Мишель Рид – Украсть собственную жену (страница 7)
— Зачем ты вернул меня? — Она повернулась и быстро пошла в ванную комнату, которую он недавно использовал для той же цели — побыть наедине со своей болью.
Снимая с запястья тонкие золотые часы сильно дрожащими пальцами и кладя их на мраморный стол рядом с бриллиантовым колье и серьгами, Леона заметила, что они с Хасаном провели вместе два часа, а уже мучают друг друга.
Присев на крышку унитаза, она оглядела белые кафельные стены и вспомнила, с какой решимостью Хасан говорил ей об альтернативных методах зачатия.
Как ей поступить? Принести ответную жертву их любви и предложить остаться его первой женой, пока он возьмет вторую жену? Она просто не справится с агонией, зная, что Хасан делит постель с другой женщиной. Она задрожала и тут же приказала себе успокоиться.
Простонав, она встала и опять застонала, почувствовав слабую боль по всем теле. Почему ей нездоровится? Вероятно, из-за падения, секса и обычного стресса. Внезапно по ее спине пробежала дрожь. Решив успокоиться, Леона встала под душ.
Хасан мерил шагами каюту, не понимая, почему Леона уже полчаса торчит в ванной комнате. Все идет не так, как он планировал. Он врезал себе ладонью по лбу и грубо выругался на свою высокомерную уверенность в том, что ему нужно просто похитить Леону, и все встанет на свои места.
Он только хотел убедиться, что она в безопасности, независимо от того, какие проблемы их преследуют. Но вместо этого он напугал ее до смерти, солгал ей и наблюдал, как она, рыдая, падает с трапа. Потеряв самообладание, он переспал с ней. И теперь она заперлась в ванной, потому что он осмелился предложить ей то, что наверняка не сработает, и они оба об этом знают. И что теперь ему делать? Обнажить церемониальный меч и прикончить их обоих, как двух трагических любовников?
От страха за Леону в его жилах застыла кровь. Он подскочил к двери ванной комнаты и уже собирался ударить по ней кулаком, как она открылась.
На Леоне было только полотенце, мокрые волосы прилипали к ее красивой голове, как рыжая атласная вуаль. От неожиданности Хасан и Леона уставились друг на друга.
Затем он выпалил:
— С тобой все в порядке?
— Конечно, — ответила она. — Почему я не должна быть в порядке?
Вместо ответа он обнял и крепко поцеловал ее.
— На сегодня хватит разговоров. — Отвернувшись, он подошел к кровати и взял жемчужно-белый шелковый халат, который приготовил Леоне.
В каюте накрыли стол для ужина, свет был выключен, на столе стояли зажженные свечи.
— Вот, — сказал он и распахнул халат, приглашая ее переодеться.
Леона медлила, опустив ресницы.
— Я останусь только на сегодня. — Она посмотрела ему в глаза. — Завтра ты отвезешь меня обратно в Сан-Эстебан.
Он скривил губы.
— Завтра мы… поговорим об этом, — предложил он в качестве единственного компромисса, хотя знал, что это вовсе не компромисс.
Леона кивнула, сбросила полотенце и повернулась, чтобы он помог ей надеть халат. Хасан знал, что это была уступка, которой он не заслуживает. Развернув Леону к себе лицом, он завязал пояс ее халата. Его нежные действия спровоцировали неохотную улыбку на ее губах.
— Затишье перед бурей? — сухо сказала она.
После вкусного ужина Хасан предложил прогуляться по палубе, и Леона с радостью пошла с ним. Воздух снаружи был теплым и шелковистым, как и окружавшая их тьма. Оба босиком, одетые только в халаты, они гуляли по палубе. Казалось, никого, кроме них, на борту нет — так было тихо и безлюдно.
— Рафик развлекает Итана на верхней палубе, — объяснил Хасан, когда она спросила, где все остальные.
Проследив за его взглядом, Леона увидела, что в окнах кают на верхней палубе горит свет.
— Может, нам присоединиться к ним?
— Не думаю, что им это понравится, — протянул он. — Они играют в покер с членами экипажа, а наше присутствие ослабит их азарт.
— У тебя есть ответ на любой вопрос, не так ли? — пробормотала она.
— Я стараюсь. — Он одарил ее убийственной улыбкой, и она вздрогнула от предвкушения.
Леона отвернулась, чтобы он не видел, как она восприимчива даже к его улыбке.
