Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 4)

Ж е н щ и н а. Ну и что? Может же она заехать к нам на минутку.

М у ж ч и н а  п е р в ы й. У нее в сумочке была всего одна рупия. Даже нечем было расплатиться за такси…

Ж е н щ и н а. Это ничего не значит. Могла же она поехать к нам не из дому, а из какого-нибудь другого места.

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Зачем ты всегда стараешься скрыть правду? Почему бы тебе хоть раз не спросить ее прямо?

Ж е н щ и н а. О чем же я должна ее спросить?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Я должен объяснять тебе это?

Сделав глоток из чашки, Женщина садится на один из стульев. Не дождавшись ответа, Мужчина продолжает говорить.

Я никогда не был хорошего мнения об этом человеке. Это ты все хвалила его — Манодж такой, да Манодж этакий… Прямо не человек, а идеал! И если бы при твоем попустительстве он не зачастил в наш дом, разве дошло бы до того, чтобы дочь, не спросясь, ушла к чужому человеку, а потом в таком виде…

Ж е н щ и н а (принужденно). А почему ты сам не спросишь ее о том, о чем считаешь нужным спросить?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Как же я могу спросить?

Ж е н щ и н а. А почему ты не можешь?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Да потому, что…

Ж е н щ и н а. Знаю, знаю! У тебя всегда находится какая-нибудь причина. (Большими глотками опустошает чашку.)

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Ты все знаешь! Если бы в этом доме все делалось так, как я считаю нужным, то…

Ж е н щ и н а (вставая). …то уж не знаю, до какой бы еще беды мы дожили! Уж наверняка не имели бы даже того жалкого пропитания, которое получаем сейчас от моей службы. А дочь год от году все больше старилась бы в доме, и никому не пришло бы в голову…

М у ж ч и н а  п е р в ы й (делая знак в сторону двери, ведущей во двор). Она идет. (Поспешно допив чай, отдает чашку жене.)

Возвращается  С т а р ш а я  д о ч ь. Она уже овладела собой и теперь держится уверенней.

С т а р ш а я  д о ч ь. Ну вот, обмыла лицо холодной водой, немножко ожила. Такая жарища, просто ужас… (Ощутив на себе недоумевающие взгляды обоих родителей.) В чем дело, мама? Почему вы оба так смотрите на меня?

Ж е н щ и н а. Я сейчас вернусь, только отнесу чашки. (Выходит во двор.)

Мужчина первый, пряча от дочери глаза, делает безуспешные попытки чем-нибудь занять себя.

С т а р ш а я  д о ч ь. В чем дело, папа?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Дело?.. Ни в чем…

С т а р ш а я  д о ч ь (вдруг расслабившись). Но ведь все-таки что-то есть!..

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Ничего особенного… Просто твоя мама сейчас сказала, что…

С т а р ш а я  д о ч ь. Что она сказала?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. То есть нет, это я хотел сказать…

С т а р ш а я  д о ч ь. Что сказать?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Ну, это… В общем, о тебе.

С т а р ш а я  д о ч ь. Что ты хотел обо мне сказать?

Возвращается  Ж е н щ и н а.

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Вот идет мама, пусть она сама тебе скажет. (Отходит в сторону, словно не желая участвовать в разговоре.)

С т а р ш а я  д о ч ь. Мама, что папа хотел сказать обо мне?

Ж е н щ и н а. А почему ты не спросишь об этом у него?

С т а р ш а я  д о ч ь. Папа отсылает меня к тебе, а ты говоришь, почему я не спрошу у него!

Ж е н щ и н а. Твой отец хочет спросить у тебя…

М у ж ч и н а  п е р в ы й (перебивая ее). Если тебе самой не хочется это спросить, оставь ее в покое.

С т а р ш а я  д о ч ь. Но о чем нужно спрашивать меня?

Ж е н щ и н а. Ни о чем особенном. Только и дела, что ты явилась сегодня к нам таким образом, что ему показалось, будто…

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Как будто тебе это не показалось!

С т а р ш а я  д о ч ь (тоном человека, которого допрашивают в суде). Что показалось?

Ж е н щ и н а. А то, что ты таишь в себе что-то такое, о чем не хочешь говорить с нами.

С т а р ш а я  д о ч ь. А почему вам это показалось? Разве я дала для этого какой-нибудь повод?

Ж е н щ и н а (мужу). Ну вот, а теперь изволь сказать ей все, что говорил мне.

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Ты начала, тебе и заканчивать.

Ж е н щ и н а. Хорошо. (Дочери.) Могу я прямо спросить у тебя?

С т а р ш а я  д о ч ь. Конечно, можешь.

Ж е н щ и н а. Ты счастлива там? Ну… с мужем?

С т а р ш а я  д о ч ь (глухо). Да, очень.

Ж е н щ и н а. Честно, от всей души?

С т а р ш а я  д о ч ь. А разве я говорю не от всей души?

М у ж ч и н а  п е р в ы й (расхаживая по комнате и глядя в другую сторону). Это не ответ.

С т а р ш а я  д о ч ь (раздраженно). Так, по-вашему, было бы ответом от всей души, если бы я сказала, что несчастлива, что очень страдаю?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Когда человек говорит правду, это видно по его лицу.

С т а р ш а я  д о ч ь. А по моему лицу что видно? Что у меня начался туберкулез? Что я чахну и умираю?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Разве у человека может быть только туберкулез?

С т а р ш а я  д о ч ь. А что еще? Глаза перестают видеть? Нос и уши скрючиваются? Губы отваливаются? Что вы видите на моем лице?

М у ж ч и н а  п е р в ы й (возвращаясь к ним, сердито). Тебя об этом спросила мать, с ней и разговаривай. Я в эти дела не стану вмешиваться. (Подойдя к софе, разворачивает газету, но в следующую же минуту замечает, что держит ее вверх ногами, и поспешно придает ей нужное положение.)

Ж е н щ и н а (дочери). Ладно, оставим это. Больше я никогда не стану спрашивать тебя о таких вещах.

На глазах у Старшей дочери выступают слезы.

С т а р ш а я  д о ч ь. А зачем спрашивать, мама? Всякий человек живет как может.

М у ж ч и н а  п е р в ы й (перелистывая газету). Вот это ответ.

Ж е н щ и н а (мужу). Ты не можешь немного помолчать?

М у ж ч и н а  п е р в ы й. А разве я говорю? Сижу и молчу. (Читает газету.) «Принесение в жертву двенадцатилетнего мальчика ради успешного завершения строительства плотины». (Говорит через газету.) Ты говоришь что только тебе вздумается, а я не смей и слова вымолвить. (Читает в газете.) «Бесчеловечный поступок подрядчика, строящего плотину в деревне Маддха близ Удайпура». (Говорит через газету.) Всему есть предел.

Женщина, положив руку на плечо дочери, подводит ее к письменному столу.

Ж е н щ и н а. Сядь, пожалуйста.