Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 20)

Ж е н щ и н а. Привязала? Я? К себе?.. Никто, кроме вас, не мог бы сказать ничего подобного.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Потому что никто не знает столько, сколько знаю я.

Ж е н щ и н а. Вам всегда кажется, что вы знаете очень много. Разве не так?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. В том, что касается Махендранатха, именно так. Только потому я и беру на себя смелость утверждать, — ты так скрутила его, что он не способен сейчас даже стоять на собственных ногах.

Ж е н щ и н а. На собственных ногах! Да разве у него были когда-нибудь собственные ноги?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Ты говоришь о настоящем. Но ведь я его знал за десять лет до того, как ты увидела его впервые.

Ж е н щ и н а. Может быть, именно поэтому он уже и не стоял на обеих ногах.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Я знаю, Савитри, знаю все-все, что ты думаешь и говоришь обо мне.

Ж е н щ и н а. Да уж, конечно, я думаю, знаете… И все-таки сколько еще есть такого, о чем Савитри никогда и никому не говорила.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Например?

Ж е н щ и н а. Например… Но вы же пришли сами что-то сказать мне.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Нет. Первое слово тебе. (Старшей дочери.) Ты, детка, выйди ненадолго.

Старшая дочь молча направляется к двери.

Ж е н щ и н а. Дайте и ей послушать, если говорить должна я.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Хорошо. Останься, Бинни!

С т а р ш а я  д о ч ь. Но я думаю, что…

Ж е н щ и н а. Если я хочу, чтобы ты осталась здесь, то, наверно, на то есть важная причина.

Старшая дочь, опустив глаза, отходит в сторону и садится на стул возле обеденного стола.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й (Женщине). Ты тоже сядь.

С этими словами он и сам опускается на софу. Женщина садится на одну из табуреток.

Так говори же все, что ты хотела мне сказать.

Ж е н щ и н а. Сначала я хотела бы задать вам вопрос. Как по-вашему, при каких условиях человека можно считать человеком в истинном смысле этого слова?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Не нужно вопросов. Говори то, что тебе хотелось сказать.

Ж е н щ и н а. В общем, конечно, человеком можно назвать всякое существо, которое ходит на двух ногах и говорит по-человечьи, — но если рассуждать серьезно, то разве не нужно, чтобы оправдывать звание Человека, обладать собственной человеческой сущностью, собственной индивидуальностью?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Поскольку я вижу, ты имеешь в виду Махендру, не хочешь ли ты сказать, что…

Ж е н щ и н а. Я хочу сказать, что с первой же минуты нашего знакомства я постоянно вижу, как он всюду, в любом деле ищет чьей-либо поддержки. И в особенности вашей. Нужно сделать это или нет — спрошу у Джунеджи. Нужно туда пойти или нет — узнаю мнение Джунеджи. Нужно купить что-то — ну самую пустяковую вещь, — прежде справлюсь, по вкусу ли она Джунедже. Нужно в чем-то пойти на риск — тоже только по совету Джунеджи. Да куда уж дальше — даже невесту себе найти! Как он решился на брак со мной? Только с согласия Джунеджи.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Я его друг. Естественно, он искал во мне поддержки.

Ж е н щ и н а. И каков же результат? Да только тот, что он ни в чем уже не мог полагаться на себя. Для всего в жизни у него один пробный камень — Джунеджа. Что Джунеджа думает, что Джунеджа хочет, что Джунеджа делает — то и ему нужно думать, нужно хотеть, нужно делать. Почему? Потому что Джунеджа сам по себе человек основательный, цельный. А он сам? А он сам даже не половинка, даже не четверть человека…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Можно, конечно, смотреть на это и с такой точки зрения. Но суть-то заключается в том, что…

Ж е н щ и н а (вставая). Дайте же мне сказать об этой сути, что я знаю сама. Живет человек. Он основывает дом, семью. Зачем он это делает? Чтобы удовлетворить свою потребность. Потребность в чем? А в том, чтобы восполнить свою внутреннюю… как бы это сказать… половинчатость, что ли, или неполноту. Таким образом он достигает для себя… или в себе… недостающей ему полноты. Другим не приходится тратить всю свою жизнь только на то, чтобы восполнять свою неполноту. Но для вашего Махендры это единственная цель жизни. И сам он только инертный материал, которым другие норовят заполнить какие-то пустые клетки. Он делает только то, чего хотят от него другие, чего ждут от него другие… Все зависит от того, как они сами захотят использовать его в своей жизни…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Использовать?

