Мию Логинова – Академия драконьих всадников. Зов хаоса. Книга 2 (страница 6)

– Хороший пёсик, не тупой. Осталось понять, верный ли.

– Если я должен ее убить, – я безразлично откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, как поступал отец, когда желал показать, что делает большое одолжение просящему уже тем, что снизошел до беседы, – … было бы очень кстати оказаться более информированным.

Император поднял брови, отчего на его изуродованном лице стало больше темных разводов.

Они змеями ползли по щекам и лбу, собирались, как морщины у глаз и превращали человека во что-то отвратительное. Настолько мерзкое, что хотелось отвернуться и не смотреть. Я смотрел. Прямо в потемневшие морской бездной синие глаза.

– Что желает знать эрр Венто?

– Ваше Величество на троне Хаоса. Но мы здесь чтобы хаос уничтожить… Это задача с недостающей переменной?

Октавий поднялся. Его массивная фигура давила силой. Я прекрасно понимал, что передо мной серьезный противник, опасный и магически одаренный. Возможно, даже более сильный менталист, чем его брат. Терять мне было нечего. Оставалось только пытаться выиграть время и собрать побольше информации.

– Знает ли эрр о проклятии близнецов?

– Я хорошо учился в Академии. Первые правители Вардена были близнецами, созданными забытым богом из глины. Один из них – основоположник династии Койт. Второй погиб в возрасте двадцати двух лет. Первый прорыв хаоса уничтожил старый дворец, – как раз тот, где мы сейчас беседовали, – часть материка и императорского брата, – послушно, как на экзамене перед магистром Руидо, отрапортовал я.

– Похвально. Но неверно, – заключил Император.

– Отправить на пересдачу! – потребовал кот, спрыгнул со своего насиженного места и пошел к хозяину, гордо задрав вверх все три хвоста. – Неуч.

Октавий великодушно позволил бестии потереться о свою ногу. Кот описал пару кругов и запрыгнул на широкий подоконник.

– Теперь-то вы на личном опыте знаете, что не все попавшие в разлом погибают, герцог.

Повисла пауза. Император прошелся по комнате, зачем-то открыл окно и холодный воздух ворвался внутрь с противным свистом. Кот вышел на карниз и прыгнул вниз. Шкура на спине треснула, будто сшитая не по меркам шуба. Над тощим телом раскрылись кожистые, как у летучей мыши крылья и кот, махнув ими пару раз, исчез в черноте не освещённого ничем леса.

– Если уж совсем по-семейному, мы ведь с вами почти семья, эрр, то брат императора сам был причиной прорыва. Как и многие после него. С тех пор рождение близнецов в монаршей семье считалось проклятием. – Октавий, не закрывая рамы, вернулся к столу и снова сел. – Детей растили до определенного возраста, но в совершеннолетие убивали и выкидывали за стену. Мало ли что… вдруг случайно повторится сценарий прошлого, а новая резиденция такая красивая… жалко если опять останутся одни руины.

В его голосе ядом плескалась ненависть. Накопленная годами, настоянная на обидах.

Так вот что стало с братом Императора. Принц не погиб в разломе. Его скормили хаосу.

– Виноват. Оказался живучей тварью. Бестии пытались меня сожрать, но, – он постучал пальцем по своему виску, – кровь Койтов сильна.

– А ваши изменения?

– Когда в тебя входит хаос, тело меняется. Это неизбежно.

– Значит, мы здесь, чтобы отомстить?

Убить Келси потому что нет возможности добраться до брата? Что-то здесь все равно не складывалось в четкую картинку. Если даже Келси в самом деле принцесса из пророчества, то чем ее смерть выгодна Октавию? Очевидно, что здесь он неплохо устроился.

– Что вы, эрр. Месть это мелочно и недостойно правителя. Мы с вами здесь, чтобы спасти Варден и сделать мир лучше.

– От кого спасти? – уточнил я. В желудке заурчало. Октавий многозначительно перевел взгляд на мою пустую, все ещё чистую тарелку. Я молчал и не собирался пробовать предложенные блюда.

– От хаоса, конечно. Ваша невеста вернулась домой. Могу поспорить, прямо сейчас она собирает армию, чтобы уничтожить стену.

– С чего бы? – Сложно представить, чтобы Келси вдруг обезумела настолько. Она знала, что бестии опасны. Знала, что стену нельзя сносить, пока последняя тварь не убита.

– Зов крови, герцог. Все мы дети своих родителей.

– Кто мать Келси?

– О! Ваша невеста не удосужилась поделиться? Какая скрытность. – Октавий покачал головой. – Мать Келси была принцессой по эту сторону стены. Потомок того самого первого близнеца. Братец хорошо ее спрятал от всех. И так удачно состряпал их брак с кузеном…

– Где она теперь?

