Мо Цзе – Легенда о Юньси (страница 93)
Взяв из каждой банки по листу, Хань Юньси заварила больше пятидесяти чашек, поместила их в систему нейтрализации ядов и пошла спать. И неспроста! Во сне разум спокоен и стабилен – именно в это время система работала лучше всего.
Возможно, из-за высокой нагрузки принцесса смогла открыть глаза только на следующее утро. Какой же результат ее ожидал? Она разочарованно смотрела на пятьдесят различных пиал. Эксперимент показал, что яд ни в коем случае нельзя подмешать в чай этих сортов, поскольку их сочетание может привести к проявлению токсичности, ухудшению качества напитка, а из-за простаивания и к исчезновению отравляющих свойств.
Нахмурившись, Хань Юньси с удрученным видом сидела в кабинете среди чайных листьев. Неужели и на сей раз она допустила ошибку? Если яд распространялся не через воду или листья… тогда через что еще?
Она уже не раз спрашивала Му Цину о его привычках в еде: помимо обычных трех приемов пищи, он много пил чай или воду и никогда не притрагивался к закускам.
В тот день, когда принцесса пришла в усадьбу генерала, она в первую очередь проверила комнаты и всех стражников, чтобы найти хоть какие-то зацепки по делу, но тщетно.
После долгого сна голова была тяжелой. Глядя на кучу разбросанных на столе вещей, Хань Юньси не могла скрыть раздражение. Что именно пошло не так? Что она упустила? До окончания спора оставалось всего четырнадцать дней. В последнее время от Му Цину совершенно не было новостей. Размышляя над этим, принцесса еще больше нахмурилась. Весь ее вид кричал: «Держитесь от меня подальше!» Просидев так какое-то время, Хань Юньси встала и решила проведать седьмую тетушку и Юньи.
Когда она зашла в павильон Юньшуй, Хэлянь Цзуйсян и Сяо Чэньсян занимались рукоделием во дворе. Неважно, был Хань Цунъань на свободе или нет, женскими делами, в том числе жалованьем, в семье ведала госпожа Сюй. Выдаваемые деньги едва покрывали траты седьмой тетушки, и, чтобы остаться на плаву, ей приходилось заниматься ручным трудом.
Хэлянь Цзуйсян по-настоящему любила отца Хань Юньси, поэтому стоически терпела несправедливость со стороны старшей жены. Лекарь Хань знал о бесчинствах госпожи Сюй, но боялся влияния ее клана и не осмеливался идти против, позволяя любимой женщине страдать. Возможно, именно из-за ее покорности Хань Цунъань решился сделать Юньи следующим главой семьи.
– Просто подождите, пока госпожа не передаст все вашему сыну. Она обязательно поможет вам разобраться с госпожой Сюй!
– Тсс… Чэньсян, о чем ты говоришь? Будь тише!
Сяо Чэньсян беспомощно посмотрела на небо, чувствуя себя такой опустошенной! В эти дни она убедила седьмую тетушку в безоговорочной победе принцессы.
Наконец служанка отложила работу, глубоко вздохнула и встала со словами:
– Седьмая тетушка, ключи от склада в руках моей госпожи – чего вы боитесь? Сами же видели, как принцесса наказала молодого господина!
Глава 91
Остра на язык!
– Чэньсян! – забеспокоилась седьмая тетушка и потянула ее за рукав. – Ты еще слишком молода и не понимаешь. На самом деле я всего лишь хочу, чтобы сын вырос в безопасности и ни о чем не жалел.
– Если бы моя госпожа не остановила старшего брата, был бы Юньи еще жив? Сколько бы избиений выдержало его маленькое хрупкое тельце? – Служанка начинала злиться.
В это время мальчик лежал у окна и украдкой поглядывал на мать. Его одежда была очень старой и застиранной, а рукава и штанины брюк слишком короткими. Хотя он не носил яркие и красивые вещи, как другие дети, Юньи обладал необычайной харизмой, выглядел опрятно и привлекал внимание людей.
От признания матери на нежном лице мальчика постепенно зарделся румянец. Стиснув зубы, Юньи из последних сил сдерживался, чтобы не заговорить. Терпение матери стало для него примером для подражания. Он был самым разумным и одновременно самым несчастным ребенком в мире.
Каждое слово, произнесенное служанкой, становилось все более эмоциональным. В ответ Хэлянь Цзуйсян продолжала убеждать ее в правильности своих действий, а потом, сдавшись, сменила тему. Сяо Чэньсян, поглощенная мыслями, даже не заметила, как разговор ушел в другую сторону. Юньи разочарованно опустил глаза, надул губы и медленно сполз с подоконника.
Именно в этот момент послышался знакомый женский голос:
– Сяо Чэньсян, посмотри, какую вкусную еду я принесла!
«Это…»
Мальчик тотчас выглянул из-за подоконника и увидел сестрицу Хань Юньси, которая защитила его в тот самый день. Именно она шла по двору с двумя большими сумками!
Юньи никогда не забудет ее светлого доброго лица, решительного взгляда и уж тем более голоса, которым она успокаивала его в тот злополучный день. Лежа спиной ко всем, он мог только слушать ее слова, негромкие, но властные и полные силы.
