Мишель Роуэн – Эхо и империи (страница 47)

Удивительно, но такая мысль даже не пришла мне в голову.

– Как ни глянь, я не могу дать разумное объяснение тому, что королева держала рядом могущественного колдуна, особенно того, кто был другом человека, убившего ее сына.

– Ты права, это уму непостижимо, – сказала Мика, резким, безжалостным голосом. – Тем более что именно Ее Величество приказала убить ведьму, которая призывала только исцеляющую магию земли. В Тамаре нет ни капли зла.

С этим мы обе были согласны.

– Но Тамару не казнили.

– Только потому, что я изменила документ. Я отправила ее сюда, чтобы спасти ей жизнь. У меня не было другого выбора.

Я всмотрелась в ее измученное лицо, стараясь понять.

– Тамару собирались казнить за то, что она спасла чью-то жизнь?

– Так твоя дорогая подруга королева Исадора поступает с ведьмами, и не важно, кто они. Она убивает их. Но по какой-то причине не убила Вандера Лазоса.

По спине побежали мурашки.

– Но почему?

Она не спешила отвечать, и меня посетила мысль.

– Ты тоже собираешь о нем информацию?

Ее взгляд метнулся ко мне, но потом она рассмеялась.

– Ты тоже этим занимаешься? Ведешь расследование?

– Именно.

– И я твой последний свидетель.

– Похоже, свидетель из тебя лучше, чем я думала. Так что? Ты сблизилась с ним, чтобы выведать его тайны?

Она кивнула.

– Таков мой план.

– Зачем?

– Зачем? – переспросила она. – Потому что как только я выберусь отсюда, я сделаю все, что в моих силах, чтобы разоблачить ложь королевы перед всем миром, даже если для этого придется сообщить все, что мне известно, самому лорду Баниону, хотя я понятия не имею, где его найти.

Я в ужасе посмотрела на нее.

– Ты шутишь, да?

Она помотала головой.

– Ни капли. О нем я тоже видела кучу документов. Бо́льшая часть того, в чем королева его обвиняет, – сплошная ложь. Ложь, которую она вещает по подконтрольным дворцу новостным каналам, через поддельные видео и фотоснимки, в которых выставляет его террористом, желающим уничтожить империю, построенную из украденных земель и завоеванных народов. Это преступление против человечества. Почти все, в чем обвиняют Баниона, королева совершила сама, и все для того, чтобы создать эту огромную ложь и промывать всем мозги.

– О господи. – Я содрогнулась, потому что мне было больно слышать обвинения в адрес женщины, которой я всегда восхищалась. Но они основывались на том, что я уже и так узнала о королеве Исадоре с вечера раута.

Я не могла не принимать во внимание слова Мики. Она не была первой встречной заключенной, затаившей злобу на Ее Величество. Она была королевским гвардейцем с доступом к секретной информации.

Мика выругалась вполголоса.

– И зачем я время трачу? Хуже слушателя жалоб на королеву и не придумаешь. Ты ее обожаешь.

– Да, – прошептала я.

– Вот и продолжай. Мне от этого ни жарко, ни холодно. Ты спросила, правда ли Лазос колдун. Да, он точно колдун, и я верю, что он может помочь тебе избавиться от магии, как верю и в то, что он может помочь нам с Тамарой сбежать отсюда. Вопрос только в том, когда. А теперь отвяжись. Меня ждут дела.

Она развернулась и пошла в противоположном направлении, но при всем, что она сказала и на что намекнула, этот разговор был для меня далек от завершения.

– Мика, подожди! – крикнула я.

В этот миг с неба упало что-то большое и тяжелое. Деревянный ящик размером с машину, сотрясая землю под ногами, плюхнулся прямо передо мной.

Глава 16

Я отскочила назад и, приземлившись, ошарашенно уставилась на ящик. Послышались крики других крепостных и еще несколько глухих ударов поблизости.

Перед моим лицом возникла рука Мики, и я схватилась за нее, чтобы встать на ноги.

– Что случилось, черт возьми? – воскликнула я.

