Надежда Чародейская – Территория компромисса (страница 3)

— Если будешь храпеть, — сказал он тихо, — я приду и закрою тебе рот подушкой. Доброй ночи, Соболева.

Он развернулся и ушёл в свою комнату, оставив её стоять в коридоре с открытым ртом. Через секунду хлопнула дверь его спальни. Потом щёлкнул замок. Она услышала, как он закрылся изнутри.

Алиса стояла в коридоре и смотрела на закрытую дверь. Сердце колотилось где-то в горле. Она не могла понять, что её злит больше: его наглость, его фамильярность или то, что она позволила ему вывести себя из равновесия за пять минут.

«Он — клоун, — подумала она, возвращаясь в свою комнату и закрывая дверь на защёлку. — Обычный напыщенный клоун в дорогом костюме. Просто не обращай на него внимания».

Она легла на кровать, укрылась пледом, хотя было тепло, и уставилась в потолок. Через стену она слышала, как он ходит по комнате, что-то перекладывает, открывает шкаф. Звуки были приглушёнными, но отчётливыми. Потом — тишина.

«Он лёг», — поняла она.

Алиса закрыла глаза. Перед её внутренним взором всё ещё стояла его улыбка. Та самая, с ямочками. И запах сандала и виски, который, казалось, пропитал воздух во всей квартире, хотя он был здесь всего полчаса.

«Я ненавижу его, — повторила она мысленно, как мантру. — Ненавижу его. Ненавижу».

Где-то в соседней комнате Макс включил музыку — тихо, едва слышно. Какая-то джазовая композиция с саксофоном. Медленная, томная.

Алиса натянула плед до самого носа и уставилась в темноту.

«Ненавижу», — прошептала она в подушку.

Но в глубине души она знала: это чувство было слишком ярким, чтобы быть просто ненавистью. Слишком живым. Слишком горячим.

Глава 3. Утро вечера мудренее

День второй. 07:03

Алиса проснулась от того, что кто-то включил блендер.

Звук был такой, будто в соседней комнате взлетает вертолёт. Она подскочила на кровати, натянула первую попавшуюся футболку и вылетела в коридор, готовая убивать.

На кухне стоял Макс.

Он был в одних серых тренировочных штанах и белой майке, которая обтягивала его плечи так, что Алиса на секунду забыла, зачем она сюда выбежала. Его волосы были влажными — он только что принял душ. Капелька воды стекала по шее и исчезала за воротником майки.

— Доброе утро, Соболева, — сказал он, не оборачиваясь. — Ты выглядишь как персонаж фильма ужасов. Хочешь смузи?

В блендере крутилась зелёная жижа, от которой пахло шпинатом и ещё чем-то неопределённо полезным.

— Ты разбудил меня, — прохрипела Алиса, щурясь от яркого света. — Я спала.

— А я нет, — весело отозвался он. — Потому что я встал в пять, сделал зарядку, пробежался по набережной и уже успел провести два звонка с партнёрами.

— И ты решил, что раз ты проснулся, то должен разбудить весь дом?

— Весь дом — это я и ты, — сказал он, наконец оборачиваясь и вручая ей стакан с зелёной жидкостью. — На, выпей. Ты злая, потому что у тебя низкий сахар. Это полезно.

Алиса посмотрела на стакан, потом на него, потом снова на стакан.

— Ты даёшь мне еду? Мы что, на пикнике?

— Не еду, а напиток. Пей. Ты нужна мне живой и работоспособной. Сегодня у нас первый день совместной работы. Мне нужны твои нейроны, а не твой скелет в пижаме.

Она хотела сказать что-то язвительное, но вдруг поняла, что он прав: она действительно чувствовала себя разбитой, а зелёный смузи выглядел странно привлекательно. Она взяла стакан, сделала глоток. Вкус был неожиданно приятным — мята, яблоко, немного имбиря.

— Неплохо, — буркнула она.

— Я знаю, — улыбнулся Макс. — Теперь иди приведи себя в порядок. Через сорок минут у нас первое совещание. Я подготовил презентацию по стратегии развития.

— Ты подготовил презентацию? — Алиса поперхнулась смузи. — Мы должны делать это вместе!

— Ты спала, Соболева, — пожал плечами Макс. — Пока я бегал и думал, ты дрыхла и видела сны о единорогах. Кто-то должен был начать.

— Я не сплю с единорогами! — возмутилась она.

— Я знаю. Ты спишь с розетками, — засмеялся он и, не дожидаясь её реакции, ушёл в свою комнату, оставив её стоять с наполовину выпитым смузи.

Алиса посмотрела в свой стакан, потом на закрытую дверь Макса. В груди закипала привычная смесь злости и… странного любопытства. Она снова поймала себя на том, что рассматривает его спину, его плечи, его влажные волосы.

