Монтейру Лобату – Орден Жёлтого Дятла (страница 7)
– Здравствуйте, Принц! Очень рад личному знакомству. Мелкое осложнение: бабушка и тётушка Настасия дрожат от страха. Чудачки. Думают, вы кусаетесь.
Принц, ожидавший совсем другого приёма, огорчился.
– Тогда мы домой, – сказал он с достоинством. – Какое я имею право нарушать покой столь почтенной сеньоры?
– Ну уж нет, – возразил Педриньо, – раз пришли, то входите! В дверь не пускают – лезьте в окно… Подождите…
И он побежал искать лестницу…
Первым влез в окно доктор Улитка. Тётушка Настасия повернулась на шорох да как заорёт:
– На помощь, сеньора! Они в окошко! Вы глядите, кто тут: улитка в очках, вот
Носишка объяснила:
– Вы не бойтесь. Это доктор Улитка, великий врач. Он Эмилию научил говорить. У него пилюли от всех болезней. Кто знает, может, он нашего бесхвостого цыплёнка от типуна вылечит?
А пока она говорила, в окно влезли Принц Серебряная Рыбка, майор Жаба, портниха Паучиха и, наконец, сеньорита Сардинка.
– И сардинка тут, сеньора, глядите! – не унималась тётушка Настасия. – Да нет, я говорю – это конец света…
И, не выдержав дольше, старая негритянка побежала в кухню бегом, как девочка, откуда только прыть взялась…
Донна Бента, однако, скоро освоилась с новыми гостями и завела длинный разговор с доктором Улиткой по поводу болезни бесхвостого цыплёнка. А тем временем Носишка показывала своему другу Принцу дом и сад. Потом Принц поинтересовался, где граф де Кукурузо и маркиз де Рабико, о которых он столько слышал, почему не вышли к гостям.
– У графа неприятности, – сказала Носишка, – он упал в ведро с водой, и я его повесила просушиться. Но он свалился за книжную полку со старыми книгами по истории и всяким разным другим наукам. Он пролежал там две недели – мы его найти не могли. И, когда его оттуда вынули, оказалось, что бедняга совершенно заплесневел: то ли потому, что кукуруза не выносит сырости, то ли потому, что этих книг начитался… А тётушка Настасия говорит – потому, что граф учёный; настоящие учёные, она говорит, так и должны быть грязные, потому что мыться им некогда, она говорит…
Про Рабико Носишка не стала рассказывать подробно: ограничилась тем, что так как он сильно похудел, то его заперли в свинарник и откармливают.
– Очень, по-видимому, симпатичный этот маркиз, – сказал Принц больше из любезности, чем по убеждению, – а особенно симпатичная сеньора маркиза.
– Да, я очень люблю Эмилию, – подтвердила Носишка, – и, по совести сказать, жалею, что она вышла за Рабико… Она его не уважает, это был, знаете, брак по расчёту. За титул вышла… Нехорошо, конечно, но ведь это и с людьми случается, а Эмилия только тряпичная кукла… Вот если б она вышла за такого, как кот Феликс! Бравый молодец, и какой отважный! Он ведь, кажется, служил у вас при дворе?
Принц Серебряная Рыбка удивился.
– Кот Феликс? – переспросил он, нахмурившись. – Такая личность мне незнакома.
– Как так? Но ведь вы послали с ним известие о том, что приедете! – удивилась, в свою очередь, Носишка.
– Ничего подобного! Я послал с одной молоденькой сардинкой…
Носишка вздрогнула: она вспомнила, что, когда поцеловала кота в нос, ей показалось, что от него пахнет сардинками. «Ещё окажется, что он съел вестницу вместе с вестью и с хвостом…» – подумала она. Но Принцу ничего не сказала.
Глава 2
Мисс Сардин
А тем временем в кухне шёл оживлённый разговор. Тётушка Настасия перестала бояться обитателей подводного царства, узнав, что они не кусаются. Она даже очень подружилась с сеньоритой Сардинкой, или мисс Сардин, как та себя именовала, уверяя, что родилась в Соединённых Штатах и с местными, бразильскими, рыбами ничего общего не имеет. Как типичная американка, мисс Сардин держалась очень уверенно и бесцеремонно и любила всюду совать свой нос. Она вытворяла всё, что ей вздумается, и прославилась на всю Страну Прозрачных Вод своими фокусами. Во-первых, она спала не в кровати, а в консервной банке. «Я практикуюсь на будущее», – отвечала она с меланхолической улыбкой на нескромные рыбьи вопросы по этому поводу. Сами знаете, какое у сардинок будущее…
С тётушкой Настасией мисс Сардин очень подружилась. Она почему-то сразу же сунулась на кухню и тыкалась во все углы с любопытством, достойным старой сплетницы. И без умолку задавала вопросы.
– Меня очень интересует всё чужое, – говорила она и спрашивала, указывая на плиту: – Что это за чудовище?
