Моше Маковский – Город на костях (страница 7)
Он отшатнулся.
И в тот миг услышал голос – знакомый, женский:
– Ключ в крови.
Он понял: это снова Мария.
Вернувшись домой под утро, он был бледен, губы дрожали. Анна ждала его у двери.
– Где ты был? – спросила она.
– В городе, – ответил он тихо.
– Но ведь ты только что вошёл…
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
– В другом городе, – сказал он.
И прошёл мимо.
Трещины становились всё шире. В семье, в работе, в разуме. Алексей всё больше жил там, внизу. А наверху его ждали только шёпоты и подозрительные взгляды.
Город на костях начинал подчинять его себе.
Глава XI. Жертва
Алексей не спал три ночи.
Глаза саднило, веки дрожали, в голове всё время звучал один и тот же шёпот:
– Ключ в крови. Ключ в крови.
Он пытался сопротивляться: пил кофе, рылся в чертежах, проверял сметы, но страницы под руками начинали шевелиться. Цифры сплетались в символы, линии на планах превращались в кости.
Он понял: дневник уже не единственный проводник. Сам город теперь писал внутри него.
Однажды ночью он снова пошёл вниз.
Зал с чашей встретил его молчанием. Чёрная жидкость в ней колыхалась сама собой, будто дышала. Он приблизился и, словно во сне, протянул руку. Капля упала с пальца в жидкость – и поверхность вспыхнула красным, как уголь.
Он вздрогнул, но не отдёрнул руку. Внутри раздался гул, будто тысячи голосов застонали сразу.
– Ключ в крови, – раздалось из темноты.
На этот раз голос не был женским. Он был тяжёлым, мужским, древним.
Алексей сжал кулаки.
– Моей крови? – спросил он.
Ответа не было. Но чаша зашумела, и из её глубины поднялся образ: туманное отражение его собственной фигуры. Искажённое, пустое.
– Или чужой, – прошептал он сам, и эти слова эхом отозвались в сводах.
Дома он смотрел на Анну иначе.
Она спала спокойно, её дыхание было ровным. Он стоял над ней и думал: если я отдам её кровь – город примет?
Мысль ужаснула его. Он прижал ладонь ко лбу, отступил. Но образ её шеи, тонкой, белой, с бьющейся под кожей жилкой – не уходил.
Утром он не смог встретиться с её взглядом.
На следующий день в дверь постучали. Пришёл брат Анны, Михаил.
– Что с тобой, Лёша? – спросил он после первых минут разговора. – Ты мрачнее тучи. Ходят слухи, что на стройке ты кричишь о костях.
Алексей промолчал.
– Может, съездим за город? Развеешься, подышишь. Мы все волнуемся.
Он смотрел на Михаила – крепкого, здорового, полного жизни. И вдруг мысль вспыхнула сама собой: его кровь сильнее моей. Город примет её.
Алексей побледнел и резко встал.
– Уходи, – сказал он хрипло.
– Что?
– Уходи! – крикнул он.
Михаил ушёл, потрясённый. Анна смотрела на мужа широко раскрытыми глазами.
Ночью Алексей метался по дому. Он чувствовал, что город всё ближе, он почти слышал, как плита дрожит внизу.
Он снова раскрыл дневник. На странице не было текста – только отпечаток ладони. Чёрной, как уголь.
Под ней появлялись слова:
«Ты должен решить. Своя или чужая.»
Алексей зажал голову руками.
– Нет… нет! – зашептал он. – Я не убийца.
Но перед глазами снова вставала чаша. Чёрная жидкость колыхалась, ждала.
Он вышел во двор. Ночь была холодной, луна резала крыши острым светом. На улице бродил бездомный – старик, сутулый, с пустым взглядом.
Алексей замер. Сердце забилось в висках.
Его кровь? Никто не заметит…
Он шагнул ближе. Старик поднял голову. Их взгляды встретились.
И Алексей увидел в его глазах пустоту – ту же самую, что у теней внизу.
Он отшатнулся. Старик отвернулся и пошёл дальше.
Вернувшись домой, Алексей рухнул в кресло и закрыл лицо руками. Впервые он понял: у него действительно есть выбор. И какой бы он ни сделал – пути назад не будет.
Если моя кровь – я погибну. Если чужая – я стану убийцей.
Он поднял глаза к потолку. Там, за перекрытиями, спал мир живых. Внизу же – дышал другой город, город на костях.
И оба требовали от него одного и того же.
Жертвы.
Глава XII. Двойник
Алексей заметил его впервые в зеркале.
Это было ранним утром, когда он умывался, глядя в мутное стекло.
Вода стекала с лица, и вдруг отражение задержалось на долю секунды дольше, чем он сам.
Его собственное лицо, только чуть бледнее, с глубоко запавшими глазами, с тенью улыбки.