Мираниса – Переплётчик (страница 3)

– Там, на крыше!

Даллис попятилась назад и присела на пол. Сердце отбивало ретивую дробь, болезненным страхом отражаясь от рёбер и сжимая тисками глотку. Никогда в жизни книжница не сталкивалась со столь серьёзными неприятностями. Но этот день, он не задался с самого утра. В магазине лязгнул замок, и лавочница выглянула из-за станка.

– Мастер! Мастер, это вы?

Выглянув из-за проёма в лавку, Даллис тут же получила толчок в грудь. Она сразу же поняла, что оплошала – в очередной раз за день. В тусклом свете луны и уличных фонарей мелькнула крупная фигура, и лицо в маске пронеслось в паре дюймов от её собственного. Тёмные волосы, высокий лоб и глаза – убийственные глаза. Взгляд в них рассекал, точно сталь, и даже густые ресницы не смогли смягчить холодный взор. Даллис в то же мгновение готова была поклясться, что никогда не забудет эти глаза. Незнакомец угрозой возвышался над ней, но, заметив заднюю дверь в мастерской, столкнул с пути и кинулся к выходу, с лёгкостью выломав стальной массивный шпингалет.

Кричащие констебли тотчас рассыпались внутри магазина. Они освещали помещение газовыми лампами, скворчали, словно полено в очаге, и суетливо проталкивали Даллис к заднему входу. Некоторые осыпали её вопросами, и книжница, не раздумывая, показала на задворки по другую сторону магазина. Патрульные понеслись прочь, и Лэй кинулась к выходу за ними. В конце переулка по-прежнему маячила фигура преступника. Впереди высились металлические леса и безжизненный бетон. Один из полицейских крикнул:

– Стой! Бежать некуда!

Лавочница прикрыла дверь, оставив лишь жалкую щёлочку. Она заметила, как один из офицеров вскинул руки, и залитый полумраком дворик озарился выстрелом. Пуля рокотом отскочила от металла и свистнула где-то над крышей магазина. Даллис зажмурилась, спрятав голову, но стоило ей открыть глаза вновь, как взору вновь попалась фигура незнакомца. Силуэт замер в боевой стойке, в кисти блеснул эфес сабли. Когда он резво помчался дальше, Лэй убедилась, что выстрел его не задел.

Несколько констеблей предупреждающе крикнули, когда беглеца настигла стена. Руки их потяжелели от вынутых кремнёвых мушкетов. Стрелять они уже не спешили – слишком густая темнота застелила задний двор. Однако в кулаке преступника меч исчез. Тот, вновь развернувшись спиной к преследователям, бросился к стене.

Даллис в ужасе прикрыла рот рукой. В тот миг она была готова отречься от всех божеств и догм, уверовав в ныне незнакомое ей тёмное колдовство. Незнакомца будто подкинула слишком густая хмарь прямо на верхние этажи. Резким прыжком он зацепился за металлические прутья и прыгнул ещё выше, пробираясь меж окон к крыше. Двор осветился несколькими выстрелами, но преступник оказался уже недосягаем. Даллис увидела, как его фигура скрылась за кромкой крыши. Толпа констеблей замерла в недоумении. Они бросались вопросами и клялись, что непременно должны были попасть в убийцу. Хоть кто-нибудь из них. От них отделилась небольшая группа и рванула обратно на улицу. Книжница продолжала разглядывать крышу, пытаясь отыскать в тенях фигуру беглеца.

– Боже, что же я скажу Мастеру? – прошептала она и прислонилась лбом к косяку двери.

– Так-так, кто тут у нас, – из-за спины раздался звонкий мужской голос и ритмичное постукивание тяжёлых армейских сапог. Магазин осветился одной лишь лампой. – Даллис Лэй.

Книжница узнала говорящего. Податливый и ласковый голос принадлежал почти такому же хозяину, Дайону Лафайету, бастарду американского дипломата и французской пианистки, неволей оказавшемуся брошенным на узкие улочки Чайна-Тауна. Интендант в прошлом и ветеран нескольких военных операций на Карибах, теперь он тешил своё и без того потрёпанное эго полицейским сюртуком.

– О, инспектор Лафайет!

– Лейтенант Лафайет, – откашлявшись, молодой констебль поправил торговку. Но глаза его излучали мягкое сияние.

– Лейтенант. – Даллис кивнула. – У меня проблемы? Клянусь, я не впускала беглеца! Он сам ворвался.

Дайон обернулся и взял висевшую на столбе лампу. Подойдя к двери, посветил на замок.

– Петли целы, – бросил один из патрульных, что вернулся с заднего двора. – Дверь не выламывали.