– Ежемесячная поставка припасов, – ответила она с мрачным выражением лица. – Слишком близко к городу. Будем надеяться, что в этот раз обойдется без потерь.

– В этот раз? – В изумлении уставилась я.

Она ответила весьма натянутой улыбкой, которая больше была похожа на гримасу.

– Да. В этот раз. Ежемесячная благосклонность Ее Величества к нам, скромным, запертым в клетку существам, за эти годы расплющила уже не меньше дюжины человек. Можно подумать, что те, кто управляет этими самолетами, могли бы найти время, чтобы прицелиться. Или… черт, да может, они как раз прицеливаются. Им плевать на всех, кто здесь находится. Я удивлена, что они вообще утруждаются сбрасывать продовольствие. Какое им дело, если мы все умрем с голоду?

Позади Мики пятеро заключенных принялись вскрывать ящики. Казалось, их не напугала эта чуть ли не смертоносная поставка. Напротив, они радовались и смеялись.

Мика глянула на них через плечо.

– Не все так плохо. Там всегда полно вкуснятины, чтобы крепостные могли порадоваться пару дней. Готовься к празднику.

Я пыталась задать Мике еще несколько вопросов, но казалось, что она внезапно вспомнила, кому рассказывала всевозможные секреты: воспитаннице нынешнего премьер-министра и девушке, которая получала щедрое ежемесячное содержание от самой королевы Исадоры.

Похоже, здесь я была врагом, и это внезапное открытие оказалось странным и неприятным.

Я напомнила себе, что меня не должно было беспокоить мнение Мики. Моей целью было спасти себя и вернуться к настоящей жизни. К этому я и стремилась уже почти две недели.

Но попутно все стало очень запутанно.

Мягко говоря.

Благодаря сбросу продовольствия, который едва не стал смертельным, в крепости появилось достаточно сухих продуктов и упаковок с протеином на ближайший месяц, а также новая одежда, дополнительные одеяла, свечи и вдоволь корма для животных. А еще ящики, полные свежих фруктов, выпечки, шоколада и других лакомств.

Я не сразу пришла в себя оттого, что убийственно тяжелые предметы были сброшены посреди населенного пункта – да еще и совсем рядом со мной, – но все остальные восприняли это спокойно и просто были рады возможности побаловать себя этим вечером.

С наступлением темноты почти все крепостные (во всяком случае, те, кому работа не мешала присоединиться к празднованию) собрались в трапезной, будто на своеобразном тюремном свадебном торжестве, чтобы насладиться сброшенным им угощением.

Войдя, я обвела помещение взглядом и увидела Глорию, Тамару, Мику и еще десятки знакомых лиц. Даже Отис с Арло сидели вдали за столом по левую сторону с тарелками, полными продуктов, и чашками с алкоголем.

Но мой взгляд остановился на Джерико, в одиночестве сидящем в задней части зала возле камина. На нем была черная футболка, в которой он сюда приехал, заштопанная после того, как ее разрезали, чтобы обработать рану. Она плохо скрывала весьма выдающиеся очертания его тела, которые отпечатались в моем мозгу с тех пор, как я увидела его на озере. Я не просила, чтобы образ голого тела Джерико надолго засел в моей голове, но, похоже, он уже запечатлелся на первом плане.

Его черные глаза следили за моим приближением.

– Ты занял мне место? – непринужденно спросила я под шум гудящих вокруг разговоров.

– Самая популярная девчонка в крепости хочет сесть рядом со мной. – Он жестом указал на стоявшую напротив него длинную скамью. – Глубоко польщен.

– Так вот кто я здесь? Популярная девчонка? – переспросила я, присаживаясь.

– Разве ты не везде популярна? – Он поднял руку, чтобы подозвать разносчицу, и она принесла стеклянную бутылку и две деревянные кружки. – Ты как раз вовремя, чтобы помочь мне это выпить.

Я присмотрелась к бутылке, на которой виднелась очень симпатичная наклейка.

– Это вино. Прямо настоящее вино, а не мочевая вода.

– Именно. – Он разлил немного темно-красной жидкости по кружкам и подтолкнул мне одну из них.

– Лучший день в моей жизни, – сказала я в эйфории.