Морок В.Е – Глоток свободы (страница 3)

— Нет.

— Прости?

— Нет. Я не поеду.

Он удивился. Не обиделся. Удивился. Как будто я сломала сценарий. Как будто я сделала что-то, чего не делают. Как будто я не Вика. Не 40. Не свободна. Не та, которая может.

— Ты замужем?

— Нет. Просто нет.

Просто нет. Не «потому что». Не «дело в том». Просто нет. Это моё слово. Моё единственное — слово. За весь вечер. За весь год. За все двадцать лет. Просто нет. Я не хочу. Не хочу тебя. Не хочу это. Не хочу быть удобной. Не хочу быть «Викой». Не хочу быть «свободной». Не хочу быть той, кто говорит «да», потому что «а почему бы и нет». Потому что «все так делают». Потому что «надо жить». Потому что «пока молодая».

Я встала. Оставила деньги за свой тирамису. И за вино. Он не успел возразить.

— Было приятно.

— Подожди...

— Нет. Спасибо. Было вкусно.

Тирамису. Не «приятно». Вкусно. Впервые за год. Что-то вкусно.

В машине. Сидела. Руки на руле. Не заводила. Просто сидела.

Ты замужем. Ты мать. Ты «Вика, 40, свободна». Ты ничего не сделала. Ты съела тирамису.

И это было всё.

И этого мало.

Я завела. Поехала. Домой. К Фёдору. К бетону.

По дороге — одна мысль. Одна. Не про незнакомца. Не про тирамису. Про себя. Про ту, которая сидит за рулём белого «Мерседеса» и едет в идеальный дом. К идеальному мужу. К идеальной жизни. И которая только что съела тирамису. И которой этого мало.

Мало.

Значит что-то будет. Что-то ещё. Что-то другое.

Или ничего не будет. И я так и буду. Есть тирамису раз в год. С незнакомцем. На третьем свидании. И возвращаться домой. К бетону.

Я не знала. Тогда не знала. Я просто ехала. Домой.

К Фёдору.

Глава 4. Первый раз

Три месяца назад.

Фёдор уснул перед телевизором. Опять. Новости что-то про выборы, про цены на бензин, про очередной скандал в правительстве. Он храпел. Ровно. Как всегда. Я лежала рядом. На диване. Под пледом. Смотрела в потолок. Потолок был белый. Идеальный. Без единой трещины. Как моя жизнь. Как мой брак. Как я.

Пустота. Не боль. Не обида. Не злость. Пустота. Как будто внутри выключили свет. И забыли включить. Как будто я комната. Красивая. Дорогая. С мебелью. С картинами. С видом на океан. И пустая. Никого. Ничего. Только эхо. Только шаги. Только тишина.

Я взяла телефон. Просто чтобы что-то делать. Листала ленту. Ничего. Реклама. Кошки. Чьи-то отпуска. Чьи-то свадьбы. Чьи-то дети. Чьи-то достижения. Все живут. Все счастливы. Все что-то делают. А я лежу. Под пледом. Рядом с храпящим мужем. И смотрю в потолок.

Потом пальцы сами набрали. «Сайт знакомств для тех, кому скучно в браке». Я не думала. Просто набрала. Как будто кто-то другой. Как будто не я. Как будто Вика. Которая ещё не родилась. Но уже где-то там. Внутри. Ждала.

Кому скучно. Да. Именно скучно. Не «одиноко». Не «несчастна». Скучно. Это слово. Точное. Вежливое. Такое, которое можно сказать вслух. Такое, которое не стыдно. Такое, которое не измена. Не предательство. Не грех. Просто скучно. Как в кино. Как в очереди. Как в жизни, которая перестала быть жизнью.

Я засмеялась. Тихо. Чтобы не разбудить Фёдора. Скучно. Боже. У меня дом, семья, работа. Муж. Дети. Деньги. Статус. Всё. И скучно. Как будто этого мало. Как будто этого недостаточно. Как будто я неблагодарная. Испорченная. Эгоистка. Которая не умеет ценить то, что имеет. Которая хочет большего. Которая хочет.

