Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 6)

С т а р ш а я  д о ч ь. Потому, что мне иногда кажется… Как мне объяснить это? Когда он так уверенно говорит, у меня будто все переворачивается в душе… Мне становится так противно, так досадно… Мне хочется ему… Хочется все вокруг разбить вдребезги, хочется сделать что-то такое, отчего бы…

Ж е н щ и н а. Отчего — что?

С т а р ш а я  д о ч ь. Отчего ему стало бы ужасно больно, обидно. Ему вот нравятся мои длинные волосы, так я думаю иногда — хорошо бы их взять да отрезать. Он не хочет, чтобы я работала, а я, назло ему, мечтаю найти себе хоть какую-нибудь, хоть самую жалкую работу. Мне бы такое ему учинить, чтоб он прямо подскочил от злости!.. Но, как ни стараюсь, ничего у меня не выходит… И тогда я злюсь сама на себя, места себе не нахожу и…

Ж е н щ и н а. И приходишь сюда?

Старшая дочь, помолчав, качает головой.

С т а р ш а я  д о ч ь. Нет.

Ж е н щ и н а. А что?

С т а р ш а я  д о ч ь. На несколько дней порываю с ним всякие отношения. Но потом… Потом постепенно все возвращается в старую колею. И опять наша жизнь идет по-прежнему до тех пор, пока мы… пока снова мы не скатываемся в ту же отвратительную яму. И вот тогда я прихожу сюда. Прихожу только для того, чтобы…

Ж е н щ и н а. Это твой дом, дочка.

С т а р ш а я  д о ч ь. Мой дом!.. Да. И я прихожу сюда, чтобы снова попытаться увидеть, что же есть в нашем доме такое, с чем я прихожу обратно к мужу и что делает меня такой дурной, такой низкой… (Почти срывающимся голосом.) Можешь ты сказать, мама, что это? И в чем это заключено? В наших окнах или в наших дверях? Или в потолке? В стенах? Или это в тебе? В папе? В Кинни? В Ашоке? Где оно — то гнусное, о чем он говорит, что я приношу с собой из этого дома? (Берет обе руки матери в свои ладони.) Мама, скажи, что это такое? И где оно прячется в нашем доме?

Длинная пауза. Руки обеих женщин крепко сплетены, они смотрят друг другу в глаза. Мужчина первый постепенно поворачивается к ним лицом. И тогда Женщина медленно отнимает свои руки от рук дочери. Ее взгляд встречается со взглядом мужа, и она делает несколько неуверенных шагов вперед, как будто желая что-то сказать ему. Старшая дочь стоит неподвижно и смотрит на них обоих, словно все еще надеясь услышать ответ на свой вопрос. Мужчина первый вдруг отводит глаза в сторону и топчется на месте, потом принимается машинально скручивать в жгут газету, которую все время держал в руках. Женщина тоже застывает на месте, как бы взвешивая что-то в уме, потом, тряхнув головой, возвращается к дочери и касается рукой ее плеча. Та, закрыв глаза, борется с нахлынувшим волнением, затем твердо снимает руку матери со своего плеча, опирается о спинку стула и садится на него. Не зная, что делать дальше, Женщина стоит в оцепенении, сложив руки ладонями вместе. Глаза ее снова встречаются с глазами мужа, они выражают немой упрек. Опомнившись, она сейчас же находит себе желанную отдушину — с преувеличенным тщанием приводит в порядок один из табуретов. Мужчина первый вскакивает с места, беспомощно озирается по сторонам и, увидев в своих руках скрученную в жгут газету, сильно смущается. Постояв немного с неопределенным выражением на лице, снова садится и принимается рвать на части газетный жгут. В эту минуту через наружную дверь в комнату входит  М л а д ш а я  д о ч ь  и, застав родных в таком странном состоянии, от неожиданности замирает на месте.

М л а д ш а я  д о ч ь. Никогда здесь ничего не поймешь.

Из всех троих только мать взглядывает на нее.

Ж е н щ и н а. Что ты говоришь?

М л а д ш а я  д о ч ь. Ну, сама скажи — можно тут что-нибудь понять? Придешь из школы — дома ни души. Придешь попозже — все вдруг явятся: и ты, и папа, и Бинни, зато все молчат, как воды в рот набрали…

Ж е н щ и н а (подходя к ней). Скажи лучше, где ты сама пропадала?

М л а д ш а я  д о ч ь. Куда глаза поглядели, там и пропадала. Разве был дома кто-нибудь, с кем можно посидеть? Дали мне горячего молока?

Ж е н щ и н а. Сейчас получишь свое молоко.

М л а д ш а я  д о ч ь. Сейчас получу! В школе есть захочется, так в кармане нет ни одной денежки. А домой придешь, даже молока горячего не дождешься.

Ж е н щ и н а. Я же сказала тебе, сейчас получишь. (Мужу.) Может быть, ты поднимешься наконец, или мне самой пойти?

Мужчина первый, собрав с пола в обе руки обрывки газеты, встает с места.

М у ж ч и н а  п е р в ы й (будто проглатывая горький ком в горле). Иду… (Смотрит на обрывки газеты так, словно это был какой-то ценный документ, который он нечаянно порвал на куски.)

