Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 34)

Т е т у ш к а. Чепуха какая! А почему бы нам не жить?

П и с а т е л ь. Это нелогично.

Т е т у ш к а. Я твоей логики не понимаю. Я только знаю, что тебе приходят в голову всякие глупости, потому что ты не женат. Почему ты не женишься?

П и с а т е л ь. Я ведь говорил не о женитьбе.

Т е т у ш к а. Вот в этом и беда. Ты никогда не говоришь о женитьбе. Только и говоришь, зачем, почему, отчего! Можешь ты мне объяснить, почему ты не женишься?

П и с а т е л ь. Трудно объяснить. Я пока не нашел ответа на вопрос, зачем я должен жениться.

Т е т у ш к а. Какой здесь может быть вопрос? Все женятся, а ты почему не можешь?

П и с а т е л ь. Ну вот, ну вот, начинается! Все так делают. Раз все, значит, и я. Почему чихают, почему кашляют, почему плачут, почему смеются, почему живут — а потому, что все так делают.

Т е т у ш к а. Ну, пошло!

Хочет уйти, но писатель останавливает ее.

П и с а т е л ь. Почему любят, почему ненавидят, почему страдают, почему клянут судьбу. Почему плачут, почему смеются, почему живут — а потому, что все так делают.

Т е т у ш к а. Ты перестанешь или нет?

П и с а т е л ь. Почему ночью спят, почему стараются поступать правильно, почему живут и почему умирают — потому что все так делают.

Т е т у ш к а. Ты сумасшедший, просто сумасшедший. Вот если б ты женился, у тебя бы вся эта дурь из головы вылетела! (Уходит.)

Писатель обращается к зрительному залу.

П и с а т е л ь. Женитьба. Рождение, женитьба, смерть. Сначала рождение, потом женитьба. Сначала женитьба, потом смерть. Давным-давно я слышал сказку. Помню, там был принц. И принцесса. И после многих приключений они поженились и были вечно счастливы. Счастливы. Так счастливы, что об этом даже сказку сложить нельзя было.

Свадебные колокольчики. М а н а с и — новобрачная.

Свадьба. Муж и жена.

Входит  А м а л.

М а н а с и (счастливым голосом). Уже вернулся?

А м а л. Я сказал директору, что мне нездоровится.

М а н а с и (испуганно). Тебе действительно плохо?

А м а л. Конечно, мне плохо без тебя.

М а н а с и (смеясь). Ах ты, мой глупенький!

А м а л. Ты мне не рада?

М а н а с и. Конечно, нет. Чему тут радоваться?

Смеются. Манаси подходит к Амалу. Он обнимает ее.

П и с а т е л ь. Супружество. Муж и жена.

Амал уходит. Манаси теперь домохозяйка. Входит  Б и м а л с газетой, садится, читает. Манаси подходит к нему. Бимал не обращает на нее внимания.

М а н а с и. Наверное, сегодня в мире произошли чрезвычайные события.

Б и м а л. Ты что? С чего ты это взяла?

М а н а с и. Ты все утро не можешь оторваться от газеты.

Б и м а л. Да я только что открыл ее. (Откладывает газету.) Так что ты хотела мне сказать?

М а н а с и. Ничего особенного. Хотела спросить: мы вечером куда-нибудь пойдем?

Б и м а л. Сегодня? Понимаешь, сегодня у нас на работе один служащий уходит на пенсию, мы решили собраться и отметить это дело. А куда ты хотела пойти?

М а н а с и. Никуда. Ты бриться будешь? Уже девять часов.

Б и м а л. Девять? Ах ты, черт! (Торопливо убегает.)

П и с а т е л ь. Супружество, муж и жена.

Манаси — задерганная и уставшая мамаша. Входит  К а м а л.

М а н а с и. Неисправимый ты человек! Прекрасно знаешь, что Кока болен, и все равно где-то болтаешься до десяти часов.

К а м а л. Я принес тебе овсянку.

М а н а с и. И страшно гордишься этим. Выполнил свой долг. А ты подумал, чем я буду кормить ребенка до десяти часов?

К а м а л. Так что, в доме совсем ничего нет?

М а н а с и. Что было, я ему уже дала. Апельсины купить ты, конечно, забыл. Ну, сколько раз я тебе говорила…

К а м а л. Апельсины в магазине очень дорогие. Я решил заглянуть завтра на базар.

М а н а с и. В общем, иди и мой руки. Ужин стынет.

Камал выходит. Манаси удаляется в противоположном направлении.

П и с а т е л ь. Супружество. Мужчина и женщина. Муж и жена. Амал, Бимал, Камал. Индраджит — тоже.

Входит  И н д р а д ж и т.

Боже мой, кто это? Ты, Индраджит?

И н д р а д ж и т. Привет, вот не ожидал тебя видеть.

Пожимают друг другу руки.

П и с а т е л ь. Я тебя сто лет не видел.

И н д р а д ж и т. Сто не сто, а, по-моему, лет семь мы не виделись. Так?

П и с а т е л ь. И где ты был все эти годы? В Бхопале?

И н д р а д ж и т. Нет. С той работы я через год ушел. С тех пор ездил с места на место. Перебрасывали из одного отделения фирмы в другое.

П и с а т е л ь. То есть как раз то, чего ты хотел?

И н д р а д ж и т. Разве? Разве этого я хотел? Не знаю.

П и с а т е л ь. Ну что ты, забыл, как мечтал о пингвинах, кенгуру, эскимосах?

И н д р а д ж и т. А! Набор из учебника географии для шестого класса. Ты все еще помнишь об этом?

П и с а т е л ь. А ты забыл?

И н д р а д ж и т. Нет. Не забыл. Просто, наверное, я сильно изменился. Не знаю, конечно, что произошло бы, если б мы в тот день ушли из дому с двумя рупиями в кармане. Только теперь мне кажется, что нет никакого мира за пределами учебника географии. А если есть, то не в нашей стране.

П и с а т е л ь. За границей?

И н д р а д ж и т. Не знаю. Я никогда не был за границей. Однажды был разговор о том, чтобы поехать на работу в Малайю. Ничего не вышло.

П и с а т е л ь. А если б вышло, поехал бы в Малайю?