Монтегю Родс Джеймс – Ещё рассказы о привидениях собирателя древностей (страница 5)
События, которые напомнила «приложенная фотография», вызвали у миссис Анструтер сильное потрясение. Было решено, что зиму она должна провести за границей.
Мистер Анструтер, когда он поехал в Вестфилд, чтобы сделать необходимые распоряжения, естественно, рассказал свою историю ректору (пожилому джентльмену), который не выказал особого удивления.
– Право, я и сам уже примерно догадался, что должно было случиться, отчасти из разговоров стариков, отчасти из того, что видел на вашей территории. Конечно, мы тоже в некоторой степени пострадали. Да, поначалу было плохо: как совы, вы говорите, и люди иногда разговаривали. Однажды ночью это было в этом саду, а в другое время – у нескольких коттеджей. Но в последнее время почти ничего не было; я думаю, это сойдет на нет. В наших регистрах нет ничего, кроме записи о погребении и того, что я долгое время принимал за семейный девиз; но в последний раз, когда я на него смотрел, я заметил, что он добавлен более поздней рукой и имеет инициалы одного из наших ректоров конца семнадцатого века, А. К. – Августина Кромптона. Вот он, видите –
ТРАКТАТ МИДДОТ
Под конец осеннего дня пожилой человек с худым лицом и седыми бакенбардами, какие носили в Пиккадилли, толкнул вращающуюся дверь, ведущую в вестибюль некой знаменитой библиотеки, и, обратившись к служителю, заявил, что, по его мнению, он имеет право пользоваться библиотекой, и спросил, может ли он взять книгу на дом. Да, если он значится в списке тех, кому предоставлена эта привилегия. Он предъявил свою карточку – мистер Джон Элдред, – и, после сверки с реестром, был дан положительный ответ.
– Теперь еще один вопрос, – сказал он. – Я давно здесь не был и не знаю, как ориентироваться в вашем здании; к тому же, скоро закрытие, а мне вредно торопиться, бегая вверх и вниз по лестницам. У меня здесь записано название нужной мне книги; нет ли кого-нибудь свободного, кто мог бы пойти и найти ее для меня?
После минутного раздумья швейцар подозвал проходившего мимо молодого человека.
– Мистер Гарретт, – сказал он, – найдется ли у вас минутка помочь этому джентльмену?
– С удовольствием, – был ответ мистера Гарретта.
Листок с названием был передан ему.
– Думаю, я смогу ее найти; так уж случилось, что она в том отделе, который я проверял в прошлом квартале, но я на всякий случай сверюсь с каталогом. Полагаю, вам нужно именно это издание, сэр?
– Да, будьте добры; именно оно, и никакое другое, – сказал мистер Элдред, – я вам чрезвычайно обязан.
– Не стоит благодарности, сэр, – сказал мистер Гарретт и поспешил прочь.
«Я так и думал», – сказал он себе, когда его палец, скользя по страницам каталога, остановился на определенной записи. «Талмуд: Трактат Миддот, с комментарием Нахманида, Амстердам, 1707. 11.3.34. Еврейский отдел, конечно. Не такая уж и сложная работа».
Мистер Элдред, устроившись на стуле в вестибюле, с тревогой ждал возвращения своего посланника, и его разочарование, когда он увидел сбегающего по лестнице с пустыми руками мистера Гарретта, было весьма очевидным.
– Мне жаль вас разочаровывать, сэр, – сказал молодой человек, – но книга на руках.
– О боже! – сказал мистер Элдред. – Неужели? Вы уверены, что не могло быть ошибки?
– Не думаю, что это вероятно, сэр; но, возможно, если вы подождете минуту, вы встретите того самого джентльмена, у которого она. Он скоро должен покинуть библиотеку, и, мне кажется, я видел, как он взял именно эту книгу с полки.
– Неужели? Вы его не узнали, я полагаю? Это кто-то из профессоров или студентов?
– Не думаю; определенно не профессор. Я бы его узнал; но в той части библиотеки в это время дня свет не очень хороший, и я не видел его лица. Я бы сказал, это был невысокий пожилой джентльмен, возможно, священник, в плаще. Если бы вы могли подождать, я легко мог бы выяснить, очень ли ему нужна эта книга.
– Нет, нет, – сказал мистер Элдред, – я не буду… я не могу сейчас ждать, спасибо, нет. Мне нужно идти. Но я зайду завтра снова, если можно, и, возможно, вы сможете выяснить, у кого она.
– Разумеется, сэр, и я подготовлю для вас книгу, если мы… – но мистер Элдред уже ушел, и спешил так, что, казалось, это было для него очень плохо.
