Мия Флор – Каменная кровь 3 (страница 13)

— Мне нужно найти способ снять браслеты, — тихо говорю я.

Мама наливает воду в чайник и подмигивает Амаю.

— Не поможешь?

Тот одобрительно кивает. Вода в чайнике быстро нагревается.

— Мы найдём печать от браслетов, — уверенно заявляет Амай. — Скоро мы отправимся в Змеиное царство. Кострис, скорее всего, там.

— Этот Кострис именно там, — подтверждает мама, добавляя ароматных трав в заварник и блаженно вдыхая запах.

Она уже всё знает и о Кострисе…

— Я разговаривала с Герром за ужином. Он рассказал, что ваш каштоун в плену у змеиной принцессы. Я договорилась с Герром, который, ни много ни мало, оказался королевской — пусть и змеиной — крови. Через два дня вы вновь сможете отправиться к Туманной реке на переговоры и как раз заберёте печать. Принцессе Полоза она ни к чему, а нам будет очень кстати.

С довольным лицом мама разливает чай по кружкам. Амай присвистывает, очевидно радуясь прогрессу.

Подумать только, речь идет о гребаном Герре, чья голова мне так пригодилась бы, чтобы спасти сестру!

— Кажется, сами боги помогают нам в этом противостоянии, — добавляет мама, поглаживая меня по голове, а я плотнее запираю внутри взбесившиеся чувства.

18

Анна

Едва заметная дымка клубится над кружками с чаем. В ароматной смеси трав я узнаю тимьян. Это возвращает меня в маленькую таверну — в ту грозовую ночь, что подарила нам с Николаем более плотную, проникновенную интимную связь.

Внизу живота нежным комочком сворачивается томление, вспыхивает жгучее желание быть сейчас с ним, уткнуться носом в его твёрдую грудь, вдохнуть запах…

Приятное ощущение быстро сменяется щемящим давлением внутри и тошнотой — он оставил меня после того, как между нами не осталось никаких секретов.

Спокойные голоса мамы и Амая долетают до моего сознания будто сквозь вязкую пелену.

Я разглядываю дно кружки с чаем и убеждаю себя, что противное чувство одиночества и разъедающей тоски, мешающее свободно дышать или думать, — пройдёт.

Сейчас мне кажется, что я не могу двигаться. Это временно. Я пройду и через это.

Во мне местами пробуждается желание найти Николая, высказать всё, ударить кулаком в его грудь, заставить почувствовать то мерзкое состояние, в котором я погрязла. Знаю, что когда-нибудь я сделаю это. Я найду его и заставлю выслушать, даже если ради этого мне придется заковать его в цепи. А пока мне необходимо выплеснуть накопившееся напряжение — ярость, чувство вины.

Допиваю чай и встаю со скамьи, привлекая удивлённые взгляды Амая и мамы.

— Ты куда? — спрашивает последняя.

— На тренировку, — бросаю, немного помедлив и посмотрев в добрые глаза матери. — Побегать. В Горниле я привыкла так сбрасывать напряжение. — Объясняю, потому что мама удивлённо хлопает глазами и ищет ответа у Амая. Не у меня.

Возможно, она не в курсе, что из нас готовили воинов и активно тренировали не только навыки использования каменных сил, но и физическую выносливость.

— Я с тобой, — Амай допивает свою кружку чая и встаёт.

— Сначала попробуй догнать, не используя своих сил, — предупреждаю я.

— Догоню, — нахально ухмыляется он. Самоуверенности ему хоть отбавляй.

Ну пусть попробует. Помечтает.

Мама одобрительно хлопает Амая по плечу и улыбается:

— Что же, тогда хорошо вам потренироваться. Я распоряжусь, чтобы вам передали завтрак. Ничего не успела пока выпечь.

Я киваю и, не дожидаясь Амая, направляюсь в спальню. Обратный путь теперь я знаю.

Наскоро одеваюсь в удобную одежду и направляюсь к выходу из замка, пока меня не нагнал Хладный.

Ловлю ощущение, что за мной кто-то следит. Замираю и оборачиваюсь. В коридоре стоит женская тень.

— Тьяна? — удивляюсь я.

