Набокова Юлия – Разыскивается незнакомка (страница 48)
- Вадик, ты где?! – вскрикнула Анна, почуяв неладное.
Сын показался из-за елки, с виноватым видом шмыгнул носом.
- Мам, ты только не ругайся…
- Вадик! Немедленно объясни, что здесь происходит! - Анна шагнула к сыну и почувствовала, как земля уплывает из-под ног. Еще секунда – и она лежала рядом с Иваном и Полиной. И тоже беспомощно барахталась, натыкаясь ладонями на какую-то скользкую и липкую гадость, облепившую весь пол. А ведь еще утром Анна намыла его к приходу Деда Мороза!
- Анечка! – кинулся к ней супруг, тоже поскользнулся и упал
- Вадик! – вскричала Анна. – Что ты тут натворил?
- Что-что… - Мальчик бочком подошел к ним и виновато взглянул на поверженных взрослых сверху вниз. – Я всего лишь катался на желе.
Иван лизнул пальцы с красной слизью и облегченно рассмеялся:
- Точно, желе! Вишневое!
Ему наконец-то удалось найти точку опоры, не измазанную скользким, и сесть. Он поднялся сам и помог Полине.
Супруги Пичугины, кряхтя и ругая сына, тоже встали на ноги.
- Все целы? – Анна с тревогой оглядела супруга и гостей.
- Вроде, - ответил за себя Иван и взволнованно взглянул на Полину.
- Я в порядке, - кивнула она и с изумлением уставилась на пол.
Только теперь все взрослые заметили, что от елки к порогу через всю гостиную тянулась блестящая прозрачно-вишневая дорожка. Именно по ней так быстро и легко скользил табурет, на который запрыгивал находчивый Вадик.
- Мое желе! – простонала Анна Пичугина, которая с утра приготовила целую вазу лакомства, чтобы угостить им гостей. – Вадик! Это же надо додуматься!
- Папа сказал, что на горку мы сегодня не пойдем, потому что ждем Деда Мороза, - объяснял мальчишка. – А я случайно уронил вазу с желе, когда доставал из холодильника, поскользнулся…
- И решил устроить горки дома, - хмуро закончила Анна и набросилась на мужа: - Ты почему Вадика одного оставил? Обещал же следить за ним, пока я в парикмахерской!
- Да я всего на полчаса отлучился, за сигаретами, - оправдывался Алексей.
- Курить вредно! – серьезно сказал Иван. – Можно и ноги переломать!
Взрослые рассмеялись, а Вадик с улыбкой заглянул в глаза родителям:
- Значит, вы не будете меня ругать?
- Буду тебя воспитывать! – заявила Анна. – А ну быстро бери тряпку и исправляй все, что натворил.
Вадик послушно умчался куда-то в глубь квартиры. Родители решили, что за свою шалость мальчик должен быть наказан, и впервые за два дня работы Дедом Морозом Иван не подарил ребенку подарок.
- Подарок заслужить надо, - объяснил он притихшему Вадику на прощание. – Веди себя хорошо, слушай родителей, не катайся на желе – и тогда через год я исполню твое желание.
- Избаловали мы сына, - покачала головой Анна, проводив Царева и Полину и вернувшись в гостиную. Вадик ползал на корточках по полу и усердно отчищал желе – наказание скорее было для него очередной игрой. - Сегодняшняя его выходка превзошла все предыдущие, этого с рук спускать нельзя.
- Я с ним поговорю. Знаешь, Ань, - муж обнял ее за плечи, - Вадик таким растет, потому что он у нас один.
- И что ты предлагаешь? – Анна несмело подняла глаза на мужа. Она давно мечтала о втором ребенке, дочке – милой и послушной.
- Подарить ему сестричку. Или братика. – Алексей порывисто притянул ее к себе и горячо шепнул: - Я уложу его спать. А ты меня дождись, хорошо?
Анна счастливо кивнула. Алексей увел сына в детскую и закрыл дверь, а она приняла душ, надела соблазнительную шелковую сорочку и стала ждать, прислушиваясь к голосам сына и мужа через стенку.