Ж е н щ и н а (младшей дочери). Ты опять сегодня порвала учебник?

Мужчина первый, уже сделавший несколько шагов, останавливается, чтобы услышать, чем кончится этот разговор.

М л а д ш а я  д о ч ь. Он сам порвался, что я могу поделать?.. Ну вот, сегодня на уроке шитья опять со мной было то же. Мисс сказала, что…

Ж е н щ и н а. О твоей мисс потом. Сначала скажи…

М л а д ш а я  д о ч ь. Ты всегда говоришь «потом». Если сегодня же не принесешь нитки, с завтрашнего дня не стану больше ходить в школу. Мисс перед всем классом сказала мне, что…

Ж е н щ и н а. Ты и твоя мисс!.. Просто заболеть от вас можно.

М л а д ш а я  д о ч ь. Тогда забери меня из школы. Пусть лучше я тоже весь день буду болтаться без дела, как Шоки.

Старшая дочь с видимым волнением и беспокойством смотрит на младшую сестренку.

С т а р ш а я  д о ч ь (не в силах сдержать себя). Ты что, до сих пор не научилась говорить о людях с уважением? Ведь он твой старший брат!

М л а д ш а я  д о ч ь. Ну и что? Разве он не болтается целый день дома?

С т а р ш а я  д о ч ь. Кинни!

М л а д ш а я  д о ч ь. А ты? Когда ты сама была здесь, что говорила о нем, а? Он ведь и тебе тоже старший брат. Хоть на год, а все-таки старше тебя.

С т а р ш а я  д о ч ь (матери). Это ты, мама, позволяешь ей распускать язык.

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Если бы я ей это сказал…

Ж е н щ и н а. А ты прежде говорил бы то, что нужно сказать. А уж потом было бы видно, что получится.

М у ж ч и н а  п е р в ы й (направляясь к двери, ведущей во двор). Да что пользы говорить? Оттого-то я всегда и молчу. Пойду согрею ей молоко. (Выходит.)

М л а д ш а я  д о ч ь. К завтрашнему дню мне обязательно нужна коробка разноцветных ниток. И еще мисс Банерджи сказала всем девочкам, чтобы принесли в класс по три новых сумочки для бедных детей.

Ж е н щ и н а. По сколько?

М л а д ш а я  д о ч ь. По три. Всем девочкам велела. И еще ты сама сказала, что на этой неделе у меня обязательно будут заколки для волос и новые носки. Ты принесла их? Знаешь, как мне стыдно ходить в школу в рваных носках?

Общее неловкое молчание.

Ж е н щ и н а (стараясь замять неприятный разговор). Вот посмотри-ка! Ты пришла из школы и бросила свою сумку где попало, даже не закрыла ее. Нужно было мне прийти с работы, чтобы сделать это за тебя. Сейчас же отнеси на место!

М л а д ш а я  д о ч ь. Ты слышала меня?

Ж е н щ и н а. Слышала.

М л а д ш а я  д о ч ь. А почему не ответила? (Рывком поднимает сумку и с протестующим видом идет во внутренние покои.) Я говорю про заколки и носки, а ты про сумку. (Уходит.)

Старшая дочь вскакивает со стула.

С т а р ш а я  д о ч ь. Разве нам с Шоки когда-нибудь позволялось так дерзко разговаривать? Бывало, полсловечка лишнего скажешь, так влетит, что больше не захочешь.

Женщина отвечает не сразу. Она как будто ушла в себя.

Ж е н щ и н а (с усилием сосредоточиваясь). Что ты сказала?

С т а р ш а я  д о ч ь. Я сказала, что… (Вдруг насторожившись.) О чем ты думала?

Ж е н щ и н а. Нет… Я ни о чем не думала. (Глядя по сторонам.) Смотрю, все ли прибрала. К нам сегодня должны прийти и…

С т а р ш а я  д о ч ь. Кто должен прийти?

Из двери, ведущей со двора, выходит  М у ж ч и н а  п е р в ы й. У него в руках стакан с молоком, ложечкой он размешивает в нем сахар.

М у ж ч и н а  п е р в ы й. Сингхания. Ее начальник. Сегодня у нас начинается новая серия визитов. (Поставив стакан на обеденный стол и ни на кого не взглянув, выходит в ту же дверь.)

Женщина провожает его насмешливо-горьким взглядом. Старшая дочь подходит к матери.

С т а р ш а я  д о ч ь. Мама!

Глаза Женщины останавливаются на лице дочери.

В чем дело, мама?

Ж е н щ и н а. Ни в чем.

С т а р ш а я  д о ч ь. Но все-таки?

Ж е н щ и н а. Я же сказала: ни в чем. (Отступив назад, подходит к буфету и, раскрыв дверцы, начинает что-то искать.)

С т а р ш а я  д о ч ь (подойдя к ней сзади). Мама!

Не отвечая, Женщина достает из буфета скатерть и притворяет дверцы.

Ты каждый день слышишь эти слова. Стоит ли принимать их так близко к сердцу?