Мотя Губина – Его маленькая Кнопка (страница 6)
— В отличие от людей, — досказывает он за меня, и в его голосе нет насмешки.
Я молчу. Потому что он прав.
Дорожки парка усыпаны жёлтыми кленовыми листьями. Егор внезапно сворачивает к старой качели.
— Давай проверим, выдержит ли, — трясёт ржавые цепи.
— Ты с ума сошёл! Она же старше нас!
Но он уже садится. Скрипя, качели дрожат, но держат.
— Ну, Кнопка? — поднимает брови, раскачиваясь.
Я не выдерживаю и сажусь на соседнюю. Молча качаемся, и странное чувство спокойствия разливается по груди. Ветер шевелит волосы, а где-то вдалеке кричат дети.
Мы выходим из парка, и перед нами расстилается знакомый район: панельные девятиэтажки, детская площадка с покосившимися качелями, пара магазинчиков. До нас ещё прогресс не дошёл. И, оказывается, мы действительно живём совсем рядом.
— Так ты где? — спрашивает Егор, замедляя шаг.
— Вон там, — киваю я на сиреневый дом через дорогу. — Третий подъезд.
Егор вдруг ковыряет кроссовкой асфальт, потом резко поднимает голову.
— Слушай, а ты… не хочешь поболеть за нас? В субботу как раз первые игры.
Я замираю. Сердце вдруг начинает колотиться так громко, что, кажется, парень слышит его удары.
— Я… — голос предательски дрожит. — Я не очень разбираюсь в баскетболе.
— Да ладно, — он машет рукой. — Кричи «молодец» и хлопай — вот и вся наука.
От его улыбки у меня в животе порхают бабочки. Большие, наглые и совершенно неуправляемые.
— Посмотрим, — бормочу я, чувствуя, как лицо раскаляется до предела.
Мы доходим до моего подъезда. Егор задерживается на секунду, будто хочет что-то добавить, но я уже торопливо лезу в карман за ключами.
— Ладно, тогда… увидимся завтра? — говорит он, явно понимая намёк.
— Угу.
Я влетаю в подъезд, даже не попрощавшись нормально. Дыхание сбивается, будто я снова пробежала кросс, а в голове крутится только одна мысль:
«Он пригласил меня. По-настоящему пригласил!!!»
Дверь лифта закрывается, и я, наконец, выдавливаю из себя сдавленный визг.
Боже, я веду себя, как дурочка.
Но почему-то это неважно…
Ключ щёлкает в замке. Из кухни доносится запах чего-то вкусного — мама явно не стала ждать отца с работы.
— Ты что, гуляла? — раздаётся её голос, когда я снимаю обувь.
— Нет, просто задержалась после уроков, — отвечаю, бросая рюкзак на диван.
Мама появляется в дверях, вытирая руки о фартук.
— С кем это ты так долго?
— С одноклассником, — тянусь за яблоком из вазы. — Новеньким.
— Ага, — в голосе мамы появляются нотки интереса. — И как он?
Пожимаю плечами, стараясь говорить небрежно:
— Нормальный. Увлекается спортом.
Отец входит как раз в этот момент.
— Опять про этого Маркова? — вешает куртку. — Я его вчера у ларька видел…
— Нет, пап, — вздыхаю. — Новый парень в классе. Грушев.
— Грушев? — хмурится. — Не знаю такого. Не дурак, надеюсь?
Замираю с яблоком у рта.
— Не знаю точно. Но по первому впечатлению вроде нет. А что?
— Да так… — проходит на кухню. — Нечего тебе с ненадёжными ребятами общаться. Да и развлечения все потом будут. Сначала — поступление.
— Я же не в монастыре живу… — ворчу я, но меня тут же прерывают.
— Ты хочешь, как Лена Свиридова? — строго говорит отец. — Она тоже думала, что успеет и погулять, и поучиться. А теперь в платном институте сидит.
Я закатываю глаза, но позже ловлю на себе взгляд матери — она с тревогой наблюдает, как я листаю телефон. Наверное, ищет признаки «ненужного» общения.
— Иди ужинать. Картошка остывает.
За столом машинально ковыряю вилкой в тарелке, вспоминая сегодняшний день. Качели. Смех. И это странное чувство, когда Егор сказал: «Завтра увидимся» — как будто это что-то само собой разумеющееся.
— Ты что, влюбилась? — вдруг спрашивает отец, и я чуть не давлюсь.
— Что? Нет! — уши моментально становятся горячими. — Мы просто… поговорили про «Грозу».
Отец хмыкает:
— В наше время на «Грозу» совсем по-другому реагировали.
Мама шлёпает его ложкой по руке.
— Оставь ребёнка в покое. Дай людям поесть спокойно. Глупости это всё. Ей не о любви думать надо, а о поступлении.
— И то верно.
Я ничего не говорю, снова чувствуя, словно всё решили за меня. Но через некоторое время теряю нить разговора, проваливаясь в воспоминания. Утыкаюсь в тарелку, но уголки губ сами собой поднимаются в улыбке.
Завтра. Увидимся завтра.
Глава 5
Отец Егора
Субботнее утро начинается с того, что я пятый раз за полчаса меняю футболки перед зеркалом.
Синяя — слишком вызывающе…
Серая — как мешок…
Чёрная с принтом — выгляжу будто фанатка какой-то группы…
На кровати уже гора одежды, а я всё никак не могу решить, в чём идти смотреть его матч. Вдруг раздаётся стук в дверь комнаты.
— Юль, сбегай в магазин, — кричит мама. — Масло закончилось. Иначе блинов вечером вы не дождётесь. Всё остальное есть!
— Хорошо!
Я с облегчением хватаю первый попавшийся рюкзак — наконец-то отговорка, чтобы не признаваться, что собиралась тайком идти на баскетбол. Нет, я не скрываю, просто… ну зачем родителям об этом знать?