Я открыла первый сайт. Яркий. Глупый. «Найди свою судьбу». Анкеты. Мужчины. Сорок, пятьдесят, шестьдесят. Лысые, с животами, с усами. «Люблю рыбалку». «Ищу женщину для серьёзных отношений». «Хочу создать семью». Семью. Они хотят семью. А я уже в семье. И скучаю. И не знаю, чего хочу. И не знаю, кто я. И не знаю, зачем я здесь. На этом сайте. В этой жизни. В этом браке. В этом теле.

Я не зарегистрировалась. Просто смотрела. Час. Два. Фёдор храпел. Я смотрела. На чужие лица. На чужие надежды. На чужие «ищу». И думала: «Это не то. Это не я. Это не моё». Но что моё? Что я? Что то?

Потом открыла другой сайт. Проще. Без «судеб». Просто знакомства. Анкеты короче. Фото откровеннее. Мужчины — моложе. И старше. И без «серьёзных отношений». Без «создать семью». Без «найти судьбу». Просто «вечер». Просто «встреча». Просто «без обязательств». Это честнее. Это не про любовь. Это не про будущее. Это про сейчас. Про то, что можно. Про то, что не считается. Про то, что не измена. Не предательство. Не грех. Просто скучно. Просто вечер. Просто ничего.

Я нажала «Регистрация».

Имя: Вика. Возраст: 40. Семейное положение: свободна.

Вика. Не Вера. Вера замужем. Вера мать. Вера риелтор года. Вика свободна. Вика лёгкая. Вика та, которой я была. До. До Фёдора. До детей. До дома. До «идеальной». До всего. До того, как я стала мебелью. До того, как я стала функцией. До того, как я перестала быть.

Я не нажимала «Сохранить». Полчаса. Палец висел. Над кнопкой. Как над пропастью. Как над обрывом. Как над чем-то, что нельзя вернуть. Что ты делаешь, Вера? Ты замужем. У тебя дети. У тебя всё. Всё кроме одного. Кроме ощущения, что ты живая.

Свадьба. Фёдор сказал: «Я буду замечать тебя. Всегда.» Он смотрел в глаза. Не мигал. Он не шутил. Он верил. И я верила. И мы оба верили. Тогда. Двадцать лет назад. Когда всё было впереди. Когда всё было возможно. Когда всё было новое. Когда мы были мы.

Он заметил. Первый год. Второй. Пятый. Потом перестал. Не потому что разлюбил. Потому что привык. Привык это не «разлюбил». Но и не «замечаю». Это другое. Это хуже. Это когда человек рядом. И не рядом. Когда смотрит. И не видит. Когда слушает. И не слышит. Когда есть. И нет.

Я нажала «Сохранить».

Экран мигнул. «Добро пожаловать, Вика!»

Я закрыла телефон. Положила на стол. Встала. Пошла в ванную. Включила свет. Посмотрела в зеркало.

Ты кто? Вера? Вика? Жена? Мать? Риелтор? Или женщина, которая только что создала профиль на сайте знакомств, потому что не может больше смотреть в потолок?

Ответа не было.

Я вернулась. Легла. Фёдор храпел. Я не спала. До утра.

Что ты наделала, Вера?

Ты открыла дверь. Пока только дверь. Но дверь.

И обратно уже не закрыть.

Глава 5. Бетон

Ночь. Фёдор спит. Я рядом. Смотрю в потолок. Тот же потолок. Белый. Идеальный. Без единой трещины. Как будто насмехается. Как будто говорит: «Видишь? Всё хорошо. Всё правильно. Всё как надо. А ты лежишь. И не спишь. И думаешь о том, о чём думать нельзя. О чём стыдно. О чём — никогда. Никому. Даже себе».

