реклама
Бургер менюБургер меню

Мишель Харрисон – Одно желание (страница 1)

18

Мишель Харрисон

Одно желание

Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436–ФЗ от 29.12.2010 г.)

Литературно-художественное издание

Для среднего и старшего школьного возраста

Главный редактор: Лана Богомаз

Руководитель проекта: Ирина Останина

Арт-директор: Таня Галябович

Художественный редактор: Таня Галябович

Литературный редактор: Мария Брауде

Корректор: Зоя Скобелкина

Компьютерная верстка: Ольга Макаренко

Дизайн обложки: Мария Ухова

Text copyright © 2014 Michelle Harrison

© ООО «Альпина Паблишер», 2026

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Сыну Джеку – моему сбывшемуся желанию

Пролог

В оживленном лондонском переулке некто в плаще с капюшоном зашел в маленький магазинчик. Запер за собой дверь, убедился, что на ней висит табличка «ЗАКРЫТО», и откинул капюшон. Выглядел вошедший вроде бы самым обычным образом: худощавое лицо, очки, растрепанные седые волосы. Но, присмотревшись повнимательнее, вы бы заметили под волосами заостренные уши – если, конечно, вы способны замечать такие вещи.

Он перешагнул стопку нетронутых писем на коврике у входа и поспешил через весь магазин к двери с надписью «Посторонним вход воспрещен». Руки его, затянутые в перчатки, сжимали крупный коричневый сверток. Вокруг теснились столы и полки, заставленные товарами: настенными часами, будильниками и прочими приборами для определения времени, какие только можно вообразить. Впопыхах мужчина натолкнулся на один из столов и сшиб на пол небольшие каретные часики – так, что их стеклянный циферблат разлетелся вдребезги. Однако он не остановился, даже не замедлил шаг. Ничто в магазине, кроме содержимого свертка, не имело для него ни малейшей ценности.

Распахнув дверь, мужчина оказался в небольшой комнатке, где полки тоже были уставлены часами – в разной степени разобранными. Он аккуратно опустил сверток на стол и трясущимися руками принялся его разворачивать.

– Пожалуйста, – пробормотал он, – пусть это будут те самые. Пусть мои поиски наконец завершатся.

Из-под слоев коричневой бумаги он достал какой-то предмет и поставил на стол. Это были золотые песочные часы – с двумя стеклянными колбами, между которыми перетекала тонкая светлая струйка песка. Мужчина стянул перчатки и, затаив дыхание, осторожно положил руки на часы.

Ничего.

Очередной тупик. Эти часы – не те, что он искал. С гневным криком он отшвырнул их. Дождь из песка и осколков просыпался на гору других разбитых часов, проверенных и отвергнутых раньше. Скривившись от ярости, человек вылетел из комнаты и сбежал по узкой лестнице в подвал.

Он уже почти не замечал запах сырости и затхлости. Поначалу, когда он только-только стал здесь хозяином, запах раздражал его, но за несколько месяцев он пообвыкся. Приноровился и к холоду, и к темноте. И большую часть времени проводил в этом подвале.

Перешагнув через стопку книг, он подошел к полке, где были в ряд выстроены свечи. Щелчок пальцев – и фитили вспыхнули, разогнав мрак золотистыми лучами. Вокруг в сырых углах ветшали книги, в стеклянных банках что-то мерзко поблескивало. Несколько столов занимали причудливые приборы, повсюду валялись записки и схемы. А посреди всего этого стоял огромный черный котел.

Человек пробрался к котлу, наступив по пути на смятую, давно брошенную записку. C балки под потолком свешивалось кружевное платье – оно болталось над котлом, словно тело в петле. Человек нежно прикоснулся к потускневшей белой ткани, и на лице его отразились сожаление и тоска.

– Я найду их, Хелена, – прошептал он. – Однажды я их найду. И верну тебя.

Позади него, в темном углу подвала, что-то шевельнулось. Что-то, что привыкло быть неслышимым и невидимым. Человек слегка обернулся в ту сторону, и существо уловило его незаданный вопрос.

– Я наблюдал, хозяин.

– И? – резко спросил тот.

Существо осталось в тени, не желая выходить на свет. Оно не хотело показываться – и не зря. Вид его лица, если это можно назвать лицом, вынес бы не всякий.

– Я вижу мальчишку, но не вижу, как его найти. Он скрыт, он под мощной защитой, моему взору сквозь нее не пробиться.

Человек сжал губы в ниточку:

– И даже моему.

Он задумчиво уставился в котел. Там, в глубине, маячил размытый облик, но картинка была такой нечеткой, что не удавалось разглядеть ни черты мальчика, ни то, что находится вокруг. Человек нахмурился и закусил губу. А потом его лицо снова разгладилось, озарившись догадкой.

