Молка Лазарева – Воля и разум (СИ) (страница 25)

Я торопливо подошла к ним, и решила любыми способами разрядить обстановку. Я не психолог, но тему же перевести смогу.

‒ Василиса ‒ магиня, ‒ представилась я, ‒ А это Даша ‒ секретарь‒ архивист. Мы здесь проходим практику от университета «Энергий и технологий».

Паренек удивленно посмотрел на меня, но, пыл ругаться у него поубавился.

‒ Олег ‒ турист. В горы иду.

То, что он турист, это и по рюкзаку было понятно. Но идея идти одному в горы...она как минимум странная и опасная.

‒ Один? ‒ уточняю я.

Паренек кивнул.

‒ Здесь очень хрупкая горная порода, ‒ вмешалась Даша, ‒ тут же раньше гномы шахты разрабатывали, поэтому обвалы часто происходят. Даже местные и те без опаски только по паре‒ тройке троп ходят.

Уточнять откуда девушка знает такую информацию, мне не хотелось, могла и от Каси услышать, а про обвалы я слышала от Матрены. Для той, горы были очень болезненной темой.

Но эти предупреждения на Олега впечатлений не произвели. Упрямо помотав головой, он поправил вновь сползшие лямки рюкзака и с уверенностью заявил:

‒ Спасибо за совет, конечно. Но раз я решил ‒ значит пойду.

И направился дальше, вперед по дороге.

На это раз догонять его ни я, ни Даша желания не испытывали. Ну, раз ему надо, то пускай топает. Взрослый человек, а значит должен сам понимать последствия решений.

‒ Странный он, ‒ глядя в след пареньку пробормотала Даша и в задумчивости почесала свой блондинистый затылок. ‒ И обидели мы его ни за что.

‒ Согласна, нехорошо вышло, но мы же извинились, ‒ словно оправдывалась я.

‒ А толку. Я почти уверена, что он назло нам в горы теперь пошел, просто чтобы на место нас поставить. Поэтому и слушать не стал.

Я пожала плечами, в моем понимании дуракам всегда должно везти. А раз так, то с нелепым Олегом ничего страшного в горах произойти не должно. Максимум простуду подхватит или заноз в пятую точку нацепляет.

‒ Пошли лучше, ‒ озвучила я, ‒ А то опоздаем, и тогда обвал чердака на голову нам участковый устроит.

***

Рабочий день подходил к концу. Генерал Разумов сидел в своем кабинете, ожидая свежего доклада от менталистов. Проконтролировать ситуацию в Шкрябинке следовало до конца.

Жаль, конечно, что пришлось лишний раз к «аватаре» подключатся в ее бодрствующем состоянии, но что поделаешь. Надо значит надо.

Секретарь Галина принесла очередную чашку свежезаваренного кофе. Обычно Разумов предпочитал чай, но сегодня день был излишне напряженный и требовал сосредоточенности.

Долгожданный доклад принесли за двадцать минут до окончания рабочего дня.

‒ Значит придется задержаться, ‒ мелькнула мысль.

Мужчина внимательно вчитывался в строки документа, и мрачнел с каждой секундой все больше и больше, на скулах заиграли желваки.

‒ Галя, ‒ рявкнул Разумов в интерком, ‒ срочно соедините с генералом Серовым.

‒ Минуточку, ‒ ответили с той стороны.

Время пошло.

‒ Генерал Серов уже ушел, ‒ затравленно пискнула секретарь. Она, как человек опытный и не первый год, работающий в управлении, прекрасно понимала, если начальник в бешенстве, то под горячую руку лучше не попадаться.

‒ Хорошо.

Первоначальный всплеск бешенства начинал угасать.

Необходимо держать себя в руках, но вчитываясь в отчет менталистов, Разумов не мог отреагировать иначе.

Одно из двух, либо Серов решил крепко подставить своего коллегу, либо начал какую‒ то свою игру.

Сразу после их утреннего разговора, генерал прислал Разумову досье оперативника, которому предстояло отправиться в Шкрябинку.

Настоящее имя оперативника в документе не указывалось, лишь позывной «Верес». С вложенной в файл фотографии цепким взглядом взирал черноволосый мужчина, лет тридцати. Волевой подбородок, прямой нос, пронзительные серые глаза ‒ хищник. За такими типажами, как правило, бегают толпы девиц. Еще при утреннем изучении дела оперативника, Разумов радовался и мысленно потирал ручки. Такому «орлу» любая девчонка все секреты выдаст. Любовь ‒ морковь. На это собственно и был расчет.

Но Серов, видимо, все переиграл.

