Митрополит Иларион – Патриарх Кирилл. Биография. Юбилейное издание к 75-летию со дня рождения (страница 62)

Распад СССР помимо множества тяжелейших социально-экономических последствий спровоцировал ряд многолетних межнациональных конфликтов в Молдавии, Таджикистане, Грузии, Армении и Азербайджане. Возникла потенциальная опасность военных конфликтов между бывшими республиками СССР. 17 января 1992 года митрополит Кирилл, выступая перед собранием офицеров армии и флота, предупреждал, что «политика радикального суверенитета в наших условиях не может быть осуществлена без огромного риска нанести нравственный ущерб обществу и спровоцировать тягчайшие социальные последствия». Наибольший риск, по его мнению, заключался в создании «полноценных современных армий» в независимых государствах. «Разделение единой армии беспокоит Церковь… не из-за геополитических соображений, не по причине нарушения военных балансов, а по той причине, что разделение это — великая угроза нашей общей безопасности, угроза, проистекающая от нас самих». Необходимо было, чтобы слово Церкви об этой угрозе дошло до военных частей на всей канонической территории Русской Православной Церкви, чтобы не допустить противопоставления свободного национального развития суверенных государств и многовековой исторической общности их народов[447].

Посещение Патриахом Алексием II и архиепископом Кириллом воинской части в Ровно. 4 августа 1990 г.

2 марта 1994 года по инициативе Владыки состоялась встреча Патриарха Алексия II с министром обороны РФ, на которой было решено образовать координационный Комитет по взаимодействию между Вооруженными силами и Русской Православной Церковью с целью «организовать взаимодействие в деле возрождения российской духовности и традиций верного служения Отечеству, всемерно развивать сотрудничество»[448] в различных сферах. Командованию воинских частей и церковным структурам было предложено содействовать пастырским посещениям военнослужащих и членов их семей в гарнизонах.

В течение года были разработаны базовые документы, заключены договоры о сотрудничестве с различными министерствами и ведомствами, имеющими вооруженные формирования. 23 мая 1995 года в ОВЦС был создан специальный сектор для курирования этого нового направления деятельности Русской Православной Церкви. 16 июля 1995 года на заседании Священного Синода митрополит Кирилл предложил в связи с резким увеличением работы по данному направлению «выделить эту область деятельности из внешних церковных сношений и образовать на общецерковном уровне специальную самостоятельную структуру»[449]. В том же году на базе сектора ОВЦС был создан синодальный Отдел по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными органами.

В феврале 1995 года, в разгар первой антитеррористической операции в Чеченской Республике, в ОВЦС был создан Координационный комитет по оказанию гуманитарной помощи пострадавшим от действий незаконных вооруженных формирований. Вместе с представителями международной христианской организации «Церкви в совместном действии» и при активном участии духовенства и прихожан грозненского храма во имя Архистратига Михаила сотрудники ОВЦС открыли два постоянно действовавших представительства в районе гуманитарной катастрофы — в Хасавюрте (28 апреля 1995) и в Грозном (27 июня 1995), которые оказывали поддержку детским садам и интернатам в Грозном, помощь в восстановлении домов многодетных семей, разрушенных во время военных действий, организовывали бесплатные столовые. Деятельность миссии в Грозном была прервана 24 февраля 1996 года после вооруженного нападения на ее сотрудников. Миссия в Хасавюрте еще какое-то время существовала.

Священник Анатолий Чистоусов

В начале 1996 года боевики захватили в Чечне протоиерея Сергия Жигулина (заведующего сектором ОВЦС по межрелигиозным связям) и священника Анатолия Чистоусова (настоятеля храма во имя Архистратига Михаила в Грозном). Борьба за их спасение стала важнейшим делом митрополита Кирилла: помимо заявлений Патриарха и Синода, визита в Северокавказский регион делегации во главе с Патриархом Алексием II, в котором участвовал и Владыка Кирилл, велись напряженные официальные и неофициальные переговоры с властями РФ. Протоиерей Сергий был освобожден, священник Анатолий погиб в плену.