– Это называется «плита», – неторопливо разъясняла добрая негритянка.
– А эта красная штука там внутри?
– Это называют «огонь».
– А какая от него прибыль?
– Прибыль большая: обжигает крылышки тому, кто на него летит да на чужое добро зарится.
И тучное тело доброй негритянки колыхалось от здорового, добродушного смеха.
Но мисс Сардин не унималась. Ей хотелось всё знать. Она забралась на посудную полку, и её серебряный хвостик мелькал то тут, то там между кастрюльками и банками. Вот она всунула свою маленькую изящную головку в стеклянную солонку и попробовала соль.
– О, этот вкус мне знаком!
– Так это ж ваша морская мука, – сказала негритянка, – из моря добывается.
Потом мисс Сардин попробовала сахарный песок из пакетика и нашла его таким вкусным, что попросила подарить ей немножко.
Когда она открыла крышку и сунула нос в банку, где хранился сухой перец, тётушка Настасия предупредила:
– Осторожно! Оно жжёт…
Лучше б она не предупреждала! Мисс Сардин испугалась, поскользнулась и угодила головой прямо в банку с перцем! Уж как она извивалась и вертелась, вообразите сами.
– Помогите! Я ослепла…
Негритянка очень сочувственно вытащила её из перца и вымыла под краном, приговаривая:
– Ну вот, я ж говорила: зачем суётесь? Кто суётся не в свои дела, тому всегда… Ну да ничего, потерпите. Вот если б вы на сковородку с кипящим маслом угодили, тогда хуже…
Через несколько секунд мисс Сардин открыла один глаз, потом другой, сказала: «Я уже поправилась!» – и сразу же спросила, что такое сковородка.
Тётушка Настасия смутилась. Объяснять рыбке, что такое сковородка, – это по меньшей мере нетактично. Чтобы что-нибудь ответить, она сказала:
– Сковородка – это такая плоская кастрюля, на которую льют такую жирную воду, которая пляшет и скачет на огне.
– Жир? – оживилась мисс Сардин. – Жир – это полезно, я бы с удовольствием поплавала в этой воде!
Негритянка заслонила рот рукой, чтобы скрыть смех. Но тут донна Бента зачем-то позвала её, и тётушка Настасия вышла.
Глава 3
Сплошные несчастья
Когда Носишка с Принцем возвращались из сада, они услышали, что в кухне кто-то плачет. Носишка бросилась туда и увидела, что это тётушка Настасия.
– Что случилось, тётушка Настасия? – спросила девочка в страшном огорчении. – Скажи, что, а?
Негритянка отвечала, утирая слёзы:
– Ах, Носишка, страсти какие, и не спрашивай!
Но, так как Носишка продолжала настаивать, рассказала:
– Да вот, представь, мисс Сардин всё время тут в кухне мешалась, бедняжка. Всюду совалась, соль-сахар пробовала, в перец головой угодила, бедняжка… Ну ладно, я её, значит, вытащила, помыла и положила посушить. Ну, она немножко отдохнула и давай опять баловать. Я ей и говорю: «Не суйтесь, говорю, куда не след. От огня, говорю, лучше подале. А то, говорю, невесть что может случиться!» Дак ведь у ней на голове хоть кол теши: вильнёт хвостом да опять за своё… Господи, да уж как я за ней приглядывала! Ну, тут, значит, меня бабушка твоя позвала, я ушла, и тут…
– Да что же случилось? Не тяни ты! – прервала Носишка обстоятельный рассказ старой негритянки.
Тётушка Настасия утёрла слёзы передником:
– Ну, она и прыгнула на сковородку, прямёхонько в кипящее масло… Верно, думала, это озерцо такое…
– Бедняжка! – в ужасе воскликнула Носишка. – Что ж мы теперь Принцу скажем? Мисс Сардин была такая важная дама, имела доступ ко двору… А где она сейчас?
– Да на сковородке, где ж ей быть! Сжарилась, бедняжка, хорошо так прожарилась, просто пальчики оближешь… – И тётушка Настасия понюхала поджаренную сардинку. – А жалко, учтивая такая была мисс… Только больно уж проныра, всё ей у нас тут узнать хотелось… Насчёт прибыли интересовалась…
И тётушка Настасия, несколько раз глубоко вздохнув, взяла вилку и, утирая слёзы, с аппетитом скушала поджаренную мисс…
Принц сильно расстроился, узнав о случившемся, и заторопился домой. Прощание было трогательным. Донна Бента, тётушка Настасия, Носишка и Эмилия стояли у окна и махали платочками:
– До свиданья! До свиданья!
Когда гости скрылись из виду, первой опомнилась Носишка:
– Хоть бы кот Феликс скорей пришёл! А то так грустно…
Не успела она произнести последнее слово, как послышалось мяуканье, и кот Феликс появился на дворе. Вид у него был взволнованный: