибытия в Новый Лоу ждала скорее с нетерпением и любопытством. Энни отчасти её даже понимала.
Как-то Эмма призналась, что прежде, в Лардлоу, зарабатывала на жизнь не самым пристойным для женщины способом, так что для неё Аттрика была шансом изменить жизнь, обрести мужа, семью, дом.
Энни тогда подумала, что на её месте тоже не отказалась бы от такой возможности – уж лучше умчаться на край земли и выйти за первого встречного, чем торговать с собой.
Как позже выяснилось, опять же благодаря болтливости Эммы, большая часть женщин, которых везли в Аттрику, занималась тем же
Король Виллмельгер Лоу III, по указу которого все они оказались на этом судне, разом избавился сразу от нескольких хлопот. Во-первых, обеспечил поселенцев в своих новых владениях жёнами, которых те давно уже требовали. Во-вторых, очистил степенный старый Лардлоу от распутных девиц и прочих неблагонадёжных особ, к примеру, осуждённых за мелкие преступления: уличных воровок, мошенниц, гадалок. В-третьих, избавил казну от расходов на убогих сироток, которых по достижению восемнадцати лет всё-таки поддерживали ещё какое-то время, пока те не выйдут замуж или не обзаведутся жильём и работой. Их пытались куда-то пристроить, а не просто вышвырнуть на улицу.