Судя по отчетам менталистов, в Шкрябинку отправили кого‒ то другого. Из разума «куклы» извлекли фоторобот абсолютно непохожего на альфа‒ самца человека. Рыжее чмо ‒ никаким другим словом и не назовешь. И линия поведения этого оперативника, совершенно не укладывалась в первоначально разработанную легенду.

Разумов был в бешенстве.

От гневных мыслей отвлек стук в дверь.

‒ Войдите, ‒ приказал мужчина.

В кабинет заглянула Галина.

‒ К Вам генерал Серов, ‒ доложила она.

‒ Хорошо, пригласите, ‒ спокойным голосом произнес Разумов, но в душе уже ликовал. Сейчас, он хотя бы узнает мотивы произошедшей ротации кадров.

В кабинет вошел статный мужчина, с первого взгляда в нем чувствовалась выправка военного и твердость характера. Цвет волос, когда‒ то был черным, а сейчас абсолютно седым. Оно и ясно, работа у генерала Серова была нервная. На оперативных заданиях он бывал не в пример чаще кабинетного Разумова, и пороху перенюхал на несколько тонн больше.

Не дожидаясь приглашения, гость уселся на одно из кресел, и, закинув ногу на ногу, с усмешкой поинтересовался:

‒ Ну как тебе?

‒ То есть ты считаешь это смешным? ‒ возмутился хозяин кабинета.

‒ Я считаю это разумным, ‒ лаконично пояснил седовласый.

‒ Не желаешь объясниться?

‒ Почему же, очень желаю. Ты дела своих девчонок вообще читал? Или так глазками пробежался? И под одну гребенку их замерил?

‒ Разумеется, читал, у меня лучшие менталисты, они и не такие души наружу выворачивают.

‒ Я не сомневаюсь ‒ только мозг спалят и себе, и кукле. Ты ведь иначе бы моего оперативника не позвал, сам бы все сделал.

Серов, родился не вчера, он прекрасно понимал, если привлекли его ребят, значит, своими силами справиться не смогли. Что‒ то помешало обычной стандартной работе менталистов.

‒ «Аватара» сопротивляется считыванию, а вмешаться в поведение проблематично ‒ может с катушек слететь. Поэтому память скачиваем только во сне, ну и за редким исключением, как сегодня, во время бодрствования.

‒ Тебя ведь не «кукла» интересует, а Ласова. Зачем она тебе? ‒ интересовался Серов, с той же хитрой усмешкой.

‒ У нее очень занятная родословная, нехарактерное поведение, и странное направление на практику, к которому кто‒ то из деревни приложил руку. И надо понять, зачем это сделано. Плюс ко всему, всплыл этот странный Курочкин.

‒ Это слишком банально, иначе ты не просил бы меня вмешиваться. Так в чем дело, Разумов? ‒ давил Серов.

В ответ мужчина промолчал.

‒ Не трудись, я тебе расскажу свою версию событий, ‒ продолжил седовласый. ‒ Твоя Ласова, вероятнее всего, скрывающая силу маг. Имея такого одарённого отца и не менее одаренную мать, пусть и потерявшую силу, ее потенциальная мощь может достигать уровня архимага. Но это всего лишь предположением. Если бы не куча «но». Все свое обучение она вела себя как серая мышь, а девочка, заметь, не дурна собой. Ее средние баллы по учебе с трудом достигают тройки, но при этом на той же практике она массивами накладывает противопожарные заклинания на тонны бумаг и это она догадалась про «фишку» с зеркалом. То есть твоя Ласова не такая тупая, как хочет казаться. И знаешь, что хорошо уложилось в эту картину мира?

‒ Терентьев, ‒ подтвердил Разумов. Он мыслил в том же направлении, просто не хотел озвучивать эти догадки.

‒ Именно. Приглашение Василисы на практику, не что иное, как способ скрыть ее от общественности. Останься она на практике в столице вместе с остальными магами, сила могла привлечь к себе внимание. А так глухая деревня, пыльный архив, и подкупленный председатель, который сейчас находится на лечении в клинике у отца Ласовой. Чем не взятка за составление нужной характеристики. Но тебе нужны доказательства, а кукла их достать не может, так как не подчиняется твоим менталистам. И ты зовешь меня.

Разумов обвел взглядом хитро улыбающегося седовласого генерала. Проницательный коллега рассудил все верно, ни в чем не ошибся. Оставалось неясным, зачем он изменил первоначальный план.

‒ Ну и откуда ты достал это рыжее недоразумении? Где обещанная мечта девичьих грез?

‒ Разумов, ты серьезно не догадываешься сам? ‒ удивленно вскинул брови гость. ‒ Видимо ты совсем засиделся в кабинете.

‒ Долго еще будешь говорить загадками?