Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 137)

Т у р х а н-с у л т а н. Что вам здесь нужно?

Д и л я ш у б. Мы расставляем цветы для повелителя.

Входит  г л а в н ы й  е в н у х.

Т у р х а н-с у л т а н (обращаясь к нему). Что им нужно в покоях нашего господина? Чтобы поставить несколько букетов, хватит и одного человека.

Г л а в н ы й  е в н у х (Хюме и Диляшуб). Кто вас прислал сюда? (Турхан.) Я ничего не знаю об этом, моя султанша.

Д и л я ш у б. Нас прислала сюда наша госпожа, султанша-мать.

Турхан-султан с ненавистью смотрит на Хюму, внезапно хватается за живот и пошатывается.

Г л а в н ы й  е в н у х (бросается к ней). Позвольте, моя султанша, я провожу вас в ваши покои. (Уводит Турхан.)

Д и л я ш у б (передразнивая главного евнуха). «Позвольте, моя султанша, я провожу вас в ваши покои». Турхан важничает, как будто она уже родила принца. Того и гляди, лопнет от ревности! С какой злостью она на тебя посмотрела, заметила?

Х ю м а. Почему только на меня? Она и на тебя рассердилась.

Д и л я ш у б. Из-за меня она не очень-то тревожится. Из-за других девушек в гареме тоже. Не считает нас равными себе. А ты ее приводишь в бешенство. Она понимает, что тобой падишах не пресытится за одну ночь. Рядом с тобой меркнут все огни. Повелитель идет, поправляй цветы, Хюма!

Входят  с у л т а н  И б р а х и м  и  с и л я х т а р  Ю с у ф.

С у л т а н  И б р а х и м. Ты любишь ходжу-заклинателя, Юсуф? Когда он рядом со мной, я чувствую, как от него в меня словно вливается какая-то тайная сила.

С и л я х т а р  Ю с у ф. Все, что хорошо для моего господина, хорошо и для меня.

С у л т а н  И б р а х и м (замечая невольниц, смотрит на них с интересом). А Великий везир не любит его. Когда я назначил ходжу-заклинателя мюдеррисом[49], паша разъярился так, что чуть до неба не взвился. Что поделаешь — должен же я был наградить моего ходжу по-царски! (Подходит к девушкам.) Как вас зовут?

Д и л я ш у б (с готовностью). Диляшуб, ваша невольница, мой господин.

С у л т а н  И б р а х и м (треплет ее по щеке, затем берет цветок из вазы Хюмы и нюхает). Я спросил, как вас зовут.

Х ю м а (серьезно). Я не поняла, которую из нас вы спросили, мой господин.

С у л т а н  И б р а х и м (пораженный ее красотой). Гмм… Ну хорошо, как зовут тебя?

Х ю м а. Хюма, мой господин.

С у л т а н  И б р а х и м (продолжая смотреть на девушек, подходит к Юсуфу). У нас есть время, Юсуф? (Не дожидаясь ответа, возвращается к девушкам, обнимает Хюму. Она стоит неподвижно. Он обнимает Диляшуб, та ведет себя игриво. Поворачивается к Юсуфу и вдруг спрашивает.) В котором часу нас ожидает Великий везир?

С и л я х т а р  Ю с у ф (смущенно). Скоро, мой господин…

С у л т а н  И б р а х и м (взрываясь гневом). Да поразит аллах этот зал приемов! Надоели мне долговязые послы, которые целуют землю и болтают на чужих языках!

С и л я х т а р  Ю с у ф. Но сегодня вы не должны идти в зал приемов, мой господин, Великий везир сам скоро придет сюда. Вы так приказывали, мой господин.

Ибрахим раздражен, отворачивается от девушек. Силяхтар Юсуф делает им знак выйти. Невольницы уходят.

С у л т а н  И б р а х и м. Юсуф, ты любишь Великого везира?

С и л я х т а р  Ю с у ф. Он искусно управляет государством, мой господин. Он очень опытен, но не слишком образован.

Входит  К ё с е м-с у л т а н.

К ё с е м-с у л т а н. Добрый день, мой державный сын! (Кивком головы приветствует Юсуфа.) Понравились ли моему льву сегодня цветы?

С у л т а н  И б р а х и м. Спасибо, родительница.

К ё с е м-с у л т а н. Красиво ли их расставили?

С у л т а н  И б р а х и м (сначала не понимает, затем глаза его загораются). Кто эта Хюма, матушка?

К ё с е м-с у л т а н (словно не зная, о чем речь, поправляет что-то на плече Ибрахима). Как небрежно тебя сегодня одели! (Помедлив.) У меня к тебе маленькая просьба.

С у л т а н  И б р а х и м (озабоченно). О чем, родительница?

