реклама
Бургер менюБургер меню

Надежда Борзакова – Девушка брата (страница 37)

18

Тосты, прочитанные с картонок в микрофон и прогремевшие на весь зал из мощных динамиков, спрятанных под отделкой. Разговоры в промежутках со всеми сразу. Общие фотографии — я умудрилась держаться от Глеба подальше на каждой так же, как и избежать вальса. Попытки не снести чей-то смартфон, зависший на палке для селфи. Собственные сториз — не выкладывать нельзя никак.

К счастью, Шаламов к нам больше не подходил, но Влад все равно держался так, будто готовился броситься в драку и спрашивал, все ли у меня в порядке. Чувствовал, что боялась? Скорее всего.

Нелли сменила платье на вторую часть вечера. Это было гораздо удобнее — пудрового цвета бюстье а-силуэта, тоже до пола, но не такое пышное и без шлейфа. Но выглядела она так, что хотелось ее обнять.

Глеб принялся общаться с друзьями и партнерами, с головой уйдя именно в это, будто пребывал не на собственной свадьбе, а на чужой. А, улучив момент, когда Влад отлучился в уборную и я, за неимением хоть каких-то вариаций приятельниц осталась одна, телепортировался ко мне.

— Смотрю, тебе нравится праздник. Хочешь, скину контакты организатора? Ну и финансово помогу, если Владу денег не хватит?

— Глеб, вот зачем, а? Просто расскажи, зачем? — я отпила воды из бокала. — Ты сам захотел жениться на Нелли! Сам. Так зачем издеваешься над ней? Каплю милосердия прояви, ведь она любит тебя.

— Она? — скривился он, — она любит свои понты и мои понты, замужество раньше подружек и фамилию Сазонов. И ради этого стерпит все. Хочешь, проверим? Нахрен ее пошлю, а…

— Прекрати!

— Нел…., - я вцепилась в его рукав, вытаскивая из зала.

— Что с тобой не так?!

— А что? — заржал он. — Ты же любишь придурков! Вот я и кошу под такого…

— Тебе косить и не надо, — произнесла, а он дернул меня на себя, намереваясь впиться в губы, но я успела отвернуться.

— Глеб, отпусти! — изо всех сил вырывалась.

— Сазонов, отпусти жену брата! — голос, раздавшийся совсем рядом, походил на змеиное шипение.

Прислонившись к стене, со стаканом с виски в руках, на нас смотрел Шаламов.

— Сейчас же!

Воспользовавшись возникшим замешательством, я выскользнула из рук Глеба, отскочила от него.

— Благодарю Вас.

— Вы б не лезли не в свое дело, м?

— Дама сказала «нет», а значит это — мое дело, — произнес Шаламов, сверля Глеба взглядом.

Увидев спешащего к нам Влада, я тысячу раз пожалела… Додумать, о чем именно, не успела.

— В чем дело? — почти прорычал, приблизившись.

— Да все хорошо, дорогой, — сладко улыбнулась я, как можно незаметнее пытаясь отделить его собой от остальных. — Стало душно, и твой брат вывел меня из зала, а Денис справился о самочувствии. Но уже все хорошо, давайте вернемся обратно?

Теперь он узнал. Узнал, что между братьями из-за меня война, что у Сазоновых далеко не все гладко. Крепость, какой бы она ни была, расшатать проще, если в защитниках нет согласия. И все из-за меня.

— Настя, что случилось? — прошептал Влад, уведя меня танцевать.

— Этот придурок хотел устроить спектакль, я вытащила его из зала, а он пристал, и Шаламов это увидел, — я вцепилась в лацканы пиджака Влада. — Такой вроде как рыцарь, заступился.

И, видя, как наливается яростью, устремленный на Глеба взгляд Влада, встряхнула его.

— Влад, он знает! Теперь он знает, что вы враги. И может использовать это!

Влад обнял меня, прижал к горячей груди. Поцеловал в волосы и прошептал:

— Пусть знает, и пусть планирует, что хочет. Я все равно узнаю раньше, чем что-либо предпримет. Скорее всего.

Я поймала его взгляд. Влад медленно кивнул.

Глава 59

В тот вечер больше ничего не случилось. Мы доиграли свои роли до занавеса. А нервозность от моей оплошности померкла перед надеждой. На то, что у Влада все получится. Ведь если его человек попадет в окружение Шаламова, то…

Думать я боялась, что уж и говорить о радости. Слишком рано!

