Мурат Карадениз – Ключ от всех дверей (страница 4)
Марат зашёл в санузел. Тесный, как пенал. Ванна старая, чугунная, с облупившейся эмалью. Раковина забита. Унитаз — белый, советский, с пластиковым бачком. Вода стояла почти до краёв, мутная, с серыми хлопьями.
Он достал резиновые перчатки, вантуз и трос. Опустился на колени.
Работал молча, быстро. Аристархов стоял в дверях и смотрел. Смотрел как-то странно — не на руки Марата, а на его лицо, на его затылок, на шею. Оценивающе. Как будто запоминал каждую родинку.
— Вы давно здесь живёте? — спросил Марат, не оборачиваясь.
— Три года, — ответил Аристархов. — После развода. Жена осталась в центре, а мне досталась эта… клоповник.
— Доцент, говорите? Математик?
— Прикладная математика. Теория вероятностей, математическое моделирование. Сейчас работаю над… — он запнулся, — одним проектом.
— Не в университете?
— В университете тоже. Но проект частный.
Марат протолкнул трос глубже. На конце что-то зацепилось. Он потянул — и вытащил комок грязной тряпки, перемешанной с… Он присмотрелся.
Женский носок.
С кружевами. Розовый. С биркой примерочной.
— Это ваше? — спросил Марат, поднимая находку.
Аристархов побледнел. Потом взял себя в руки и засмеялся — неестественно громко, с хрипотцой.
— Это я тренируюсь в заплывах! — сказал он. — Шучу, конечно. Наверное, девушки приходили. У меня иногда… гости.
— Понятно, — Марат аккуратно, стараясь не показывать интереса, положил носок на край ванны. — Я вытащил засор. Дальше прочистит самотеком.
— Спасибо, — Аристархов протянул мятую купюру — тысячу рублей. — Вот, вам на чай.
Марат не взял.
— Оплата через УК. У вас есть заявка, я выполнил.
Он вытер руки, снял перчатки и огляделся. Взгляд упал на вентиляционную решётку — пластиковую, белую, новую. В отличие от всего остального в этой квартире, она была идеально чистой.
Слишком чистой.
Марат шагнул к решётке, делая вид, что рассматривает трещину на стене. Опустился на корточки, завязал шнурок — и искоса заглянул в щель между решёткой и стеной.
Он увидел крошечный объектив.
Камера. Скрытая, диаметром не больше спичечной головки. Вмонтирована в пластик. Направлена — в коридор, прямо на входную дверь.
— Что-то не так? — раздался голос Аристархова за спиной.
Марат медленно выпрямился, поправил шнурок.
— Всё в порядке. Я пойду. Если засор вернётся — вызывайте аварику.
Он вышел в коридор. У двери остановился и спросил как бы невзначай:
— А у вас камеры наблюдения в подъезде есть? Я не видел.
— Нет, — слишком быстро ответил Аристархов. — Дом старый. Экономия.
— Жаль, — Марат кивнул. — А то в вашем доме, говорят, девушки пропадают.
Аристархов замер. Его глаза — красные, воспалённые — на секунду стали жёсткими. А потом снова ушли в апатию.
— Врут, — сказал он. — Кому нужно пропадать в таком районе?
Марат вышел, дверь за ним захлопнулась. Щёлкнул замок — не один оборот, а два. Потом лязгнула цепочка.
Он постоял секунду на лестничной клетке, прислушиваясь.
Из-за двери доносился шорох. Быстрые шаги. Щелчок — открывается что-то другое (шкаф? сейф?). Потом голос Аристархова — приглушённый, но напряжённый:
— Он был. Да. Сантехник. Я не знаю… Нет, ничего не заметил. Камеру? Камера в порядке. Но носок… да, он вытащил носок. Пришлось врать про гостей.
Марат тихо, на цыпочках, двинулся вниз по лестнице.
В кармане у него лежал розовый носок. Он украл его, пока Аристархов отвлёкся. И бирка — с логотипом торгового центра «Солнечный».
Выйдя из подъезда, Марат достал телефон и набрал номер.
— Алло, это справочная ТЦ «Солнечный»? Да, я хочу уточнить по поводу покупки… У меня есть номер артикула на бирке. Можете пробить? Очень нужно.
Девушка на том конце провода долго что-то щёлкала, потом ответила:
— Этикетка оформлена на кассу №4. Покупка была три дня назад. Девушка, 23 года, по паспорту Ким Алина Сергеевна. Сумма — 1590 рублей. Носки, да. Что-то ещё?
— Нет, спасибо, — Марат сбросил звонок.
Ким Алина Сергеевна. 23 года. Купила розовые кружевные носки три дня назад.
Вопрос: как эти носки оказались в унитазе у доцента-математика на третьем этаже, в квартире, которая пахнет кислым и смертью?
И почему Аристархов соврал про гостей, когда носок был единственной вещью в унитазе, а не в мусорном ведре?
Марат посмотрел на часы. 13:30.
Через полчаса ему нужно быть в коттеджном посёлке «Лесная сказка». Отвозить слепки замков Игорю Романовичу Шульгину.
Он вдруг подумал: а знает ли Шульгин Аристархова? Или это две параллельные линии? Или одна — та, что ведёт к деньгам, вторая — та, что ведёт к телу?
Он достал телефон и вбил в поиск: «Аристархов Лев Евгеньевич Шульгин Игорь Романович связь».
Пусто.
Ни одного пересечения.
Но Марат знал: в математике нет пустот. Есть только переменные, которые ещё не подставили.
Он спрятал телефон и зашагал на остановку. По пути купил пирожок с капустой и съел его на ходу, не чувствуя вкуса.
Мысли вертелись вокруг одного:
— Три дня назад Алина купила носки.
— Три дня назад сломался замок у бабки (или его сломали).
— Три дня назад ему, Марату, поступил заказ от Шульгина на восковые слепки.
— Три дня.
Не два. Не четыре. Три.
Будто кто-то запустил таймер.
И он, Марат Горелов, сантехник из УК «ЖилКомСервис-3», оказался в центре этого таймера.
До взрыва оставалось неизвестно сколько.