Мишель Роуэн – Книга духов и воров (ЛП) (страница 59)

Она медленно выводила круг по его предплечью.

— Вот здесь. Мне говорили, что после того, как ты получаешь ее, это место уязвимо еще долгое время.

Она опустила пальцы чуть ниже и сжала руку, причем сильно. Боль пронизала его от пальцев до плеча. Он стиснул зубы и попытался не реагировать.

— У — п-с. Это было больно? — спросила она.

— Ни капли. — выдавил он.

— Да — да. — улыбнулась Крис. И это была самая неприятная улыбка из тех, которые он когда — либо получал. — Я не дура, Фаррелл. Все, что ты говорил — ложь, чтобы сблизиться со мной, чтобы я отдала тебе то, что нужно. В противном случае ты бы и близко не подошел к такой, как я. Маркус сказал тебе сделать это, не так ли? Выведай секреты Крис Хэтчер и доложи мне?

— О, милая моя. — он наконец высвободил руку от ее хватки и изобразил непринужденную ухмылку на лице. Не было никакого смысла отрицать очевидное. Она знала правду. — Не лги. Ты запала на меня, даже при одной мысли обо мне. Но да, ты права. Я — не для твоего уровня. Жаль разочаровывать тебя.

Она вздрогнула еле заметно, но он все же заметил.

— Спасибо, что все прояснил. — сказала она сдержанно.

— С удовольствием.

— Можешь оказать мне две услуги, Фаррелл? — спросила она.

— Зависит от того, о чем идет речь.

— Передай Маркусу, что если он посылает за мной кого — то шпионить, то пусть найдет кого — нибудь поумнее.

«Очаровательно». — Я подумаю об этом. А вторая?

Крис встала, взяла свой стакан, сделала глоток ледяной воды, а затем выплеснула остаток ему на колени.

— Иди к черту.

И ушла, оставив его: штаны мокрые, прикрытие сорвано. В другой жизни он нашел бы все это смешным. Сегодня вечером смеяться ему не хотелось. В голове помутнилось, мысли стали резкими, как кинжалы, пока он наблюдал, как она проходит мимо окна, направляясь в свой маленький книжный магазин.

Глава 23

Мэддокс

Книга, принадлежавшая бессмертной колдунье, и есть та самая книга, отправившая дух Бэкки из ее мира сюда!

— Но как она могла оказаться здесь? — спросил он очень тихо. — Если фактически она, хмм, там? Не может же она находиться в двух местах одновременно.

Бэкка подошла ближе, заглядывая через плечо Камиллы, пока ведьма перелистывала страницы со странным золотисто — черным письмом и подробными изображениями животных, деревьев, цветов и пейзажей.

— Я точно уверена, — сказала Бэкка. — Или же это оригинальная копия.

На ее лице начало отражаться сомнение.

— Камилла, существует ли еще одна подобная книга? — спросил он.

— Сильно сомневаюсь в этом, но допускаю…есть маленькая возможность, что могла быть сделана поддельная, чтобы запутать возможных воров. — она потрясла головой. — Это оригинал. Клянусь, я чувствую, как магия гудит в ней, будто я касаюсь пчелиного улья.

Однако все указывало на существовании копии. И должно было быть логичное объяснение тому, что испытала Бэкка.

— Смотрите, здесь изображение каменного колеса.

Камилла провела кончиком длинного острого ногтя по чрезвычайно точному изображению колеса из ее сада.

— Язык… — Бэкка осторожно рассматривала книгу, будто та могла подпрыгнуть и укусить ее. — Ты можешь читать на нем?

— Нет. — Мэддокс всматривался в незнакомые слова. — Камилла, что это за язык? Я его не узнаю.

— Ну конечно, это же язык бессмертных.

«Ах да, конечно.»

Барнабас оставался на удивление спокойным, наблюдая за Мэддоксом и ведьмой, скрестив руки.

— Какой все — таки день. — прокомментировал он. — Мы живы, мы свободны и у нас в руках наконец есть что-то, чем можно уничтожить Валорию раз и навсегда. Предлагаю это отпраздновать.

— Не знаю. — ответил Мэддокс. — Мы прошли пешком несколько дней. Я, например, невероятно устал и…

— Значит, оставайся и не порти нам веселье. — Камилла легонько похлопала его по плечу. — Я составлю компанию Барнабасу. Идем в таверну!

Таверна называлась «Таран», в ней было полным — полно жильцов деревни, которые что-то пили и болтали. Поводом для всеобщего собрания стало продолжение праздника правления Валории, но в такой пирушке праздновали все, что угодно, кроме этого.

Недавно Валория практически выпустила указ, запрещающий продажу алкоголя и общественных празднований в течении года.

— Прошу! — Барнабас подвинул громадную кружку с элем Мэддоксу, сидевшему на длинной деревянной лавке, на которую они сумели втиснуться плечом к плечу к другим посетителям. Две женщины и мужчина танцевали на другом краю стола под громкую знакомую песню о бессмертных и их магии.

Мэддокс очень хорошо знал слова этой песни. Мама часто ее пела.

«Мы будем жить вечно рядом,

Всматриваясь в звездные небеса,

Сегодня и всегда судьба ведет нас,

Нас связывают нити волшебства.»

Мэддокс глотнул эль из кружки — впервые в жизни. Ливиус редко пил что-то крепче сидра, и никогда не позволял Мэддоксу пригубить хоть каплю.

— Понравилось? — спросила Камилла, сладострастно ухмыляясь, показывая свои сломанные зубы.

— Хорошо. — пришлось ему признаться.

— Пей, сладкий, — сказала она и взялась за свою кружку пенистого эля, мигом опустошив ее. Затем она громко и длинно отрыгнула.

Где — то рядом раздался крик.

— Я узнаю этот звук! — прокричала женщина и подошла к ним. У нее были пшеничные волосы, и выглядела она симпатично с головы до ног.

— Моя дорогая сестренка! — Камилла вскочила и распростерла руки. — Ты вернулась ко мне! Я так долго ждала!

«Сестра?» Мэддокс обменялся удивленным взглядом с Бэккой.

— Отрада очей моих! — воскликнула красивая женщина и они обнялись.

Барнабас поменялся на глазах: от расслабленной сутулости не осталось и следа, вместо этого он был воплощением достоинства.

— Сьенна, как же приятно снова тебя видеть!

Бэкка потянулась к Мэддоксу и прошептала:

— Мне кажется, или он действительно обомлел от счастья при виде нее?

— Разве можно его винить за это? — сказал Мэддокс очень тихо и глотнул еще эля. — Она невероятно потрясающая.

Девушка прикусила губу.

— Да, я полагаю. Если тебе нравятся такие. Но она старовата, ей по меньшей мере тридцать, верно?

Он нахмурился. До этого Мэддокс никогда не слышал, чтобы Бэкка говорила таким язвительным тоном.

— Мэддокс, это моя младшая сестра Сьенна, — представила Камилла. — Сестра, которая отказывалась мне писать слишком долго, пока путешествовала по далеким землям за морем. Сестричка, я так соскучилась по тебе!

Сьенна обняла Камиллу за плечи.

— Я вернулась и подумываю задержаться на неопределенное время.