Мия Лаврова – Баба Эля, газуй! или С ветерком на Запад! (страница 7)

Генри переводил взгляд с чертежа на меня, открыв рот:

– В древности, ты сказала? В каком веке ты живёшь? Или жила?

– В двадцать первом. У нас нет конных повозок, их заменили автомобили. Эм-м-м, такие экипажи, что ездят с помощью двигателей. Потом объясню подробней.

Мужчина побледнел, вид у него стал таким, будто он встретил смерть, которая вместо косы на плече принесла ему тортик и стала угощать. Недоверие, испуг, невозможность осмыслить услышанное.

– Ты в порядке? – Тряхнула его за плечо.

Генри точно очнулся, вскочил со стула, метнулся к стене, грудь тяжело вздымалась.

– Спокойно, – я застыла на месте, – дыши, попей водички. От меня вреда не будет.

– Это, – он оглянулся, не веря во всё происходящее, – да-а-а, всё в порядке.

Мужчина отдышался, утерев пот со лба, и, вроде бы пришёл в себя:

– Не каждый день слышишь такие вещи. А моя Мередит? Что теперь с ней?

Я потупилась, не зная, как ответить на этот вопрос.

Генри тяжело опустился на стул, выпив залпом большую кружку воды, утёр лицо:

– Как тебя зовут?

– Элеонора Витольдовна.

– Да уж, – нервно хохотнул мужчина, – имечко, нарочно не придумаешь.

– Имя как имя, – обиделась я, – даже аристократичное какое-то. Звучит благородно.

– Прости, – примирительно поднял он руки, – не хотел тебя обидеть. Чудные дела творятся.

– Сама в шоке, – буркнула, опустившись на стул и наливая воды себе, – поверь, я и не чаяла после смерти попасть в древность, где ещё мне и пекарем работать придётся. Ведь ничего не смыслю в готовке.

– Тогда понятно, отчего у тебя каша такая вышла, – Генри встал, прохаживаясь по кухне.

– А на работе пришлось имитировать обморок. Ты уж прости, что доставила тебе хлопот, – робко улыбнувшись, развела руками, – но вот в мастерской и правда помочь могу. В будущем можно и свою открыть, у меня полна коробочка знаний, – постучала я по лбу.

Генри молчал, разглядывая меня, будто впервые увидел.

– Я не прошу ответа сейчас, обдумай до утра. Если решишь меня прогнать, осуждать не стану и всё пойму.

– Да, – кивнул мужчина, – пожалуй, лучше поспать.

Он встал, тяжёлой поступью прошёл в комнату, заскрипела кровать. Я сидела на кухне, не в силах оставаться с ним в комнате. Сейчас Генри нужно побыть одному, это понятно. Не хотелось его тревожить и бередить рану после потери сестры. Но с этой реальностью ему придётся теперь жить. Я не могу вернуть его Мередит, даже если очень этого захочу, а как объяснить происходящее, просто не ведаю. Возможно, Генри завтра укажет на дверь. Что же, разберусь как-нибудь. Но дурить мистера Джона, владельца пекарни, долго не получится, как и брата, что достался мне после смерти этой несчастной девушки. И работать пекарем больше не желаю, пусть для женщин тут, скорей всего, не так много возможностей, однако мозги всегда были и будут в цене. Так что, прорвёмся…

Глава 7

Прикорнув за столом, я уснула на кухне. Среди ночи в полудрёме почувствовала, как меня подхватили сильные мужские руки и уложили на кровать. От усталости не смогла даже открыть глаза, только промычала что-то в благодарность и снова отключилась.

Утром, выскользнув из спальни, обнаружила Генри на кухне, сооружающего завтрак.

– Садись, – сказал он, улыбнувшись, – я уже и кофе сварил.

– Эм-м, спасибо, – было неловко, словно украла душу его сестры и влезла в её тело.

– Я обмозговал хорошенько всё, что ты рассказала, и не считаю, будто это враньё. Придумать такое невозможно, да и моей сестре точно ни к чему. Прогонять тебя не стану, лучше уж будь теперь названой сестрой, чем коротать век одному. Родителей мы с ней схоронили, подались сюда не от хорошей жизни. Лишились в Англии всего и работы, и дома, впрочем, это долгая история и не такая интересная, как у тебя, – Генри едва заметно улыбнулся, – больше только никому не рассказывай, примут за сумасшедшую.

– Я и тебе не решилась довериться сразу, понимаю, как это выглядит со стороны, – взяла придвинутый ко мне бокал и глотнула горячего ароматного кофе.

– Да уж, догадался, что не от хорошей жизни призналась. Только я вот о чём вчера подумал, у нас-то магией и не пахнет, может, и была когда, сказок много, а где правда, уже не разберёшь. А вот у индейцев и сейчас волшебство есть, диковинное и жуть страшное.