Я начала сотрудничество с брендом, и теперь в студии склад разномастной спортивной одежды. Мне предстояло в ней фотографироваться, в ней записывать новую программу, план которой уже вырисовался в голове, ну и самое приятное — получать за все это солидный кеш и посещать различные эвент-мероприятия.

Глеб укатил на две недели в свадебное путешествие, откуда регулярно постил счастливые фото и сториз в обнимку с Нелли, укрепляя сохраненную, к счастью, легенду о том, что все у них хорошо.

Но его поведения я, хоть убейте, не понимала. Столько времени прошло, причем в относительной тишине, и вот опять? Как обострение психоза, что ли? Так еще не весна.

Она, кстати, не спешила вступать в свои права, потому мокрый снег «радовал» почти каждый день.

И, хоть в Париже, в который мне нужно было слетать на два дня, было тепло и солнечно, да и я мечтала увидеть этот город всю жизнь, без Влада туда не хотелось. Без него не хотелось вообще никуда…

А он никак не мог полететь со мной — дела. Хорошо хоть месячные начались именно перед поездкой. Когда вернусь, уже можно будет заниматься сексом, ведь они у меня недолгие.

Упрекнув себя, что не сосредотачиваюсь на работе, о которой всего-то год назад и не мечтала, я взялась собирать вещи.

Влад отвез нас с Ваней в аэропорт вечером. Напряженный, скованный, было видно, как ему не хотелось меня отпускать, но муж ни слова не сказал против. Даже учитывая, что полечу я с парнем. Да, ревновать глупо, да, он младше, да, мы коллеги и еще очень и очень множество всяких «да», но со стороны Влада с его ревностью — это подвиг.

— Набери, как сядешь в самолет и как приземлишься, хорошо? — попросил, оторвавшись от губ.

— Я не хочу уезжать, — призналась ему.

— Я тоже не хочу, чтоб ты уезжала, — он прижал меня к груди, жадно прошелся руками по спине, сминая ткань пальто. — Но, Настя, ты много сил вложила, через многое переступила в себе, чтоб получить эту работу. Наслаждайся!

Объявили начало регистрации на рейс, и пришлось нам уйти. На глаза наворачивались слезы, хоть как себя не корила, что зажралась, а все равно каждой клеточкой ощущала смысл фразы «расставание — маленькая смерть».

— Насть, не грусти, а! — попросил Ваня. — Смотреть больно. Лучше сосредоточься на работе, м? Время пролетит, не заметишь.

Прислушаться к нему вышло, только когда мы погрузились в дурманивший водоворот ночного Парижа в сопровождении приятной девушки по имени Виолетт, встретившей нас и понимающей русский язык.

Из окна отеля была видна Эйфелева башня, интерьер номера был идеальным фоном для фото… Нужно все это использовать!

Договорившись поспать только три часа, мы с Ваней разошлись по номерам. И уже в шесть утра, наскоро перекусив, приступили к съемкам.

Поскольку мероприятие было только вечером, а погода была идеальной — десять градусов тепла и солнечно, разнообразного контента мы успели отснять столько, что можно в принципе месяц не заморачиваться.

Да, к вечеру валились с ног и кофе с круасаном, съеденные утром, стали единственным моим питанием на весь день, но какая разница?

Жаль, я не знала достаточно хорошо английский и, тем более, французский. Поставив в голове пунктик пойти на курсы, я прилипла к Виолетт.

Пообщавшись с ее помощью со всеми «нужными» людьми, получив всю информацию и новинки коллекции в подарок, проведя прямую трансляцию в Instagram, наснимав сториз и выложив фото с мероприятия, чем рисковала нарваться на нагоняй от Вани, если ему не понравится моя обработка, я доползла до номера и вырубилась.

Проспала, правда, только четыре часа. Поболтала с Владом, стараясь не хлюпать носом от того, как сильно соскучилась, и, разбудив Ваню, приступила к работе.

Посетив еще один эвент, мы успели поснимать лайф-фото в городе, прошвырнуться по магазинам и, наскоро упаковавшись, уехать в аэропорт.

Влад встречал меня в вестибюле в окружении охранников. Мы бросились навстречу друг другу, и он закружил меня, жадно смяв поцелуем губы.

— Последний раз без меня летаешь, — пророкотал оторвавшись от моего рта. — Я чуть не сдох без тебя.

Как я его понимала.

Они с Ваней пожали друг другу руки, и тот, попрощавшись, направился к такси.

Когда мы сели в машину, муж усадил меня на руки и, широко улыбнувшись, проговорил.

— Лучший друг получил работу мечты, прикинь!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 60

Изумрудные глаза Аллы сияли от восторга, напоминая океан в Пунта-Кане на закате.