Девушка подходит ближе. Это она.

— Я подслушала ваш разговор. Можем ли мы потренироваться вместе? — аккуратно спрашивает она.

Ещё ни одна из мавридиек не спрашивала меня об этом. Точнее, среди солдатов Амая я не видела ни одной девушки-воина. Даже моей сестре не приходит это в голову. Если Тьяна сама напрашивается на тренировку, значит, прекрасно знает, что это такое. По её внешнему виду я делаю вывод — она выбрала правильную одежду; за её поясом я замечаю пару коротких кинжалов. Возможно, хрупкая девушка не такая уж и хрупкая…

— Ты уверена, что сможешь? Ты только что проснулась от долгого сна.

— Мне это необходимо. Думаю, ты прекрасно понимаешь, — говорит она, сверкая зелёными глазами. — И сегодня я чувствую себя в форме.

Я коротко киваю.

— Тогда нам стоит поторопиться. Не хочу, чтобы нас нагнал Амай.

Невеста полоза понимающе расплывается в улыбке. Что-то подсказывает — с Тьяной у нас больше общего, чем с кем-либо в этом замке.

Мы выбегаем в темноту полузаброшенных улочек, окружающих замок эфирников. К моей радости, Амай не успевает даже показаться на горизонте. Сначала я бегу так, словно это поможет оставить позади причиняющие боль чувства, но также стараюсь следить за состоянием Тьяны, чтобы у неё вдруг не начался очередной приступ. Похоже, что это происходит только в обществе Герра… А так она оказывается в очень даже хорошей форме.

Пробегав около часа, мы добираемся до тренировочного поля. Его я заметила ещё вчера. Небо постепенно светлеет, но здесь ещё пусто — слишком рано.

Я не успеваю отдышаться, как замечаю лукавый взгляд Тьяны, её уверенную стойку и то, как она выбрасывает вперёд кулак, испытывая скорость моей реакции.

Успеваю увернуться, отвечая ей тем же. Мы схлестываемся в рукопашном бою, в котором я никогда не была сильна в Горниле, но сейчас во мне что-то надломилось — будто мозг яростно помнит все ошибки и теперь чётко избегает повторения. Мне удаётся закрыться от ударов Тьяны и даже несколько раз пойти в наступление. Чувствую лёгкую радость от того, что я нашла напарницу для тренировок.

Занятие поглощает нас полностью, и мы даже не замечаем, как к нам присоединяется Амай и остальные, останавливаясь только на легкий перекус.

Я теряю счёт времени этой изнурительной, но такой необходимой тренировке.

А потом…

Потом происходит чудо.

Возможно, мама права, и боги на самом деле помогают нам, потому что к полудню над тренировочным полем появляется птица.

Знакомая.

Та, которую я прежде видела в клетке во дворце Королевы.

Нина.

Я остаюсь с задранной головой, смотря на то, как она кружит в воздухе, как развеваются ее серые перья. Это впечатляет.

А потом, я просто падаю на колени, словно в миг почувствовав усталость от многочасовой тренировки.

Вокруг поднимается ажиотаж. Я вижу, как Иван, тоже появившийся на поле, запрыгивает на спину вспотевшего от физической нагрузки Амая и машет нашей сестре.

— Нина! Нина! — кричит он, срывая горло.

Потом слезает с Амая и несётся во дворец, пытаясь нагнать тень летящей туда птицы.

Амай оказывается рядом, чтобы подать мне руку, но я отказываюсь. Поднимаюсь сама, охваченная стремлением броситься за сестрой. Тьяна, тоже вспотевшая от усилия, спокойно наблюдает за происходящим — будто её уже ничем не удивить.

Тело напрягается, когда на горизонте я замечаю двух воинов Амая, скрутивших Макса и теперь ведущих его к тренировочному полю.

Внутри что-то закипает, потому что я всё ещё слишком хорошо помню его предательство.

И всё же Амай отдаёт приказ отпустить каштоуна.

— Нина показала мне путь, — говорит Макс сбившимся, но холодным тоном. — Мы сбежали.

Он ещё что-то говорит, но в моей голове стучит только одно: Нина здесь. Она в безопасности.