Ж е н щ и н а. А разве нет? Никто другой не станет делать эту работу, а Махендра станет. Никто другой не понесет эту ношу, а Махендра понесет. Затеяли открыть типографию, кого-то не хватает — он к вашим услугам. Фабрику основали, есть пустое место — он опять здесь. Где нужно заполнить пустые клетки, там и Махендра. А когда дело сделано, где Махендра? Оказывается, Махендра еще раньше получил и израсходовал свою часть. А доход его где? (По очереди тыча пальцем в предметы комнатной обстановки.) Вот, вот, вот он где — в этих ничтожных, бессмысленных вещах, которыми, как ему казалось, был осчастливлен этот дом…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Тут и правда Махендранатх слишком поспешил, я знаю это. Но причиной тому…

Ж е н щ и н а. Причиной была я — вы это хотите сказать? Только для меня, для моего счастья он поспешил натащить в дом всякого хлама и тем самым положил начало собственному падению… Да полно вам! Припомните-ка сами, что тут сыграло главную роль?.. Что и кто. Я думаю, в душе вы и сами прекрасно это понимаете.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Говори, говори. Я ведь не обижаюсь. В конце концов, ты жена Махендры и…

Ж е н щ и н а (в гневе поворачиваясь лицом к нему). Не вам называть меня женой Махендры! Что и Махендра человек со всеми своими потребностями, что и у него вдруг появились жена, семья — это с самого начала было не по нутру тем, кто числил Махендру в своих друзьях. Махендра женился, а в ваших глазах он как будто отнял у вас что-то вам принадлежащее. Ну как же! Махендра теперь не смеется, как смеялся прежде. Махендра теперь не радуется, как радовался прежде, сидя в кругу друзей. Махендра вообще уже совсем не тот, каким был когда-то. И вот Махендра из кожи лезет, он старается снова стать тем же добрым малым, каким знали его друзья. А как же? Вдруг кто-нибудь в чем-нибудь упрекнет его. Днем и ночью Махендра мечется, бьется. Бьется головой о стенки, бьет детей, терзает жену. Он не может тратить свой досуг на семью. Ему нужно быть среди друзей. Без Махендры не собирается ни одна вечеринка. Без Махендры ни один пикник не пикник. Главное в жизни для Махендры — так проводить время, как это принято у друзей. Но этого ему мало! Такая жизнь должна стать правилом и для всех его домашних. «Как ты можешь не пойти со мной в такое-то место? Почему ты с таким-то не разговариваешь как следует? И ты еще называешь себя образованным человеком — ведь ты даже не умеешь прилично вести себя на людях! Женщине нужно вот так ходить, вот так говорить, вот так улыбаться! Зачем ты всегда позоришь меня перед людьми?» И тот самый Махендра, который льстиво, как преданный раб, улыбается друзьям, дома превращается в лютого зверя. Каждую минуту ждешь со страхом — вот он кого-то схватит, кого-то растерзает. Сегодня он в гневе палит в огне собственную рубашку, завтра он бросается на жену и бьет ее головой об пол. «Говори, говори, говори — будешь ходить так, как я хочу, или нет? Будешь уважать все то, что я уважаю, или нет?» И все-таки Савитри так не ходит. Все-таки она не уважает то, что нравится ему. Ей нужен цельный, основательный человек, а не жалкая половинка, не ничтожная четвертушка. Один, но цельный — понимаете?.. Она кричит об этом, срывая голос. Она жаждет в корне переделать этого человека или… или навсегда отделить себя от него. Но не тут-то было! Стоит ей добиться в своих стараниях хоть крошечного успеха, стоит этому человеку хоть на чуточку измениться в лучшую сторону, как его друзья начинают плакать о нем. «О горе! Савитри взнуздала Махендру и ведет его на поводу… О горе! Савитри переломила хребет бедному Махендре, она лишила его всякой воли, она загубила в нем способности…» Словно он и не человек вовсе, а тряпичная кукла, этот несчастный Махендра!.. (Задохнувшись, умолкает.)

Старшая дочь, подперев подбородок ладонями, молча смотрит на них остановившимся взглядом.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й (вставая). Тряпичная он кукла или еще кто — это уж как тебе угодно. Но на мой взгляд, он точно такой же человек, как и все смертные, — вот и весь его порок.

Ж е н щ и н а. Это вы говорите мне? Мне, прожившей с ним двадцать два года?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Конечно, ты прожила с ним много лет. И до известной степени узнала его, но…

Ж е н щ и н а (в отчаянии качая головой). О-хо-хо-хо-хо!

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Я не хочу сказать, что то, о чем ты сейчас говорила, неправда. Но для того, чтобы узнать все это, не нужны были, двадцать два года. Разве двадцать лет назад я не слышал от тебя те же речи? Ты помнишь тот день?

Ж е н щ и н а. А вы не могли бы говорить только о том, что происходит сейчас? Двадцать лет! Нашли о чем вспоминать…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Подожди, эти же речи я слышал у себя дома. Ты пришла тогда ко мне и долго плакала, положив голову мне на плечо. Тогда ты сказала, что…