Митрополит Иларион – Патриарх Кирилл. Биография. Юбилейное издание к 75-летию со дня рождения (страница 33)

Предложенный план подразумевал, что Эстонская Апостольская Православная Церковь, возглавляемая архиепископом Корнилием, регистрируется в полном составе как правопреемница исторической Эстонской Церкви; после регистрации все приходы получают возможность самоопределения в выборе юрисдикции; процесс перехода общин, изъявивших желание войти в Константинопольский Патриархат, должен осуществляться, согласно каноническим нормам, после двустороннего соглашения Московского и Константинопольского Патриархатов.

Удалось достичь согласия лишь в том, что все православные приходы в Эстонии независимо от их канонического самоопределения должны быть зарегистрированы как правопреемники соответствующих довоенных приходов со всеми вытекающими имущественными последствиями. Предполагалось продолжить переговоры в феврале. Однако уже на следующий день, вопреки достигнутым соглашениям, Константинопольский Патриархат объявил о своих намерениях «возобновить деятельность автономной Эстонской Апостольской Православной Церкви на основе томоса Патриарха Мелетия IV от 1923 года. Такая автономная Церковь может включать в себя все православные общины на территории Эстонии с отдельной епархией для русскоязычных приходов»[237].

Митрополит Кирилл отозвался заявлением от 17 января 1996 года, в котором выразил энергичный протест Русской Церкви: «Сам факт направления такого послания православным общинам Эстонии является грубейшим нарушением православных канонов, запрещающих епископу одной Поместной Церкви обращаться к пастве другой Поместной Церкви». В заявлении была изложена позиция делегации Русской Православной Церкви на встрече в Стамбуле 3 января 1996 года и выражена озабоченность выходящими за рамки двусторонних обсуждений акциями Константинопольского Патриархата, которые несут серьезную угрозу межправославному миру и каноническому единству[238].

Русская Православная Церковь предлагала продолжить поиски мирного разрешения конфликта, Константинопольский Патриархат уклонялся от переговоров. Известив глав всех Православных Церквей о сложившейся ситуации, Русская Православная Церковь еще и еще раз в лице своего Предстоятеля обращалась к Патриарху Варфоломею, взывая к его архипастырской ответственности.

Все оказалось напрасно. 20 февраля 1996 года Патриарх Варфоломей подписал «Патриарший и синодальный акт о возобновлении действия Патриаршего и синодального томоса от 1923 года об Эстонской православной митрополии». В этом документе законными преемниками Эстонской Апостольской Православной Церкви названы «принимающие данный томос и сохранившие непрерывное каноническое преемство данной Церкви»[239]. Важной частью своей архипастырской деятельности в Эстонии Константинопольский Патриарх посчитал разделение православной паствы на основе дискриминационного по отношению к русским эстонского гражданского законодательства. Русской Церкви о своем деянии Константинопольский Патриархат не сообщил.

23 февраля 1996 года Священный Синод Русской Православной Церкви постановил: «Ввиду того, что неоднократные братские увещевания Патриарха Московского и всея Руси Алексия II и его обращение от имени Священного Синода и епископата Русской Православной Церкви к Патриарху Константинопольскому Варфоломею были им проигнорированы, с глубокой скорбью и сожалением признать данную акцию раскольнической, вынуждающей нашу Церковь приостановить каноническое и евхаристическое общение с Константинопольским Патриархатом и Финляндской автономной архиепископией, а также прекратить поминовение Константинопольского Патриарха по диптиху Предстоятелей Поместных Православных Церквей»[240].

23 февраля Патриарх Алексий II, совершавший богослужение в Богоявленском соборе, опустил имя Патриарха Варфоломея при поминовении глав Поместных Православных Церквей.

Перед митрополитом Кириллом и ОВЦС встала задача незамедлительно разъяснить главам других Поместных Православных Церквей истинные причины межправославного кризиса. 8–9 марта 1996 года митрополит Кирилл находился в Сирии для переговоров с Антиохийским Патриархом Игнатием, 9–10 марта — в Израиле, где он встретился с Иерусалимским Патриархом Диодором. Заместитель Владыки Кирилла архиепископ Калужский и Боровский Климент 11–12 марта провел встречи в Болгарии, 12–13 марта — в Польше. Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий 8–10 марта посетил Сербскую Православную Церковь. Митрополит Кирилл продолжил консультации и с константинопольской стороной: 10–13 марта в Швейцарии он провел переговоры с представителями Константинопольской Патриархии.

Необходимо было искать путь к компромиссу ради сохранения единства мирового Православия, которому односторонними действиями Константинопольского Патриархата был нанесен тяжелый урон. 3 и 22 апреля 1996 года в Цюрихе состоялись переговоры по эстонскому вопросу, на которых были выработаны предложения, одобренные Синодами Русской и Константинопольской Церквей 16 мая 1996 года.

