Мирра Лохвицкая – Стихотворения в пяти томах (страница 89)

Один Ивлис стоял с челом поднятым, Один из всех осмелился сказать: «Нет, Господи, не поклонюсь вовеки Комку земной презренной, жалкой персти Я – созданный из тонкого огня!»

ИФРИТ:

Ты был неправ; мы кланялись не плоти, Не оболочке тленной человека, Но вечному божественному духу, Что благостно вдохнул в него Господь.

ИВЛИС:

За то и был я проклят между всеми. Но внял моим молениям Творец, И полное возмездие мне будет Лишь в страшный день последнего суда. С тех пор меж мной и семенем Адама Идет незримо вечная вражда. Пренебрегая слабыми душой, Я избираю сильных и великих, Отмеченных божественным перстом, Влеку их к бездне, скрытой за цветами, За сладостью запретного плода, И радуюсь. – Пусть видит Вседержитель, Перед каким ничтожеством земным Он повелел смиренно преклониться Нам, духам чистым, созданным из света, Из пламени тончайшего огня.

ИФРИТ:

Будь дважды проклят гений-возмутитель, Ты, сеющий страдание и зло! Уйди, исчезни! Слышу я вдали Поют, звенят серебряные звуки, То близится сюда царица Юга, Спешит вздохнуть усталый караван.

ИВЛИС:

И отдых будет сладок, о, так сладок, Что, может быть, премудрая Балькис Забудет здесь и радостную цель, И блеск, и трон, и славу Саломона.

ИФРИТ:

Не верю, нет! В душе ее живой, Подобно чистой лилии Сарона, Тянущейся к божественным лучам, Стремящейся. Как голубь, в высь лазури, Не погасить небесного огня.

ИВЛИС:

Иль ты забыл? – Не я ли затемнил Ее сознанье верованьем ложным; Премудрая не ведает Творца, Единого Создателя вселенной, И молится Его творенью – солнцу, Источнику сиянья и тепла. Давно, давно за нею я следил, Я был ее сопутник неразлучный, Всегда, везде, повсюду, неизменно, И путь ее тяжелый оживлял. Я вслед за ней то гнался черной тучей, То ураганом грозным налетал, То, свив песок гигантскими столбами, Свистящий смерч вздымал до облаков. Но тщетно я страшил царицу Юга; Не замечая ужасов пути, Под мерный шаг на корабле пустыни И медленно, но твердо и упорно, Стремился вдаль усталый караван.