Надежда Борзакова – Любимая для Грома (страница 14)

Мужчина с силой схватил ее за запястье и, дернув к себе, наклонился к лицу, зло оскалившись.

- Я тебе что сказал, сука? М? Чтоб ты потерялась нахрен!

Тихо, очень тихо, проговорил. А по коже мороз. Если б заорал, и то было бы, наверно, не так страшно.

- Мудак! Ублюдок, - зарыдала Каролина. - Да как ты мог променять меня на эту дешевку? Ненавижу...

Превращение зрелой и холеной, обеспеченной красавицы в истеричную зареванную тетку с лексиконом девушки низкой социальной ответственности всегда выглядит противно. И жалко, да.

Она была жалкой как всякая женщина, не уважающая себя настолько, чтоб терпеть недопустимое. Чтоб унижаться вот так.

И когда Дмитрий чуть ли не за шкирку выволакивал ее прочь, я не испытывала удовольствия. Не чувствовала своего триумфа. Мне просто было ее жалко.

Хрипло выругавшись, Влас запустил пальцы в волосы на макушке. Я плюхнулась в свое кресло, стараясь не прикусить язык отбивающими чечетку зубами. Рвано вздохнула дважды, и только в третий раз получился более-менее нормальный вдох-выдох. Сердце стучало, как сумасшедшее. Хотелось плакать, но слез не было.

В двери повернулся ключ, Влас нас запер. Подняв взгляд, наткнулась на его полубезумные серые глаза. Влас тяжело дышал раздутыми ноздрями, выдыхая сквозь стиснутые зубы. На слегка заросших скулах играли желваки. Руки были сжаты в кулаки так, что побелели костяшки. Под рубашкой напряглись мышцы, натягивая ткань.

Страшно?

Я не знала, что чувствую.

Он двумя шагами оказался рядом. Я замерла, ожидая, что он сейчас меня схватит, свалит на пол.... Не знаю, что сделает. Вспомнилось начало той нашей первой ночи, когда он озверел от вожделения.

Но мужчина развернул мое кресло к себе и опустился у моих ног на корточки. Надсадно дыша, положил на подлокотники тяжелые руки. На бычьей шее колотилась жилка.

- Что скажешь? - севшим голосом проговорил, глядя куда-то в район моего живота.

Я протянула руку и провела по его волосам.  Спустилась к щеке, и мужчина прижался к моей ладони.

- Раз уж твоей охране возле меня быть надо, то может пусть один внутри сидит?

Искреннее удивление на суровом лице выглядело почти забавно.

- Ну, вдруг следующая придет со стаканчиком кислоты или пистолетом?

Сказала максимально беззаботно и весело, хоть душу острыми когтями начали драть кошки.

Влас поднялся. Зло посмотрел. Так, словно это я в чем-то виновата. Хотя, а кто вообще виноват? Кто и в чем, учитывая, что мне ничего не обещали? А предлагали и вовсе исключительно деньги.

Предлагали стать новой Каролиной.

- Не будет следующей. Но, охранник в студии хорошая идея. Другие будут, не эти.

Не будет следующей. Глупое сердце зацепилось за эти пару слов и радостно застучало.

- Почему?

- Потому, что не справились.

- А что они должны были делать, увидев ее? Сразу вытолкать за двери? - хмыкнула я. - Ее! Серьезно?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я выпрямилась, заглядывая в его глаза. Положила ладони на грудь, гладя твердые рельефы. Влас обнял меня.

- Не наказывай их. И ее. Пожалуйста, - и, помедлив, решилась. - Это очень-очень больно, когда...

- Теряешь источник бабла? Так я ей оставил. До конца дней хватит.

- Похоже, не в этом дело...

- Не суди по себе, - небрежно бросил.

Напрягся. Так, словно...

- Ты не поймешь.

Я оплела его торс руками и положила голову на грудь. Вдохнула поглубже мужской запах.

Что ты ждал, Влас? Истерику и обвинения? Требования что-то пообещать? Вопросы о том, кто я...

О, как бы я этого хотела. Услышать о любви. Услышать, обещания, в которых слово «всегда». Но я промолчала. Потому, что, слыша это много раз, получала в итоге совсем другое. Потому, что скупые слова, сказанные Власом невзначай, эти его взгляды, касания...казались большим. Но, если только казались, тогда смысл спрашивать, чтоб услышать ложь?

Дрожь прошла. Я отогрелась в сильных руках сама и отогрела их обладателя. Каменные мышцы расслабились, сердце застучало тише у меня под щекой. Он успокоился? А я?

