Митрополит Иларион – Тайна Богоматери. Истоки и история почитания Приснодевы Марии в первом тысячелетии (страница 77)

Далее следуют икосы, в которых по порядку воспроизводятся основные эпизоды из апокрифического «Протоевангелия Иакова»:

Молитва вместе со стенанием о бесплодии и бездетности

Иоакима и Анны благоприятные

и до слуха Господня дошли, и произрастили плод живоносный миру.

Один молитву на горе совершал,

другая же в саду[932] претерпевает поношение,

но с радостью

Неплодная рождает Богородицу и Питательницу жизни нашей.

О благое рождение Анны, как я воспою Тебя, или как прославлю Тебя,

Ибо Ты родилась быть храмом святым?

Иоаким на горе умолял получить плод от чрева Анны,

и принята бывает молитва праведного,

а блаженная, после ношения во чреве,

приносит миру радость:

Неплодная рождает Богородицу и Питательницу жизни нашей.

Дары в храме приносил [Иоаким], и они не были приняты;

ибо священники не хотели принять их

как от бездетного и не имеющего семени,

и у сынов Израилевых Иоаким находился в презрении,

но пришел в свое время, и приносит Деву

с дарами благодарения вместе с Анной,

и радуются ныне:

Неплодная рождает Богородицу и Питательницу жизни нашей.

Итак, услышали колена Израилевы, что родила Анна Пречистую,

и все вместе в веселии радовались:

тогда Иоаким устроил пир и веселился светло о чудесном [рождении],

призвав на молитву священников и левитов,

а Марию поставив на середину перед всеми,

чтобы Ее возвеличить:

Неплодная рождает Богородицу и Питательницу жизни нашей.

Иоаким и Анна читают Книгу пророка Исаии. Фрагмент фрески. 1137–1140-е гг. Мирожский монастырь, Псков

Следующие икосы представляют собой молитвенные обращения автора к Деве Марии и Анны к Богу. При этом сюжетная канва продолжает развиваться: говорится о том, что Мария была отдана на воспитание в храм, питалась там ангельской пищей, находясь во Святом святых и Сама будучи храмом. Посвящение Марии Богу сравнивается с посвящением Самуила, который тоже родился от бесплодной по имени Анна (1 Цар. 1:2–28). Вспоминается и рождение Исаака от бесплодной Сарры, чему предшествовало явление ей «Господа как бы в образе человеческом с двумя архангелами».

Далее гимнограф переходит к событиям, связанным с отрочеством Девы Марии:

Ныне Мариам сияет летами, а храма святого не оставляет.

Захария, видя Ее уже достигшей возраста,

обручает Ее Иосифу, предобрученному Ей от Бога;

ибо Она была отдана ему по жребию от Духа Святого,

поэтому и Анна с радостью восклицает:

Неплодная рождает Богородицу и Питательницу жизни нашей.

В предпоследнем икосе о Богородице говорится, что Она есть «Умилостивление за людей», «Стена и крепкое утверждение всех надеющихся на Нее»; «Ее всякий христианин имеет предстательством и надеждой спасения». А последний икос представляет собой молитву к Богу о ниспослании мира, сохранении верных царей и стада вместе с пастырем.

Древняя лестница, по которой молящиеся поднимались на Храмовую гору и площадь перед Иерусалимским храмом с юга

Мы видим, что автор кондака, опираясь на «Протоевангелие Иакова», воспроизводит его сюжетную канву с максимальной последовательностью, отклоняясь лишь для кратких поэтических размышлений о смысле описываемых событий и для молитвенных обращений к Богу и Богородице. Кондак показывает, что к середине VI века апокрифический материал, связанный с рождением Девы Марии от Иоакима и Анны, был полностью усвоен церковной традицией.

В кондаке «На Благовещение»[933] Роман обращается сначала к материалу из Евангелия от Луки, где описывается явление ангела Гавриила Марии (Лк. 1:26–38), а затем к материалу Евангелия от Матфея, где рассказывается о желании Иосифа отпустить Марию, когда он узнал, что Она беременна (Мф. 1:18–19). Кондак, как обычно, начинается со вступления, за которым следует первый икос:

Вместе с архангелом Гавриилом давайте пойдем к Деве Марии

и поприветствуем Ее как Матерь и Питательницу жизни нашей,

ибо не только военачальнику подобает приветствовать Царицу,

но и смиренным позволено видеть Ее и обратиться к Той,

Которую как Матерь Божию все роды,

ублажая, воспевают:

Радуйся, смешения избежавшая! Радуйся, Девица, Богом призванная!

Радуйся, досточтимая! Радуйся, любезная и прекрасная!

Радуйся, Благообразная!

Радуйся, незасеянная! Радуйся, нетленная! Радуйся, Матерь незамужняя.

Радуйся, Невеста Неневестная!

Следующие десять икосов представляют собой диалог Марии и Гавриила. Архангел описан как имеющий огненный вид. Сначала он останавливается у порога дома Иосифа и произносит краткий монолог, в котором спрашивает: «Целое небо и огненный престол не вмещают моего Владыку, а Эта скромная Девушка — как Она Его примет?» Затем он входит в дом и приветствует Деву словами: «Радуйся, с Тобою Господь». Его светящийся облик не придал Деве смелости, и Она размышляла: «Кто тот, кого Я вижу?.. Явившийся имеет вид огня и человеческий голос…» Архангел успокаивает Ее и возвещает о рождении от Нее Господа: «…я пришел, чтобы принести Тебе Самого Создателя. Тебе надлежит родить Сына». Мария помышляет в Себе: «Он не знает, что Я девственница? Этому Я не верю». И спрашивает: «Как случится то, о чем ты говоришь?» Тут уже Гавриил смутился: «И здесь мне не поверили. Как недавно в храме, так и сегодня в доме молодой Девушки я нахожу недоверие. Одинаковым образом усомнились: там Захария, здесь Мария».

Дионисий. Благовещение. Фреска. XVI в. Ферапонтов монастырь

Диалог продолжается, и ангел напоминает Марии о том, как Бог осушил море и провел через него израильский народ. Мария не понимает, какое это имеет к Ней отношение, но ангел объясняет, что это чудо было прообразом того, что произойдет с Ней. В конце концов Дева говорит: «Пусть для Меня будет так, как ты сказал… Я Раба Того, Кто тебя послал».

Ангел удаляется, а Девица зовет к Себе Иосифа и говорит ему: «Где был ты, мудрец? Почему не оградил Мою девственность? Ко Мне прилетел некто крылатый и вручил Мне обручальный подарок — жемчуг в уши; он повесил некие слова, как серьги на Мои уши». Иосиф, напуганный, удивленный и изумленный, спрашивает: «Откуда Эта Девушка? Она мне сегодня кажется не такой, как вчера… Я вижу зной и свет, рай и пекло, дымящуюся гору (Исх. 19:18), божественный цветок зеленеющий, грозный престол (Ис. 6:1), милостивое подножие Всемилостивого. Ту, Которую я принял, я не понял».

Далее в речи Иосифа обыгрывается образ неопалимой купины, один из традиционных прообразов Богородицы:

Тем временем Иосиф, никогда не знавший Деву, пред лицом Ее славы,

встав, ужасался, и, завороженный сиянием Ее облика,

сказал: «О, светящаяся, я вижу пламя и жар, который Тебя окружает;

я этим поражен, Мария! Защити меня, не сжигай меня!

Жаровней, наполненной огнем, вдруг стало

Твое непорочное лоно.