Мишель Фашах – Ань-Гаррен: Ледяная королева (страница 2)
У графа был сын, воспитанный в строгом военном кодексе, истово верующий, сильный телом и духом. И Лодарина осенила мысль: женить сына графа на своей Марингиде. Он привез дочь в замок, представил молодому наследнику графа. И они, к его великой радости, даже приглянулись друг другу. Свадьба была назначена на последний день весны, прямо перед началом священного месяца.
Но за две недели до торжества Лодарин узнал о готовящемся вторжении воинственных соседей. Собрав армию, он повел ее в крепость графа. Неминуемое столкновение было решено встретить в открытом поле, на границе, чтобы малочисленная вражеская армия не успела разорить крестьянские хозяйства и сжечь поля́.
Рядом с графом Дейстреном, на своем верном скакуне, вышагивал его сын, будущий правитель Облентии. Лодарин ощущал к юноше почти отцовскую нежность. И сердце короля, обычно скованное долгом, на миг наполнилось светлой радостью.
Но короля обманули. Армия врага оказалась не только многочисленнее, но и дикой, жестокой. Облентийцев ломали, крушили, уничтожали. Поле боя превратилось в кровавое месиво. И вдруг он увидел её. Свою дочь. С распущенными волосами, она стояла на телеге, которую влекли в самое пекло битвы, туда, где её будущий муж отчаянно сражался, точно раненый зверь.
Марингида что-то выкрикивала ему, отвлекла его внимание на долю секунды, и в этот миг по шее молодого наследника прошелся смертоносный меч врага. Крик, который издала девушка, был чудовищен, в нем не было ни одного человеческого звука. Король наблюдал, как медленно, начиная с глаз, густая и липкая тьма заполняет каждую частичку её тела. Как покрываются бархатной чернотой ее рыжие волосы и золотистая кожа, как превращается в черную, как сама ночь, статую тело ее жениха, как чернота́ заполняет собой всё вокруг, пожирая свет и надежду.
Король пал на том поле. Пали все. И враги, и граф Дейстрен, и сам Лодарин, и вся армия. Чёрная, как сама преисподняя, магия Марингиды поглотила и поле битвы, и крепость, и даже земли за ними. Огромное пространство, сравнимое по размерам со столицей Облентии, было проклято навеки.
И в этой проклятой земле выжила лишь одна душа – Валдана, осквернённая проклятием, не успевшая спасти сестру. Она спала там, в этой тьме, два долгих дня. Конь, принесший её сюда, погиб мгновенно, как и вся свита. И она, облепленная черным пеплом, ползла наугад по проклятой земле, ведомая лишь инстинктом самосохранения. Когда дождь смыл с неё копоть, она стала больше похожа на привидение. Волосы её стали абсолютно белыми, глаза выцвели, а кожа стала белее первого снега.
Глава 2 Дом отчаянья
– Проходите, мисс Эльминоэль, королева ожидает Вас, – промурлыкал секретарь, скользнув по мне взглядом золотых глаз. Жуткий тип.
– Да, да… – пролепетала я, волнуясь до дрожи в коленях. Запнувшись, ухватилась за спинку кресла, вздохнула и просеменила в распахнутую дверь кабинета.
Там, за простым деревянным столом, каких я перевидала немало в стенах академии, восседала сама Ледяная королева. Взор ее, цвета Священного ледника, пронзал насквозь, казалось, видел душу. Ходили слухи, что от ее взгляда не утаить и мысли.
– Эльминоэль… – она словно попробовала мое имя на вкус. Имя, которое мне не особо нравилось, но поправлять Ледяную королеву я не решилась бы никогда. – Эльминоэль, твои познания в языках, в культуре и общая образованность вселяют в меня надежду, что ты сможешь занять место мастера Хитарина. Он слишком стар и более не в силах поддерживать наш Дом отчаяния.
Я замерла в глубоком реверансе. Королева жестом предложила мне занять стул напротив, но ноги словно приросли к по́лу. Казалось, я навеки застыла в этой позе и не смогу сдвинуться с места ни на йоту.
– Даниш! – властно произнесла Ледяная королева, и в тот же миг в кабинет вошел ее секретарь. Словно очнувшись от наваждения, задалась вопросом: сколько же времени я простояла так, зачарованная ее образом?
– Помоги девушке сесть на стул!
Золотоглазый демон подхватил меня под локоть, и я, точно марионетка, опустилась на сиденье… Мышцы ног действительно окаменели.
– Эльминоэль, вы доказали преданность нашей стране и обладаете всеми необходимыми компетенциями для этой работы. Вы согласны? – спросила королева.
Честно говоря, я не уловила ни единого слова, завороженно глядя на нее, как на чудо, впервые увидев Ледяную королеву так близко. Да, Священный ледник, я готова была удариться в запрещенную веру, что несли фанатики, утверждающие, что Ледяная королева – богиня.
– Эльминоэль, вы понимаете, насколько важна эта работа? Я вижу, что вы справитесь. Вы принимаете назначение в Дом отчаяния? – уточнил золотоглазый демон, протягивая мне документы.