«Прекрати, — приказала она себе. — У тебя есть враг. У тебя есть цель. Ты здесь работать, а не глазеть на его бицепсы».

Она ушла в ванную и включила воду на максимум, чтобы смыть с себя остатки сна и все глупые мысли.

Через час они сидели за обеденным столом, который выполнял функцию переговорной. Макс разложил свои бумаги — всё было распечатано, аккуратно подшито, с цветными диаграммами и маркерами.

Алиса пришла с одним ноутбуком и чашкой чёрного кофе.

— Итак, — начал Макс, щёлкая по экрану планшета. — Я проанализировал оба проекта. Твои «Медитаторы» — красиво, но нет монетизации. Мои «Крысы» — есть прибыль, но говённый UX. Нам нужно создать гибрид.

— Я знаю, — кивнула Алиса. — Я уже набросала концепт.

Она повернула к нему ноутбук. На экране была схема: красивые абстрактные линии, плавные переходы между экранами, но в центре — новый элемент. Анимированное колесо, но не с хомяком, а с абстрактной светящейся сферой, которая вращалась в такт дыханию пользователя.

— Убираем животное, — объяснила она. — Оно вызывает отторжение. Вместо него — геометрическая фигура, которая реагирует на пульс. Это и красиво, и даёт обратную связь. Пользователь видит себя, а не животное.

Макс нахмурился. Он смотрел на экран, но Алиса видела, что он не понимает. Он видел просто круглые линии.

— Это пусто, — сказал он. — Где статистика? Где кнопка «Поделиться»? Где реферальная ссылка?

— Это на втором экране, — терпеливо объяснила Алиса, переключая слайд. — Статистика будет появляться после первой тренировки. А кнопка «Поделиться» — только после достижения первого результата. Иначе пользователь не будет ничего постить, потому что ему нечем гордиться.

— Нелогично, — отрезал Макс. — Если мы не дадим кнопку сразу, мы потеряем органический трафик. Ты вообще понимаешь, как работают социальные сети?

— Я понимаю, как работает человеческий стыд, — жёстко парировала Алиса. — Если ты предлагаешь человеку поделиться чем-то, когда у него ноль достижений, он почувствует себя неудачником и удалит приложение. Я тебе уже говорила про негативные ассоциации!

— Ты живёшь в иллюзорном мире, Соболева, — Макс откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. — Ты думаешь, что люди хотят красоты. А они хотят… — он сделал паузу, — статуса. Денег. Признания. Кнопка «Поделиться» — это возможность сказать «смотрите, я крутой». И ты хочешь убрать эту возможность.

— Я хочу убрать фальшивую возможность, — упрямо возразила она. — Если ты дашь человеку кнопку, но ему нечем поделиться, он разочаруется. Если ты дашь ему кнопку только тогда, когда у него есть результат, он будет счастлив и вернётся снова.

— Это психология, — фыркнул Макс.

— Это дизайн, — ответила она. — Дизайн — это и есть психология, только нарисованная.

Они смотрели друг на друга. Тишина стала звенящей. Макс встал из-за стола и подошёл к кухонному островку, чтобы налить себе кофе. Алиса почувствовала, как напряжение нарастает.

— Знаешь что? — сказал он, не оборачиваясь. — Мне кажется, ты просто боишься, что я прав. Ты боишься, что твоя «красота» не работает без денег.

— Я не боюсь, — сказала она, сжимая кружку с кофе. — Я знаю, что работаю. Мои приложения — в топе по удержанию пользователей.

— В топе? — он обернулся, и в его глазах мелькнул опасный блеск. — У тебя два приложения. Одно — для вегетарианцев, второе — для тех, кто вяжет крючком. Это нишевые рынки. Их купили, потому что они красивые, а не потому что они прибыльные.

— Значит, по-твоему, красота не имеет ценности? — спросила она, вставая.

— Имеет, — усмехнулся он. — Как десерт. Ты ешь основное блюдо — деньги, а на десерт — красота. Но если ты подашь один десерт без еды, ты умрёшь с голоду.

Алиса почувствовала, как внутри неё закипает та самая белая ярость. Она уже не контролировала себя. Она сделала шаг вперёд, размахивая руками, чтобы доказать свою правоту.

— Ты не понимаешь! Дизайн — это не десерт! Это часть основного блюда! Без него еда невкусная, и люди уходят к тому, у кого красивее!

— Алиса, прекрати размахивать, — сказал Макс спокойно, но она уже не слышала.

Она сделала резкий жест рукой, чтобы подчеркнуть свои слова, и в этот момент её пальцы задели край чашки с горячим кофе, которая стояла на краю стола.

Чашка покачнулась.

Макс успел выставить руку вперёд, пытаясь спасти ноутбук, но было поздно. Чёрная горячая жидкость пролилась прямо на клавиатуру. Ноутбук зашипел, экран моргнул и погас.

— Твою мать! — вырвалось у Алисы.