Три свидания. Три «нет». Тирамису. Вино. Кофе. И ничего. Я не изменяю. Я не изменяю. Я просто хожу на свидания. Как в кино. Только без кино. Только ресторан. И «нет». Я честная. Я порядочная. Я та, которая может смотреть в зеркало. Я не как другие. Я не как те, кто говорит «да». Я не как те, кто изменяет. Я не как те, кто врёт. Я просто хожу. И ухожу. И возвращаюсь домой. К Фёдору. К бетону. К «нормально». И ничего. Ничего не происходит. Ничего не меняется. Ничего не будет. Потому что я не такая. Потому что я Вера. Потому что я жена. Потому что я мать. Что подумает Фёдор. Что подумают дети. Что подумаю — я.

Фёдор не знает. Он не спрашивает. «Как дела, Вера?» — «Нормально». «Устала?» — «Немного». «Отдохни». И засыпает. Отдохни. Как будто я машина. Которая устала. Которой нужно «отдохнуть». И завтра снова. Работать. Служить. Функционировать. Как будто «отдохнуть» — это всё, что мне нужно. Как будто я не человек. Как будто я не женщина.

Я смотрю на Фёдора. В темноте. Его лицо ровное, спокойное. Ничего не снится. Ничего не нужно. Он довольный. Он сытый. Он усталый. Он спит. Он хороший. Он надёжный. Он бетон. Он стена. За которой — безопасно. За которой — тепло. За которой — ничего не происходит. Ничего плохого. Ничего хорошего. Ничего вообще. Просто стена. Просто защита. Просто тюрьма. Красивая. Дорогая. Идеальная. Тюрьма.

Я не хочу стены. Я хочу окно. Хочу ветер. Хочу чтобы дуло. Чтобы щекотало. Чтобы страшно. Чтобы живое. Чтобы не знать, что будет завтра. Чтобы не знать, что будет через час. Чтобы не знать, что будет через минуту. Чтобы просто быть. Здесь. Сейчас. Как в девятнадцать. Как на лодке. Как под звёздами. Как голая. Как живая. Как я.

Боже. Я 40 лет. И я хочу, чтобы было страшно. Хочу бояться. Хочу чувствовать. Хочу задыхаться. Хочу смеяться. Хочу плакать. Хочу всё. Сразу. Всё что угодно. Только не это. Только не тишину. Только не бетон. Только не «нормально». Только не «всё хорошо». Только не это.

Я встала. Тихо. Пошла на кухню. Вода. Стоять у окна. Ночь. Двор. Фонарь. Кошка. Кошка смотрит на меня. Как будто знает. Как будто понимает. Как будто говорит: «Ты тоже. Ты тоже здесь. Ты тоже одна. Ты тоже ждёшь. Чего? Я не знаю. Но ждёшь. Как я. Как все. Как все мы».

Может, это всё? Может, это и есть жизнь? Бетон. Стена. Безопасность. Тишина. И тирамису раз в три месяца. С незнакомцем. В ресторане. На полчаса. И домой. К Фёдору. К бетону. К ничего. Может, это достаточно? Может, это то, что нужно? Может, это то, что у всех? Может, это то, что норма?

Нет. Нет. Недостаточно. Не то. Не норма. Это смерть. Медленная. Тихая. В халате. На кухне. С чашкой чая. С котом. С телевизором. С «как дела». С «нормально». С ничего. Это смерть. И я умираю. Каждый день. Каждую ночь. Каждую минуту. Я умираю. И никто не замечает. Даже я. Даже я.

И это страшно. Потому что я не знаю, чего хочу. Знаю только чего не хочу. Не этого. Не бетона. Не тишины. Не «нормально». А чего хочу? Быть живой. Просто живой. Не «счастливой». Не «успешной». Не «идеальной». Просто живой. Чтобы чувствовать. Чтобы дышать. Чтобы знать, что я есть. Что я здесь. Что я не мебель. Что я не функция. Что я не бетон. Что я человек. Женщина. Живая.