Также переговоры состоялись в Таллине с 21 по 23 августа 1996 года. Делегацию Русской Церкви возглавлял митрополит Кирилл, делегацию Константинопольского Патриархата — митрополит Пергамский Иоанн (Зизиулас). Стороны решили вопрос о канонической принадлежности православных приходов в Эстонии и составили списки приходов, входящих в юрисдикцию Вселенского Патриархата, и приходов, принадлежащих Московскому Патриархату. Православным клирикам и мирянам Эстонской Апостольской Православной Церкви предоставлялась свобода выбора юрисдикционной принадлежности. Не определившимся в своем выборе приходам предоставлялся четырехмесячный срок для принятия решения. Константинопольский Патриархат приостановил на это время исполнение своего постановления от 20 февраля 1996 года о возобновлении действия томоса 1923 года.

На этих условиях восстанавливалось прерванное ранее общение между двумя Патриархатами. Сохранялась надежда, что это с трудом достигнутое решение, на которое Русская Православная Церковь пошла по крайнему снисхождению и лишь ради предотвращения раскола всемирной православной семьи, будет реализовано и положит конец противостоянию в Эстонии. Однако в течение двух последующих лет, несмотря на постоянные напоминания, письменные и на переговорах, Константинопольский Патриархат всячески затягивал окончательное выполнение своей части обязательств.

Вслед за проблемами определения юрисдикционной принадлежности приходов стал актуальным вопрос о порядке регистрации учреждений Московского и Константинопольского Патриархатов в Эстонии. В 1997 году состоялись встречи митрополита Кирилла с министром внутренних дел Эстонии Р. Лепиксоном, в ходе которых министр высказался в пользу скорейшей регистрации церковной структуры Московского Патриархата в Эстонии. Необходимость этого была обусловлена подготовкой к принятию нового закона, согласно которому все религиозные организации Эстонии должны были пройти перерегистрацию в МВД.

Однако представители эстонского правительства предлагали самоуправляемой Эстонской Православной Церкви в составе Московского Патриархата регистрироваться в качестве епархии, представляющей подразделение иностранной религиозной организации и не могущей претендовать на правопреемство по отношению к довоенной Эстонской Апостольской Православной Церкви, что фактически означало бы отказ от прав на историческое церковное имущество. Главным препятствием для справедливого разрешения этого вопроса власти Эстонии называли позицию Константинопольского Патриархата.

28 марта 2000 года в Женеве вновь состоялись переговоры между делегациями Московского и Константинопольского Патриархатов. Делегация Русской Церкви, которую возглавлял митрополит Кирилл, выдвинула предложение решить проблему, заключив юридическое соглашение между двумя параллельными церковными структурами в Эстонии, предусматривающее право собственности на de facto используемое историческое имущество. Однако митрополит Стефан, глава константинопольской юрисдикции в Эстонии, участвовавший во встрече, выставил категорическое условие: не заключать никаких юридических соглашений, пока Московский Патриархат не признает возглавляемую им структуру единственной в Эстонии автономной Православной Церковью.

Делегация Русской Православной Церкви отвергла это условие, справедливо считая, что так и не реализованные в полной мере цюрихские договоренности 1996 года на данном этапе представляют собой предельный возможный церковный компромисс. При этом Константинопольский Патриархат, заявляя, что осложнение в решении имущественного вопроса «происходит от эстонского законодательства»[241], отказался от дальнейших прямых переговоров между руководством двух Церквей, сославшись на достаточные для решения этих вопросов полномочия архиепископа Стефана.

Юбилейный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 2000 года констатировал, что эстонский кризис остается неурегулированным в связи с неисполнением константинопольской стороной соглашений двух Церквей, достигнутых в мае 1996 года в Цюрихе, о предоставлении одинаковых прав, включая права на историческое церковное имущество, для всех православных в Эстонии.

Конец 2000 года ознаменовался новым витком эстонского кризиса, вызванным визитом Патриарха Варфоломея в Эстонию 26 октября — 1 ноября 2000 года. Русская Церковь не была уведомлена об этом посещении. И все же ОВЦС Московского Патриархата предпринял все усилия, чтобы использовать и этот случай для уврачевания четырехлетнего конфликта. Представителям двух православных юрисдикций в Эстонии было предложено издать в соответствии с достигнутыми в Цюрихе договоренностями совместную декларацию о восстановлении одинаковых прав для всех православных приходов, в том числе на историческое церковное имущество. Эти предложения были представлены митрополитом Кириллом на переговорах с константинопольской делегацией во главе с митрополитом Мелитоном в Москве 20 октября 2000 года.