К ё с е м-с у л т а н. Один из моих воспитанников, некто Мустафа-ага, оказал нам много услуг, особенно тебе…

С у л т а н  И б р а х и м. Какие же услуги он оказал мне, родительница?

К ё с е м-с у л т а н. Он принимал участие в твоем спасении от гнева твоего брата Мурада.

С у л т а н  И б р а х и м (раздраженно). Что я должен для него сделать?

К ё с е м-с у л т а н. Мой сын-повелитель, я думаю, если армию возглавит наш человек, мы сможем чувствовать себя спокойно. Верно, Юсуф-ага?

С и л я х т а р  Ю с у ф. Армию должен возглавить человек с железной рукой, моя султанша. Я не знаю, сумеет ли Мустафа-ага подчинить себе янычар.

К ё с е м-с у л т а н (глядя на Ибрахима). Если падишах одобрит, отлично сумеет! Сила не в кулаке, а в сердце. У Мустафы-ага сердце льва!

С у л т а н  И б р а х и м (раздраженно). Ну, а что скажет Великий везир? Он лопнет, но не согласится на это!

К ё с е м-с у л т а н (гневно). Видно, ты разделил власть с этим человеком! Чего бы я ни попросила, ты мне в ответ тычешь его. Словно ты не падишах! Да что это такое! Скоро будешь ложиться и вставать по его приказу, с его позволения брать на свое ложе невольниц! Ты знаешь, о чем все шепчутся? О том, что Великий везир шлет мешками отборную муку и сахар в казармы янычар. Пусть, мол, ребята готовят себе халву. А начальникам янычар посылает кошельки, полные золота. Ты дождешься, что в один прекрасный день он будет важно сидеть на троне, а ты будешь почтительно стоять перед ним.

С у л т а н  И б р а х и м (резко). Да что ты, матушка! Разве не Великий везир спас и мой престол, и меня, и тебя, когда Насух-пашазаде шел с войсками на Стамбул?

К ё с е м-с у л т а н. Юсуф-ага, расскажи моему простосердечному сыну всю правду об этом деле.

С у л т а н  И б р а х и м. Что это значит, Юсуф?

С и л я х т а р  Ю с у ф. Насух-пашазаде тогда будто бы заявил: «У меня счеты только с Великим везиром, а перед падишахом моя шея тоньше волоса». Короче говоря, Великий везир сначала приказал убить Насуха-пашазаде, а уж потом добился от вас указа о его казни.

С у л т а н  И б р а х и м. Великий везир носит мою печать — идти против него значит идти против меня. Но об указе я ничего не знал.

К ё с е м-с у л т а н. Мой сын-повелитель, не лучше ли тебе передать свою печать кому-нибудь другому? Тому, кто не станет использовать полномочия, данные тобой, против тебя. В более надежные, сильные руки.

С у л т а н  И б р а х и м (с тоской). Юсуф, ты знаешь такого?

С и л я х т а р  Ю с у ф. Мой господин, не каждые руки в силах носить эту печать. Великий везир годами закалялся в государственных делах.

К ё с е м-с у л т а н. Послушай-ка, Юсуф-ага! А разве твои руки недостаточно сильны, чтобы носить эту печать?

С у л т а н  И б р а х и м (радостно). И верно, Юсуф! Как было бы славно.

С и л я х т а р  Ю с у ф. Простите, мой господин, пока здравствует Кара Мустафа-паша, я не считаю себя достойным занять его место.

К ё с е м-с у л т а н. А если он умрет?

Силяхтар Юсуф и султан Ибрахим вздрагивают.

Входит  В е л и к и й  в е з и р, целует полу одежды султана.

С у л т а н  И б р а х и м (во власти противоречивых чувств). Добро пожаловать, паша! Где ты задержался? Ну, что у нас сегодня? Опять прибыли чьи-нибудь послы?

К а р а  М у с т а ф а-п а ш а. Да, мой повелитель, прибыл посол нового московского царя Алексея. Он привез нашему падишаху ценные подарки.

С у л т а н  И б р а х и м (радостно). Вот как? Пусть отправят все в мою сокровищницу, я сегодня же посмотрю их. Ответ царю написан? (Смотрит на Кёсем.)

Та нахмурилась.

Вот мой ответ новому московскому царю. Пусть напишут: «Прежние московские цари своевременно посылали дань крымскому хану, и тебе также надлежит это делать». (Смотрит на Кёсем.)

Та улыбается.

К а р а  М у с т а ф а-п а ш а. Царь только что взошел на престол. Не следует ли поздравить его, поблагодарить за подарки?

С у л т а н  И б р а х и м (сконфуженно). Пусть писцы добавят и это!