– Ну конечно, – прошептал он. – И как я раньше об этом не подумал?

– Хозяин? – вопросительно сказало существо.

Человек выпрямился и обвел взглядом подвал в поисках необходимого. Найдя, он выудил из шкафа стеклянную бутылочку, смахнул с нее пыль и вытащил пробку. Одну каплю содержимого добавил в котел. Потом взял с ближайшего стола старые карманные часы и аккуратно подкрутил их, чтобы стрелки соединились. С мягким всплеском часы отправились туда же.

– Я действовал неверно. – Глаза его лихорадочно заблестели. – Годами пытался отследить объект, месяцами – мальчишку, и все без толку. Но теперь…

Человек заглянул в котел.

– Открой мне правду, – потребовал он. – Покажи, кого мальчик встретит следующим.

Котел в ответ забурлил. Мутная вода в глубине стала прозрачнее, а потом картинка изменилась. Когда это произошло, изменился и взгляд человека в плаще. Впервые за очень долгое время он улыбался. Там, в воде, забрезжил силуэт девочки, которую он никогда раньше не видел. Она прошла по дорожке и встала на пороге какого-то небольшого домика.

– Девчонка, – выдохнул человек. – Эта девчонка приведет нас прямиком к нему. Просто она о том еще не знает. – Улыбка стала шире и перетекла в тихую усмешку. – Найдешь девчонку… и мы найдем мальчишку.

Глава

1

Дерево Желаний

Таня Фейрчайлд сразу почувствовала: с этим местом что-то не так.

– Вот мы и здесь. – Мама отперла замок и открыла дверь в коттедж «Боярышник». – Как тебе?

Таня вслед за мамой вошла в темноту, волоча за собой чемодан. Веки сразу же задрожали. Таня потерла глаза, гадая, то ли дело в пыли, то ли в резком переходе из света в тень. Наморщила нос.

– Пахнет тут… как-то странно.

Оберон, ее упитанный доберман, явно был того же мнения. Он процокал когтями по деревянному полу, втягивая крупным мокрым носом незнакомые запахи.

– Ну еще бы. – Мама поставила свой чемодан, подошла к ближайшему окну и распахнула ставни. – Мы первые гости в этом сезоне. Неудивительно, что воздух затхлый: дом всю зиму стоял закрытый.

– Нет, дело в чем-то другом. – Таня осматривалась вокруг, пытаясь понять, что же ее смутило.

Мама тем временем открывала окна с затейливыми ромбовидными переплетами, одно за другим, наполняя летний дом светом и свежим воздухом.

– Посмотри, какая прелесть! – воскликнула она и указала на крошечную кухоньку, где на газовой конфорке стоял старомодный чайник со свистком, а на ярко выкрашенных полках выстроились разномастные чашки, миски и кастрюльки в цветочек.

Напротив, в другой части комнаты, разместился гостеприимный синий диван, маленький кофейный столик и белый стол побольше, с тремя стульями.

– А это, видимо, спальни. – Махнув рукой в сторону двух дверей, мама заглянула в одну из них. – Ой, Таня, иди посмотри, как чудесно!

– Сейчас, – рассеянно отозвалась Таня.

Звук, который она уловила, едва переступив порог, стал отчетливее: легкое шарканье где-то под половицами. Она опустилась на колени и прижала ухо к полу, пытаясь понять, откуда звук доносится. Определить было трудно, потому что мама то и дело что-то восклицала, делясь своими открытиями.

– У меня тут кровать с балдахином… и ты только посмотри на эту викторианскую ванну!

Таня зажала второе ухо и прислушалась повнимательнее. Ага, вот опять… шарк, шарк, скрип. И запах тоже ощущался сильнее: земляной, не домашний. Оберон прицокал поближе и склонил голову набок, тоже слушая.

«Может, просто мышь, – подумала Таня, чувствуя, как в животе скручивается узел. – Пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет мышь. Или даже крыса. Кто угодно, только не…»

Шарканье прекратилось, уступив место шороху. А потом, в неожиданной близости от Таниного уха, раздался другой звук: деловитое сопение, слишком сосредоточенное, чтобы исходить из мышиного носа. Веки снова дрогнули – дурной знак. И все-таки Таня надеялась, что ошибается и что перед глазами не предстанет кто-то из них.

Долго ждать не пришлось. Из-под половиц донесся недовольный голосок:

– Лето, что ль, уже? Видать, и правда. Едва наступает лето, как они здесь. Отвратные, вонючие людишки! Со своей болтовней, и шумом, и грязью, и со своими мерзкими, препоганейшими запахами еды!