Набокова Юлия – Разыскивается незнакомка (страница 47)
Арина вернулась на площадку, где Гремиславский уже беседовал с исполнителем главной роли. Да это же сам Влад Серебров! Арина во все глаза уставилась на любимого актера. Если ей повезет, то сегодня с ним будет сниматься она, а не неудачница Кузякина. Надо только набраться терпения…
Ее ожидания оправдались сполна. Грим затянулся, а когда пятнадцать минут спустя Гремиславский потребовал на площадку Синеглазку, явилась бледная гримерша и нервно сообщила, что актриса уснула прямо в гримерке и она никак не может ее разбудить!
- Ну так я разбужу ее сам! – Режиссер с ревом раненого слона пронесся в гримерку, за ним помчались любопытные, к которым примкнула и Арина.
Заглядывая через чужие головы, она видела только спину Кузякиной. Актриса распласталась на столике перед зеркалом и сладко посапывала.
Гремиславский, как ни ревел и ни тряс ее за плечи, так и не смог ее добудиться и в сердцах столкнул со стола пустой бумажный стакан из-под кофе. Без сахара и корицы, победно улыбнулась Арина, но со снотворным порошком. Не обманули в аптеке, куда Арина заглянула после кофейни. Одного пакетика было достаточно, чтобы быстро заснуть. Но Арина для надежности добавила два – чтобы Кузякина не проснулась раньше, чем закончится съемочный день.
- Она все время грима постоянно зевала, - виновато бубнила гримерша. – Кофе выпила, чтобы взбодриться, но что-то не помогло…
- Да вы издеваетесь? – взвыл Гремиславский. – Сначала опоздала, потом заснула пьяным сном. Рита, кого ты мне подсунула?! Где Рита? – Он грозным взглядом обвел толпу в дверях, и всех как ветром сдуло
Теперь ее выход, улыбнулась Арина. Риту она нашла по запаху сигарет. Помощница режиссера сидела на черной лестнице и с несчастным видом дымила, стряхивая пепел в пустой стаканчик из-под кофе.
- Он меня убьет, - угрюмо сказала она. – Это же я ему Кузякину привела.
- Не убьет. – Арина присела рядом, взяла протянутую сигарету, с наслаждением затянулась. Иван не любил курящих, и ей приходилось скрывать свою привычку, но сейчас он далеко. И вообще пусть идет лесом, если она станет звездой – найдет себе кого побогаче.
- Как же, не убьет! – уныло возразила Рита. - Съемочный день сорван. Это знаешь, какие бабки?
- А ты найди актрису на замену.
- Легко сказать! Где я ее найду? Да притом такую, как Кузякина?
- Да что такого в этой Кузякиной? – Арина передернула плечами. – Я, например, тоже актриса.
До Риты наконец дошло. Она пристально взглянула на нее, потом с сомнением помотала головой:
- Да нет, ничего не выйдет.
¬- Речь же о съемке в эпизоде? – продолжала убеждать Арина. - У меня память хорошая, я за пять минут слова выучу.
- Не в словах суть, а в роли. Кузякина – комическая актриса, а ты красотка. Какая из тебя Синеглазка?
Арина, правда, рассчитывала на романтическую сцену с известным артистом. Но раз уж планируется комедийная сцена, то она своего все равно не упустит.
- Дай мне шанс – и я рассмешу вас до колик, - пылко пообещала Арина.
- Что ж, давай рискнем, - решилась Рита и вскочила со ступеньки. – Я отведу тебя на грим, а сама пойду уламывать Славика.
.
41
Иван как чувствовал – в квартире Пичугиных все сразу пошло не по отработанной схеме.
Мальчик Вадик пяти лет сам открыл им дверь и впустил внутрь.
- А где родители? – Иван поставил пустой мешок на пол и оглядел большую гостиную, соединенную с кухней. Взрослых дома не было.
- Скоро вернутся! – Вадик подбежал к большой разлапистой елке. Иван и Полина озадаченно переглянулись – подарок им вручали родители сразу у порога. Придется занимать сорванца, пока старшие Пичугины (в их фирме работали оба – и мать, и отец) не вернутся.
- А пока поиграем! – задорно объявил Вадик и с силой толкнул табурет, стоявший у елки.
Иван не поверил своим глазам – табурет покатился по полу, как санки по снегу. А в следующий миг Вадик запрыгнул на табурет с ногами – и во весь опор понесся прямо на Ивана. Иван даже среагировать не успел, как табурет с силой врезался ему в колени, а голова мальчика – в живот. Он широко взмахнул руками в широких рукавах кафтана и плашмя рухнул на спину. На него упал Вадик.
Полина, вскрикнув, бросилась к ним и помогла мальчику встать. Вадик не пострадал – он скатился с Ивана и виновато пробормотал:
- Не рассчитал!
Иван со стоном коснулся шапки. Меховая опушка смягчила удар об пол.
- Иван Андреевич, - побледнев, пробормотала Полина, наклоняясь к нему, - у вас на голове, у вас…
Он потрогал затылок. Пальцы увязли в чем-то липком и красном. Похоже, он пробил голову.
- Только не вставайте! – испуганно вскрикнула Полина. – Я сейчас вызову «Скорую помощь». – А затем сделала шаг в сторону, поскользнулась на ровном месте и упала навзничь рядом с Иваном.
- Слишком много желе, - удрученно пробормотал Вадик и, увидев вернувшихся родителей, виновато спрятался за елку и прижал к себе любимого динозаврика.
Супруги Пичугины ошеломленно взирали на открывшуюся их взору картину. Дед Мороз и Снегурочка барахтались на полу, не в силах подняться.
- Да как же можно довести себя до такого свинского состояния! – гневно воскликнула Анна. Никогда в жизни она не видела, чтобы люди так сильно напивались. И хуже всего – это были не просто какие-то актеры из агентства, а их начальник Иван Андреевич Царев с помощницей Полиной.
На работе оба славились кристально чистой репутацией, никогда не были замечены в пристрастии к спиртному, и теперь Пичугины не могли поверить своим глазам.
- Это вы у своего сына спросите, - совершенно трезвым голосом ответил Царев.