– Да, да… – пролепетала я, зачарованно глядя в глаза Ледяной королевы, не вполне осознавая смысл своих слов.
– Благодарю вас, Эльминоэль. Помните: качество важнее количества, – произнесла королева, и золотоглазый демон, больно схватив меня за плечо, практически вынес из кабинета.
Он сунул мне в руки папку с документами и бесцеремонно подтолкнул к выходу из приемной.
Лишь спустя добрых десять минут, стоя у дворцовых врат, я смогла вдохнуть полной грудью.
Священный ледник! Что это было? Под чем я подписа́лась?!
Выйдя за ворота, села в трамвайчик, чтобы доехать до следующей остановки и наконец-то посетить давно примеченное кафе. Там, в уюте, я и попыталась разобрать бумаги, всунутые мне золотоглазым. Руки дрожали, и я отогревала их новомодным напитком, что набирал популярность в столице.
– Права на дом, рекомендации, торговый счет… – большинство документов были на общем языке, принятом почти на всём континенте. – Неужели меня отправляют в Торговый город? – прошептала в пустоту.
– Мисс, попробуйте наш чизкейк с ягодами. Недавно привезли новый урожай с Западного купола, – предложила с улыбкой проходящая мимо официантка.
– Нет, нет, спасибо… Хотя… Да, можно мне порцию? Спасибо, – растерянно ответила я, так и не подняв головы́.
– Священный ледник! Дом отчаяния?! – кажется, я выкрикнула это слишком громко, потому что старшая по району, сидевшая неподалеку, вздрогнула и, повернувшись ко мне всем телом, вопросительно вскинула бровь.
– Извините, извините. Я просто радуюсь новому назначению…
– Только из Академии дочка? Ничего, любая работа в Ледяном королевстве уважаема. Хочешь поговорить об этом? Приходи в дом на перекрестке третьей и восьмой улиц, я расскажу тебе много историй, – улыбнулась она.
Как же раздражают меня эти тётушки. Да, конечно, звание старшей по району не просто так дают. Именно потому, что человек внимателен к окружающим и всегда готов помочь. Но сейчас мне хотелось одного – удалиться к Священному леднику и слиться с предками.
Больше всего меня злило, что эта работа досталась мне "по блату". Это точно проделки золотоглазого демона. С тринадцати лет, с той самой Ночи Жажды, он преследует меня. Тогда он сам выхватил меня из круговерти других учениц школы.
Я была сражена его красотой, золотыми демоническими глазами и силой, что от него веяла. На взбудораженное ритуалом тело и разгоряченную подростко́вую психику его образ повлиял самым волшебным образом. Он стал моим первым мужчиной. И пока единственным, потому что каждую последующую Ночь Жажды уже я сама выбирала этого демона.
Каждый раз говорила себе, что ни за что не подойду первой… И каждое утро после Ночи Жажды я оказывалась в его объятьях. Лишь в шестнадцать узнала, кто он… Знаменитый, неприступный секретарь Ледяной королевы…
Меня трясло от злости, документы в руках помялись, я едва не разорвала их в клочья!
– Дочка… – рука старшей по району накрыла мою ладонь. – Ты в Торговый город едешь по распределению? – спросила она, внимательно оглядывая бумаги, в которых, вероятно, ничего не поняла. – Вижу, язык не наш, у тебя внутри кто-то остаётся? Ты не волнуйся… вы сможете видеться… У меня брат возит в Торговый город дары моря уже двадцать семь лет. Там, конечно, не так прогрессивно, как в столице, но всё равно удобно жить. Лет через сорок ты сможешь вернуться и спокойно отдыхать где-нибудь рядом с источниками.
Тётка улыбалась нежной, материнской улыбкой. В душе вдруг зародилось робкое теплое чувство привязанности. Теперь я понимала, почему она стала старшей.
– Нет, всё в порядке, спасибо за заботу! – я вылетела из кафе, чтобы спокойно обдумать ситуацию. Десерт так и остался нетронутым.
Прибыв в свою комнату в общежитии академии, начала собираться. Мои соседки уже разъехались по распределению: одна – в Южный купол садоводом, другая – в рыбацкий городок на востоке, а третья – в столицу врачом. Лишь я оставалась без распределения… Отдохнула, называется, перед работой!
В сердцах швыряя вещи в чемодан, осознала, что делаю это зря! Форму академии нужно было сдать. Тем более, при выезде за стены, в Торговом городе выдают новую одежду, соответствующую особенностям внешних земель.
Личные вещи уместились в наплечную сумку. Книги, записи, всё, что носило символику академии, подлежало возврату. Вдруг оказалось, что почти всё, чем я пользовалась всё это время, совсем и не моё.
Сдав вещи в хозяйственную организацию Северо-восточного района столицы, я отправилась на трамвайчике к южным воротам. Там мне выдали новую одежду. Всю и сразу, включая нижнее бельё. Восемь комплектов! Тяжелую шубу из меха волтарки… и, собственно, саму волтарку. В Торговом городе нет ветроразделителей, и хоть температура там такая же, как в столице, ветра́ дуют такие, что с ног сносит. По ощущениям будто на двадцать градусов холоднее – это я помнила ещё со школы.