– Как это? – Чуть не поперхнулась я кофе, – извини, даже после случая со мной не верится. Всегда думала, что любое колдовство – это пока ещё неизвестные науке законы физики или приборы, которые мы просто не в состоянии понять. Как, например, кузнецов ведь раньше за колдунов принимали.

– Ты не видела то, что довелось мне. Они как-то приручили духов животных, зовут их тотемами. Я участвовал в последних сражениях… Их воины могут обращаться в зверей, самых настоящих. Представь только бежит на тебя индеец, а через секунду на его месте огромный ягуар или волк. Лапой крушит пятерых за раз. В жизни так ничего не боялся, как тогда, а трусом меня ещё никто не называл.

Теперь настал мой черёд удивляться:

– Не знаю, что и сказать… Вроде как мне-то уж верить в волшебство положено, только мой разум технаря противится этому.

– Хе, мы в той долине, возле реки Делавэр тоже поначалу поверить не могли. Шутка ли, чтобы человек животным обращался. О таком и не слыхивал никто никогда.

– Поэтому проиграли войну?

– Нет, – качнул головой Генри, – племена объединились, выбрали вождя надо всеми и дали нам отпор.

– Правильно сделали, – не сдержала я эмоций.

– Что такое говоришь? – возмутился мужчина.

– Ты ведь не знаешь наших последствий той кровавой бойни. Целую нацию почти вырезали под корень, нарочно заражали оспой, согнали жалкие остатки племён в резервации, где индейцы умирали от голода. Я не могу одобрить бездумное уничтожение народов, какими благими целями подобное не пытались оправдать. Это земля индейцев, мы здесь пришельцы, уничтожающие их леса и поля, животных, людей. Всё, до чего дотянутся алчные руки.

– Мне понятны твои слова, я никогда не оправдывал воин, но и наших солдат жалко.

– Ваши правители начали эту резню и получили по заслугам, хоть в одном из миров.

– Сейчас у нас мир с племенами, – заметил Генри, – и я рад этому. Только не всё так просто. Ирокезы не прочь ограбить проезжих, забредают шауни и эри. Не все они настроены враждебно, но бывает всякое.

– Их сложно винить за это, – не сдавалась я, – вас сюда не звали.

– Мерид, не будем спорить, – мягко оборвал меня Генри, – я согласен с тобой, но ты должна понять, эта земля дала нам надежду на будущее.

– И правда, хватит, – согласилась с ним, – этак, чего доброго, ещё поссоримся, не успев как следует подружиться. Давай уж лучше обсудим, как нам быть дальше. Не могу я больше сидеть в пекарне.

– Женщины не работают в мастерских, – с сомнением поглядел на меня брат, – даже если ты лично попросишь мистера Дина. А деньги нам сейчас позарез нужны. Одна квартира чего стоит, за печь твою отдельно платим.

– Что ты предлагаешь?

– Оставим всё как есть. А в будущем, может, и подвернётся случай.

– Я не согласна. Хорошо, постараюсь продержаться у мистера Джона какое-то время, если меня не погонят за мои «таланты» пекаря. Но давай подкопим денег и откроем свою мастерскую. Заключим с городом контракт на омнибусы, наймём извозчиков. Люди оценят, поверь.

– А если прогорим?

– Генри, иногда надо рисковать, а не сидеть, поджав хвост и всего опасаясь. Доверься мне, если сможешь. Ты прав в одном, к женщине мало кто прислушается, а вот к тебе – другое дело. В конце концов, можно договориться с мистером Дином и работать с ним же на процентах. Чем плохо?

– Я становлюсь тяжёл на подъём, – усмехнулся брат, – но в твоих словах есть смысл.

– Давай сделаем так. Принеси мне бумагу, вечером подготовлю чертежи дрожек, такие очень маленькие повозки. Тряские, но быстрые. Если мистер Дин оценит, как и покупатели, заключим договор на омнибусы. Надо соблюсти и свой интерес, а не дарить прибыльные проекты другим. Здоровый дух авантюризма ещё никому не повредил. И не будь его у тебя, нас бы сейчас здесь не было, на новом континенте, на новой земле.

– Эх, – махнул рукой Генри, – давай. Я и правда стал слишком осторожен.

– Решайся! Дело того стоит!

– Договорились, мистер Дин неплохо платит за любые дельные задумки, может, и нам повезёт.

– Если заплатит, сами сделаем первый омнибус. Пусть работает потом с нами в доле. Технология рессор у вас ещё неизвестна, а я смогу её воссоздать, мне бы только кузнеца дельного.

– Да как же мы сами? – удивился Генри.

– Есть у тебя на примете хороший кузнец?

– Найдём, – чуть подумав, ответил он.

– Тогда всё получится, поверь.

– Ну, Мерид, позволь уж мне тебя называть, как привычно, рискнём ещё разок. В самом деле, что нам терять?