Наконец воцарилась тишина, тихонько скрипнула половица в коридоре. Анна улыбнулась, представляя, как Алексей на цыпочках крадется по коридору, чтобы не разбудить сына. Дверь спальни приоткрылась. Она приподнялась навстречу мужу… и торопливо натянула одеяло до подбородка.
На пороге стоял сын в пижаме, в руке он держал плюшевого динозавра, в озорных глазах не было ни намека на сон.
- Мам, папа уснул. А мне что-то не спится. Почитаешь мне сказку?
А это будет непросто, подумала Анна, подарить ему братика или сестричку.
- Вот уж не ожидал, что Дед Мороз – такая опасная профессия! – сказал Иван, когда они с Полиной сели в машину. – Еле ноги унесли.
- А представьте, каково родителям! – Полина озорно улыбнулась. – Теперь понятно, почему его мать все время вызывают в садик, а отец как-то пришел на работу с накрашенными ногтями. Он потом бегал по всему офису и спрашивал у женщин жидкость для снятия лака.
- Мы еще легко отделались! – перевел дух Иван.
Он чувствовал себя так, словно невредимым выбрался из опасного сражения.
- А вы в детстве, конечно, были примерным сыном? – Полина бросила на него любопытный взгляд.
- Всякое бывало, - признался Иван, с улыбкой припоминая свои шалости. – На желе, конечно, не катался, но как-то муку по всей кухне рассыпал, обои новые разрисовал… Как тогда мама сокрушалась! Они с отцом за этими обоями целую ночь в очереди стояли, такой дефицит в те годы был. А отец меня защищал. – Иван помрачнел – вспомнил о затянувшейся ссоре с отцом.
- Что-то не так? – Полина мигом почувствовала перемену в его настроении, а Ивану захотелось поделиться с ней наболевшим.
- Мы с отцом уже три дня не разговариваем… Поссорились, и Новый год впервые будем встречать порознь.
- Надо помириться, - убежденно сказала Полина. - Новый год же! Все ссоры нужно оставить в старом году, чтобы в Новом году не было никаких обид.
- Вы так считаете? – Иван задумчиво взглянул на нее. – Знаете, Полин, моя мама говорила так же. Я уже и забыл об этом. А вы сказали – вспомнил.
- Помиритесь с отцом, Иван Андреевич, - посоветовала Полина.
А Иван подумал, что его мама этого бы хотела. Наверное, если она наблюдает за ними из лучшего мира, ей очень горько от того, что ее муж и сын не разговаривают друг с другом накануне самого семейного праздника в году, а в гостиной стоит не наряженная до конца елка.
- Полина, поможете мне нарядить елку? – вырвалось у него. Секунду спустя, глядя в удивленное лицо Полины, он подумал, что это неудобно – приглашать ее к себе домой, что уже поздно – почти девять вечера, что девушка и так устала за этот безумный день, чтобы помогать ему навести порядок в его жизни. Он уже хотел махнуть рукой и сказать: забудьте, глупости!
Но тут на лице Полины расцвела улыбка, способная обогреть целый мир.
- Конечно, Иван Андреевич. Наряжать елки – это мое самое любимое занятие на свете.
42
Пока Арину гримировали, она в мечтах представляла себя на большом экране. Вот появляется она такая красивая и неотразимая, как девушки из «Comedy Woman», играючи шутит – и весь зрительный зал на кинопоказе покорен. Если повезет, ее эпизодическая роль даже затмит главную! А после премьеры Арине только останется собирать визитки продюсеров и выбирать, кому отдать предпочтение и в чьем фильме сниматься.
- Долго еще? – Она нетерпеливо заерзала на табурете.
Неразговорчивая гримерша уже довольно долго колдовала над ее лицом, но Арине оставалось только гадать о результате. На столике у зеркала, лицом вниз, по-прежнему сладко посапывала Кузякина, поэтому гример посадила Арину на табуретку спиной к зеркалу, и своего отражения она не видела.
- Потерпи. У Синеглазки сложный грим, - гримерша сосредоточенно замахала кисточкой у нее под глазами.
- Что, синяки? – испугалась Арина. Ей казалось, что она выглядит свежо, как майская роза, и консилер под глаза ей пока ни к чему.
- Синяки, - озабоченно кивнула гримерша.