– Вы же знаете где, герцог. Она мертва. Я ее убил.

Глава 9

Келси

– Звучит… нереально, – новость о том, что мою мать выпил здешний император неприятно скребла нутро. Не то, чтоб мне стало больно. Наверное, это потому, что я давным-давно ее похоронила и отгоревала. Но вот то, что могло ее ждать после прорыва, то, как она умерла…

Я много раз слышала, да и Адам подтвердил, что слияние с бестией похоже на мучительную, долгую смерть.

Моя мать умирала в муках. За то, что была одарена богами.

За то, что могла объединить мир.

За то, что слышала ИХ.

Потому что полюбила и родила меня.

– Ты сильнее матери, – заключил Адам. – Там, в Вардене, когда появилась Бригс, да и потом. Никто ничего не понял.

– Я не помню всего этого. Почему?

– Потому что, принцесса Дикарка, тебе на постоянной основе чистили память, – От звука знакомого, родного голоса во мне что-то надорвалось. Как перетянутая струна, эмоции: облегчение, надежда, неверие и вера.

Я сделала глубокий вдох, зажмурилась, продолжая сжимать края подлокотников деревянного кресла так, что суставы побелели.

– Скажи мне, что это не горячечный бред и я действительно его слышу? – прошептала я одними губами.

– Если развернешь свое смазливое личико, очень надеюсь, что оно таким и осталось несмотря ни на что, то сама уверишься.

Эмоции захлестнули меня с головой. Смазливое? Это вряд ли… А вдруг… Вдруг на их лицах будет отвращение? Страх? Ненависть?

Я медленно поднялась, и, словно ныряя в глубокие темные воды, сделала вдох прежде, чем развернуться.

Я стояла и смотрела на них: таких до боли знакомых, но в то же время, казалось, пришедших ко мне из какой-то нереальной, незнакомой, чужой жизни.

– Вы… правда здесь? – это всё, что сорвалось с моих губ.

Мадина, прищурившись, скользнула по мне взглядом сверху вниз. Ее взор задержался на моих волосах, потом – на острых ушах, и, наконец, остановились на глазах.

– Это всё та же я, – произнесла с вызовом.

– Ха! А что, на этот счет у кого-то есть сомнения? – голос Тархана прозвучал на удивление громко и жизнерадостно, резко контрастируя с тихим напряжением зала. Он откинул голову и осмотрел меня: от макушки до самых пят. – Ну ничего себе… Меня чуть не сожрал дракон, которого я приручил, скажи мне кто, что чудачка с Тэхеи сможет переплюнуть мой подвиг и выжить не на Драконьем Пике, кишащем ящерами, а на землях Хаоса, кишащих бестиями, и сможет их приручить – я б плюнул ему прямо в глаз. Или в оба! Ну привет, красотка!

Тархан, как и всегда, широко улыбался, и я заметила, как взгляд его на долю секунды стал мягче. Он добродушно развел руками.

– Обниматься будем или как, мне теперь бояться, если ляпну чего, ты меня того… а?

– Ну давайте уже, – проворчала Мадина, тоже растянув руки, – по-быстрому. Потом я опять буду корчить рожи и вееечно буду всем недовольна.

Меня накрыло.

Бесценные эмоции.

Непередаваемое чувство… Любовь? Благодарность? Счастье? Осознание, что я не одна, что вот они – родные мне люди, и что бы ни случилось, мы по-прежнему на одной стороне. Щеки опалило горячей дорожкой слезы. Одной, затем еще одной. И еще.

Шмыгнув носом, я бросилась к ним, прячась в объятиях друзей, словно за щитом.

– Простите. Я… – Слова предательски путались, и я не знала, как объяснить им всё, что со мной произошло за последнее время. Слишком много открытий. Слишком много истины, оказавшейся слишком горькой. – Я хочу сказать, что очень вас люблю и рада видеть, но, – подняв взгляд уставилась на Мад и Солта, – как вы вообще здесь оказались?! И где ваши драконы? И… где Тео?!

Глава 10

Тео

– Значит, мать Келси местная легитимная власть? – уточнил я, глядя в темноту императорского зрачка. В голове родилось много вопросов.

Я не доверял Октавию.

С другой стороны, брату его я тоже не слишком теперь доверял. Всю жизнь меня учили, что бестии безмозглые твари. И вот я вижу говорящего, вполне разумного кота. И не менее разумного императорского брата. Его тело изменилось, но он не превратился в безмозглое, бестелесное нечто. Значит, мир здесь не такой, как нам рассказывали книги и преподаватели. Война, которую мы ведём так долго – это часть чего-то большего. И теперь Келси из пешки вдруг стала королевой.