У Гарретта было несколько свободных минут, и он подумал: «Вернусь-ка я в тот отдел и посмотрю, не найду ли я того старика. Скорее всего, он мог бы отложить использование книги на несколько дней. Полагаю, другому она надолго не нужна». И он отправился в еврейский отдел. Но когда он туда пришел, там было пусто, и том с шифром 11.3.34 стоял на своем месте на полке. Самолюбие Гарретта было уязвлено тем, что он так беспричинно разочаровал посетителя; и он бы с удовольствием, если бы это не противоречило правилам библиотеки, снес книгу в вестибюль тут же, чтобы она была готова для мистера Элдреда, когда тот зайдет. Однако на следующее утро он будет его ждать и попросил швейцара послать за ним, когда тот придет. По правде говоря, он и сам был в вестибюле, когда мистер Элдред появился, вскоре после открытия библиотеки, когда в здании, кроме персонала, почти никого не было.
– Мне очень жаль, – сказал он, – я нечасто делаю такие глупые ошибки, но я был уверен, что тот старый джентльмен, которого я видел, взял именно эту книгу и держал ее в руке, не открывая, как это делают, знаете ли, сэр, когда собираются взять книгу из библиотеки, а не просто посмотреть. Но, как бы то ни было, я сейчас же сбегаю наверх и на этот раз принесу ее вам.
И тут наступила пауза. Мистер Элдред мерил шагами вестибюль, читал все объявления, сверялся с часами, сидел и смотрел вверх по лестнице, делал все, что мог делать очень нетерпеливый человек, пока не прошло около двадцати минут. Наконец он обратился к швейцару и спросил, очень ли далеко до той части библиотеки, куда ушел мистер Гарретт.
– Знаете, сэр, я и сам подумал, что это странно: он обычно быстрый человек, но, конечно, его мог вызвать библиотекарь, но даже в этом случае, я думаю, он бы упомянул, что вы ждете. Я сейчас поговорю с ним по трубке и узнаю. – И он обратился к переговорной трубке. Когда он выслушал ответ на свой вопрос, его лицо изменилось, и он задал еще один-два дополнительных вопроса, на которые получил короткие ответы. Затем он вышел к своей конторке и заговорил тише. – Мне жаль слышать, сэр, что, кажется, случилось нечто неприятное. Мистеру Гарретту, по-видимому, стало плохо, и библиотекарь отправил его домой в кэбе другим выходом. Что-то вроде приступа, судя по тому, что я слышал.
– Что, неужели? Вы хотите сказать, что кто-то его ранил?
– Нет, сэр, не насилие, но, как я понимаю, у него случился приступ, так сказать, болезни. Не очень крепкого здоровья мистер Гарретт. А что касается вашей книги, сэр, возможно, вы сможете найти ее сами. Очень жаль, что вас так дважды разочаровали…
– Э-э… да, но мне так жаль, что мистеру Гарретту стало плохо, когда он мне помогал. Думаю, я оставлю книгу и зайду узнать о его здоровье. Вы ведь можете дать мне его адрес, я полагаю. – Это было легко сделать: мистер Гарретт, оказалось, снимал комнаты недалеко от вокзала. – И еще один вопрос. Вы случайно не заметили, не уходил ли из библиотеки после меня вчера пожилой джентльмен, возможно, священник, в… да… в черном плаще. Я думаю, он мог быть… я думаю, то есть, что он может останавливаться… или, вернее, что я мог его знать.
– В черном плаще – нет, сэр. После вас ушли только два джентльмена, оба довольно молодые. Мистер Картер взял нотную книгу, и один из профессоров – пару романов. Вот и все, сэр; а потом я пошел пить чай, и рад был его получить. Спасибо, сэр, премного обязан.
Мистер Элдред, все еще охваченный тревогой, отправился в кэбе по адресу мистера Гарретта, но молодой человек был еще не в состоянии принимать посетителей. Ему было лучше, но его хозяйка считала, что он, должно быть, перенес сильный шок. Она думала, что, судя по словам доктора, он сможет принять мистера Элдреда завтра. Мистер Элдред вернулся в свой отель в сумерках и провел, боюсь, довольно скучный вечер.
На следующий день он смог увидеть мистера Гарретта. В здоровом состоянии мистер Гарретт был веселым и приятным на вид молодым человеком. Теперь же он был очень бледным и дрожащим существом, подпертым в кресле у огня, и склонным дрожать и поглядывать на дверь. Однако, если и были посетители, которых он не был готов принять, мистер Элдред не был в их числе.
– Это, право, я должен перед вами извиниться, и я уже отчаялся, что смогу это сделать, потому что не знал вашего адреса. Но я очень рад, что вы зашли. Мне очень неприятно и жаль доставлять столько хлопот, но, вы знаете, я не мог предвидеть этот… этот приступ, который у меня случился.
– Конечно, нет; но вот, я своего рода доктор. Вы извините мой вопрос; у вас, я уверен, был хороший врач. Это было падение?
– Нет. Я действительно упал на пол, но не с высоты. Это был, по сути, шок.
– Вы имеете в виду, что вас что-то напугало. Это было что-то, что, как вам показалось, вы видели?
– Боюсь, тут было мало «показалось». Да, это было то, что я видел. Вы помните, когда вы впервые зашли в библиотеку?
– Да, конечно. Ну, а теперь, я прошу вас не пытаться это описывать – вам будет нехорошо это вспоминать, я уверен.