Глава 16

- Она не поедет? - задав этот вопрос, я почувствовала себя полнейшей идиоткой. Но на лице Андрея не появилось раздражения. Оно осталось спокойным и доброжелательным. Хотя, может все дело было в том, что этот парень в принципе всегда выглядел таким из-за светлых ресниц, веснушек на носу и рыжеватых кудрявых волос.

- Двигателю капец. Надо в сервис.

- Вечером отгоним, сейчас времени нет, у меня съемка.

- Да я наберу...

- Не нужно! - перебила я. - Я сама. Если поможете. Ну, прицепить и...

- Конечно. Едем?

- Ага.

Он открыл мне заднюю дверь их «мерса» и я забралась внутрь. Дорогой кожаный салон и запах... Денег, обеспеченности, уверенности в будущем. В такой машине, с личным водителем, с охраной чувствуешь себя особенной, да. Но она не способна заменить мне Облачко. Мою первую и единственную машинку, на покупку которой я копила несколько лет, которую, как могла, обслуживала и любила по-настоящему. Так, как любят вещи, которые с тобой долгое время, в которых ты переживал важные для себя моменты, которые хранят память о том, каким ты был.

Конечно, я спокойно могла просто поставить ее на парковку и ездить на «мерсе» с парнями. Всем было бы проще. Но это значило принять бытность той, кем я не хотела становиться. «Девочкой», которой дали поездить на крутой тачке с охраной в обмен на... А так присутствие охранников было исключительно желанием Власа, с которым я согласилась.

Двигатель. Мамочки! Это сколько же денег? Где их взять, если я все потратила на долбанный телефон, салоны-маникюры, косметолога, шмотки... А-а-а!

Заказчица-начинающая, но уже претенциозная инста-моделька, при виде тачки чуть не уронила челюсть. В ее голове не складывалось, откуда у фотографа средней руки нашлись такие бабки и зачем охрана.

Ладно.

Отщелкав все ее пять «луков» в практически одинаковых томных позах-трижды безуспешно попытавшись их поправить, я забила-вернулась в машину к истекающим слюной парням.

- У меня есть ее номер, если нужно.

В ответ оба стушевались, пробормотав что-то невнятное.

Остаток дня был убит на обработку и мелкие дела в студии. Лето. Конец июля. Отпускной период. Фото на документы, ксероксы и прочее мало кому нужны.

Я созвонилась с автосервисом, записалась на пять вечера. Закончив работу, отвезла туда машину. Точнее, ее отбуксировал туда черный «мерс». Обомлела, когда мне озвучили стоимость «капиталки» двигателя. Здравствуй, кредитная карта!

Решив пострадать об этом позже, вернулась домой и принялась готовиться к свиданию с Власом. Душ, укладка, легкий макияж. За месяц, что мы вместе, я выучилась: а) всегда быть максимально при параде, потому что Влас часто приезжал внезапно; б) собираться «в заведение» в кратчайшие сроки.

Шелковое платье на тонких бретелях ярко-красного цвета плавно струилось до щиколоток. Стоило оно как раз половину стоимости капиталки, но я не жалела о покупке, представляя взгляд Власа, когда его надену.

В его глазах был тот же огонь, что и в первые ночи. Тот же неистовый голод, который словно вообще невозможно утолить.

Под платье только трусики, бюста оно не предусматривало. Кружевные. Влас дарил мне белье «для себя», дарил платья «хочу его с тебя снять». Я могла бы сама ничего не покупать, да и вообще... Но!

Звонок в дверь. Не успев надеть шпильки, я поскакала открывать босиком.

- Твою мать, - выдохнул Влас при виде меня.

-Не нравится?

А он шагнул в квартиру и захлопнул дверь. Прижал меня к стене, и я подняла голову навстречу губам. Глубокий поцелуй зажег во мне огонь. Когда сильные руки мужчины скользнули по бедрам, задирая платье, я почувствовала горячую пульсацию внизу живота. Быстро, так быстро. Я для него готова всегда так...

Задрав подол до талии, Влас развернул меня спиной. Со стоном прижался бедрами к моим ягодицам, скользнул рукой в трусики. Второй собрал волосы и убрал их с шеи, чтоб добраться губами к коже.

Уткнулся в изгиб, жадно целуя и кусая. Пальцы рисовали зигзаги у меня между ног, заставляя стонать от вожделения. Ноги подкашивались, распластанное по стене тело трепетало.