Во время второй чеченской операции в 1999 году сепаратисты вновь захватили в заложники священнослужителей Русской Православной Церкви (в Ингушетии были захвачены протоиереи Петр Макаров и Петр Сухоносов). После доклада митрополита Кирилла об этом событии на заседании Священного Синода 31 марта 1999 года Синод принял жесткое заявление, подготовленное митрополитом, в котором говорилось: «Ни от кого более нельзя скрывать, что подобные злодейства совершаются на Северном Кавказе постоянно. Преступники буквально каждую неделю похищают по нескольку мирных жителей, а нападения на православных пастырей стали обычным делом. Все это позволяет говорить о целенаправленном, методичном выдавливании верующих нашей Церкви из региона, которое больше не может быть терпимо. Весьма печально сознавать, что преступления происходят на фоне беспомощности федеральных и местных органов власти, почти полного молчания международного сообщества». Русская Церковь потребовала «принять самые решительные меры для того, чтобы преступники были наказаны по всей строгости закона, а православные священнослужители и другие заложники освобождены без всяких условий». Заявление содержало и обращение к мусульманским лидерам России: «Последние события поставили под самую серьезную угрозу не только межнациональные, но и межрелигиозные отношения». Синод призвал исламских религиозных деятелей «решительно воспрепятствовать преступным деяниям»[450]. И снова Патриарх Алексий II и митрополит Кирилл отправляли письма государственным деятелям, духовным лидерам ислама, вели переговоры с властями РФ и Ингушетии и добились освобождения священников.

7 марта 2000 года Священный Синод принял заявление уже в связи с завершающей стадией антитеррористической операции в Чечне. Необходимо уважать традиционный для этого региона образ жизни, предписанный исламом; при этом «на земле Чечни должны быть восстановлены права верующих других религий, в том числе православных христиан, — мы знаем, что эти права были растоптаны боевиками, которые притесняли верующих, похищали и истязали пастырей»[451]. В заявлении также говорилось о необходимости гуманного отношения к пленным боевикам.

Протоиерей Петр Сухоносов

Особое внимание председатель ОВЦС придавал развитию церковно-государственного взаимодействия в социальных вопросах. В феврале 1990 года архиепископ Кирилл докладывал Священному Синоду об установлении через ОВЦС взаимодействия Русской Православной Церкви с Министерством здравоохранения СССР по программе преодоления алкоголизма и наркомании. Вскоре архиерей подписал ряд документов, ставших первым опытом сотрудничества Церкви и государства в социальной сфере.

Брифинг после подписания совместного коммюнике между Русской Православной Церковью и Минздравом СССР. 1990 г.

Подписание совместного коммюнике между РПЦ и Минздравом СССР. 1990 г.

20 марта 1990 года была образована комиссия Священного Синода по возрождению религиозно-нравственного воспитания и благотворительности, председателем которой стал архиепископ Кирилл. Он полагал, что «комиссия призвана стать органом, способным координировать инициативы, возникающие „снизу“, стать платформой для дискуссий и местом примирения различных групп церковной общественности. Однако комиссия не должна быть контролирующим и направляющим учреждением. Ее задача — аккумулировать идеи, сформулировать стройную программу действий и помогать новым движениям сохранять единство с Церковью»[452].

Особое внимание Владыка уделял самоорганизации православных мирян, всемерно поддерживая процессы объединения их в братства. 12 октября 1990 года под его председательством прошел Учредительный съезд Союза православных братств.

Еще одним направлением деятельности комиссии стала помощь пострадавшим от аварии на Чернобыльской атомной станции. Была организована общецерковная и епархиальная помощь пострадавшим. Тогда же Владыка Кирилл сформулировал общие принципы общественно значимой деятельности Русской Православной Церкви: «Церковь, участвуя в общественной жизни, не преследует политических целей. Церкви чуждо стремление к политическому лидерству, она лишена политических амбиций. …Она стремится стать голосом совести своего народа, выражая не сиюминутные политические, национальные, классовые или прочие корпоративные интересы, но служа интересам народа, как она понимает эти интересы в свете великих и неизменных нравственных ценностей Евангелия»[453].

В докладе на заседании Священного Синода 25 октября 1990 года архиепископ Кирилл подчеркнул актуальность разработки концепции религиозно-нравственного воспитания и церковной благотворительности. Синод одобрил это предложение и поручил Владыке незамедлительно приступить к созданию такого документа (он был представлен уже летом 1991 года[454]). Также архиепископу Кириллу было поручено создание на базе синодальной Комиссии по возрождению религиозно-нравственного воспитания и благотворительности «многопрофильной церковной школы по подготовке тружеников в сфере религиозно-нравственного воспитания, благотворительности и милосердного служения страждущим, включая наркологических больных»[455].