Прислонившись к поручню яхты, она посмотрела вниз на волны, бьющиеся о темно-синий корпус лодки.
— Эта яхта — очень впечатляющая игрушка даже для шейха из богатой нефтью страны, — заметила Леона.
— Сто девяносто футов в длину, — объявил он, подошел к ней и прислонился спиной к поручням. — Двадцать девять футов в ширину. — Он обнял Леону за талию и принялся рассказывать ей о том, что есть на яхте. — Эта лодка достойна королей.
— Тебе повезло родиться богачом. — Она рассмеялась. — А у этого плавучего дворца шейха есть название? — спросила она.
— «Сексуальная леди»! — прорычал он, опустил голову и слегка прикусил основание ее шеи.
— Ты шутишь! — упрекнула она его, повернулась и посмотрела на него в упор.
— Ладно. — Он пожал плечами. — Я шучу.
— Так, как она называется? — потребовала она ответа, когда ее сердце замерло при виде расслабленного и улыбающегося Хасана.
— Принято называть лодку именем самого любимого человека, — заметил он. — По-моему, это мой лучший комплимент тебе. Тебе не нравится?
— Мне нравится! Но ты не должен был так ее называть! Т-ты…
Он поцелуем заставил ее замолчать. Леона почувствовала, как теплая, сладкая волна любви обрушивается на нее.
— Пойдем в кровать? — сказал он у ее подрагивающих губ.
— Да. — Она погрузила пальцы в его волосы и скользнула языком ему в рот. Когда из горла Хасана вырвался хриплый стон удовольствия, Леона схватила его за руку и потащила в каюту.
Страстные и ненасытные, они занимались любовью всю ночь и уснули в объятиях друг друга. Очнувшись ото сна, Леона обнаружила, что Хасана рядом нет, и почувствовала разочарование. Какое-то время она просто лежала, наблюдая, как солнечный свет, просачивающийся в окно, медленно ползет к ней через комнату. Ее внимание привлек какой-то звук. Слегка повернув голову, она наблюдала, как Хасан выходит из ванной в одном полотенце. Его загорелая кожа казалась нереальной.
— Я чувствую твой взгляд, — заметил он, не оборачиваясь и продолжая одеваться.
— Мне нравится смотреть на тебя, — ответила Леона.
Оставив манжеты рубашки расстегнутыми, он повернулся и пошел к кровати. Чем ближе он подходил, тем быстрее билось сердце Леоны.
— Мне тоже нравится смотреть на тебя. — Он наклонился и поцеловал ее. От него пахло свежестью и чистотой, а лицо сияло после бритья.
— Вернись ко мне в постель, — пригласила она.
— Чтобы ты надо мной надругалась? Ни за что, — улыбаясь, ответил он. — Хорошего должно быть понемножку.
Он снова поцеловал ее, потом поднял голову, осторожно убрал ее руки со своей шеи, и его взгляд посуровел. Повернувшись, он подошел к стене и распахнул дверь в гардеробную с женской одеждой.
— Вставай и одевайся, — приказал он, направляясь к выходу из каюты. — Завтрак подадут на солнечной террасе через пятнадцать минут.
— Ничего не изменилось, Хасан, — тихо сказала она ему. — Когда я выйду из этой каюты, я больше не вернусь в нее.
Он помолчал, но не обернулся, чтобы снова взглянуть на нее.
— Изменилось все, — сердито возразил он. — Ты вернулась на свое место.
Затем он ушел, не дав ей возможности спорить.
Вздохнув, Леона выскользнула из кровати и пошла готовиться к следующему этапу противостояния.
В соседней каюте Хасан встретился с другим противником. Итан Хейс стоял там в той одежде, в которой он прибыл на яхту, но без галстука-бабочки, и был зол. По правде говоря, Хасан не винил его. На его подбородке красовался синяк, который не понравился бы Леоне. У Итана было похмелье из-за того, что накануне вечером его уговаривали выпить слишком много алкоголя.
— С какой стати ты проделал такой сумасшедший трюк? — спросил Итан.
Поскольку Хасан задавал себе тот же вопрос, сейчас он предпочел промолчать.
— Я извиняюсь за своих людей, — сказал он. — Боюсь, они переусердствовали.
Итан потрогал рукой свой ушибленный подбородок.
— Я был без сознания десять минут! Потом я застрял на яхте, на которой не хочу находиться, а Леоны нигде не видно!
— Она тоже беспокоится о тебе, если тебя это утешит.