Когда силы почти покинули Юньи, она сказала: «Отныне я всегда буду защищать тебя. Не бойся, все хорошо». Даже его уважаемый отец и любимая мать никогда не говорили ему подобного.
– Сестра… – увидев Хань Юньси, робко позвал он.
У него было много сестер, но само это слово Юньи произнес впервые.
Покупки всегда помогали Хань Юньси спастись от уныния. Она принесла две большие сумки, одна из которых полнилась горячими закусками, а другая – лекарственными травами для матери и сына.
– Госпожа, вы наконец-то здесь!
Сяо Чэньсян была так взволнована, что не смогла усидеть на месте и, завидев хозяйку, тут же бросилась к ней. Если бы принцесса не пришла проведать их, служанка решила бы, что она бросила ее на произвол судьбы.
– Приветствую принцессу, принцессу…
Хэлянь Цзуйсян поспешно поднялась и официально поприветствовала Хань Юньси, но, прежде чем успела договорить, та небрежно махнула рукой:
– В этом нет необходимости. Где Юньи? Скорее зовите его, я принесла много вкусностей!
Мальчик так обрадовался, что уже собрался выскочить из-за дома… однако остановился, услышав слова матери.
– Принцесса, вы так хорошо заботитесь о моем сыне и тратите на нас столько денег, а я… – виновато пролепетала она.
Хань Юньси, у которой и так было плохое настроение, не желала слышать от седьмой тетушки оправданий и сожалений, поэтому нетерпеливо ответила:
– Если и дальше будете слишком любезны, мы с Юньи можем съесть все одни.
Опешив, Хэлянь Цзуйсян так и замерла в стороне, пока не услышала смех сына. Принцесса игриво спросила:
– Кто это смеется?
Посмотрев туда, откуда доносился звук, она увидела макушку брата. Он был таким смелым в тот день, а сегодня не решался показаться? Все еще продолжал играть с ней в прятки? Хань Юньси прищурилась и подала знак не издавать ни звука, затем, тихо подойдя к подоконнику, выглянула в окно. К ее удивлению, мальчика там не оказалось. Принцесса с азартом заглянула в павильон и увидела, что он прячется за ширмой. Выглянув из-за нее, брат пристально посмотрел на гостью. Весь его вид говорил о том, что он хотел подойти, но никак не решался. Принцесса ухмыльнулась и, обойдя ворота, притворилась, будто бежит прямо на него. Юньи испугался и рванул к задней двери.
– Ах ты негодник! – рассмеялась Хань Юньси и побежала назад.
Кто же мог знать, что брат настолько шустрый? Как только она собралась добежать до задней двери, он выскочил наружу. Седьмая тетушка хотела остановить сына, но Сяо Чэньсян, глядя на хозяйку, не позволила этого сделать. Принцесса редко бывала в игривом настроении, так как можно просить ее остановиться?
Хань Юньси промахнулась, прищурилась и засмеялась:
– Юньи, посмотрим, кто бегает быстрее!
Увидев ее улыбку, мальчик поджал губы и с заговорщицким видом рванул дальше. Принцесса тут же погналась за ним, и на этот раз очень быстро. Испугавшись, он развернулся и выбежал со двора, где неожиданно столкнулся с госпожой Сюй!
– Ах… – вскрикнула та и отступила.
Она едва не упала, но служанка вовремя успела ее придержать. Юньи испугался, поднял голову и встретился взглядом с удивленной госпожой Сюй. Не откладывая в долгий ящик, служанка принялась ругать ребенка:
– Ах ты бестолочь! Чему тебя только мать учит? Что, глаз нет? Ты ударил госпожу Сюй и должен возместить ущерб! Остановись сейчас же!
Вход во двор загораживала каменная перегородка, поэтому госпожа Сюй не могла видеть людей внутри, но все они отчетливо слышали ругань служанки.
Хэлянь Цзуйсян хотела скрыться в павильоне, но Сяо Чэньсян удержала ее и прошептала:
– Принцесса здесь – чего вы боитесь?
Она оставалась в усадьбе так долго, ожидая, когда госпожа Сюй придет и заплатит по счетам, но не ожидала, что та решит появиться в день приезда принцессы.
В это время Хань Юньси неподвижно стояла за перегородкой недалеко от брата. Она сердито посмотрела на служанку и отступила на шаг.
Вторая тетушка успокоилась, но, поймав возмущенный взгляд Юньи, снова разозлилась:
– Хань Юньи, ты не понимаешь, что тебе сказали? Почему так смотришь? Думаешь, врезался в меня – и прав? Так тебя мать учила обращаться со старшими? Ты необразованное создание!
Все эти дни госпожа Сюй провела вместе с сыном, ягодицы которого были полностью покрыты синяками. Единственное, что он мог делать, – лежать, и ничто не помогало ему избавиться от плохого настроения. Как только у второй тетушки появилось свободное время, она первым делом пошла к седьмой наложнице. Госпожа Сюй знала, что Хань Юньси оставила здесь свою служанку, но что с того? Никто из них не отвечал за внутренние дела усадьбы!