– Это по-прежнему может быть взломом, – заявил Лафайет, присев на корточки.

– Мы следовали по пятам. У него не было времени на взлом.

– Смотри, Эйс, язычка нет. И ручки сломаны.

– Всё равно это странно. В любом случае мы допросим её, как свидетельницу.

– Хорошо, – согласился Дайон и поднялся на ноги.

Патрульные по одному покидали магазин, возвращаясь в переулок. Парочка полицейских остались, чтобы заполнить протокол. Даллис не отрывала от них взгляд, нервно покусывая губы.

– У меня проблемы, да?

– Вовсе нет, мадемуазель. Просто расскажите Эйсу, что видели. Не бойтесь, он ответственный сотрудник.

– Но что сделал этот преступник?

Лафайет чуть замялся, скрепив руки на поясе. Обернувшись на других бойцов, он следом чуть склонился над ухом Лэй.

– Тут неподалёку проходил брифинг.

– Встреча с Сунь Янсеном? – спросила Даллис, и тревога новой силой накатила на неё.

– Вовсе нет. Постойте, – неуверенно парировал лейтенант.

– Слушайте, я просто хочу знать, в порядке ли Мастер. Вы были на этой встрече?

– Был, – сдался констебль.

– Вы видели Мастера? Я волнуюсь за него. Пожалуйста, скажите!

– Я видел там Мастера. Но потом на революционера произошло покушение…

– Скажите, а наставник не пострадал?

– Не волнуйтесь. Никого больше преступники не трогали. Мастер или в участке, или скоро явится домой.

– Даллис!

Сквозь патрульных к магазину проталкивалась низкорослая женская фигура. Лэй сразу узнала в ней подругу Юи, девушку с покатыми плечами, но крепкой узловатой шеей. Она работала в прачечной неподалёку.

– Юи! – Лэй кинулась на встречу к подруге и схватила ту за предплечья. – Ты что тут делаешь?

– По всему кварталу твердят, что преступник, пытавшийся… – Юи запнулась и искосо взглянула на Лафайета. Светлые глаза его забегали по магазину, но наконец он сдался и, натужно фыркнув, вышел наружу. Прачка продолжила: – Преступник, пытавшийся убить Сунь Янсена, проник в твой магазин. Ты цела?

– Ты прибежала сюда ради меня? – голос Даллис дрогнул.

– Разумеется!

– Я-то цела, и даже лавка не пострадала, кроме замка на дверях. Но, Юи, я беспокоюсь за Мастера.

– Твой барыга был на той встрече?

– Да. Но почему-то до сих пор не вернулся.

Даллис окликнули снаружи, и книжница поняла, что её вот-вот заберут полицейские для дачи показаний. Она поплелась вперёд, но Юи схватила её за руку.

– Куда тебя везут?

– Меня должны допросить, как свидетеля. А ты, прошу, присмотри за магазином, пока я не вернусь.

– Нет. Я пойду с тобой.

Высокий и бледный лейтенант вновь позвал Даллис, и она суетливее начала проталкиваться к выходу. Однако Юи мёртвой хваткой вцепилась в запястье лавочницы.

– Как же ты одна? Запугают ведь, я же знаю тебя, дурочку тихую.

– Справлюсь, – неуверенно бросила Лэй. – Лучше присмотри за магазином.

Юи с силой дёрнула на себя Даллис и понизила голос.

– Тогда послушай, что я скажу: если Мастер действительно попал в беду и не вернётся поутру, то мадам Ван наверняка знает, что с ним случилось. Но пока не говори об этом служителям.

– Ты что-то знаешь?

– Нет. Но сейчас мы все в опале: с одной стороны объявились бандиты, с другой нас поджимают служители порядка.

Даллис не поверила Юи: ни её заговорщическим глазам, ни пугающему перешёпоту. Разочарованную книжницу приволок за рукав Лафайет и проводил в массивный дормез с решётками на мутных окошках. Тяжёлые колёса экипажа замедлились, оставляя после себя исполосованную рытвинами землю, а снующие вокруг патрульные с трудом огибали повозку, проталкиваясь вперёд по узкому переулку. Даллись выглянула сквозь решётку, рассматривая встревоженное лицо Юи. Но из головы у неё не выходил иной образ: в маске и с безумно выразительными глазами.

Повозка качнулась, когда в неё взобрался лейтенант. Его эполеты в последний раз взыграли бликами на фоне красных огней переулка. Зачёсанные назад волосы переливались полутьмой, а ясные серые глаза слишком пытливо рассматривали Даллис, которая в ответ упорно уводила взор. Лафайет лишь единожды бросил:

– Расскажите, что вы видели в магазине.

Однако получив в ответ нерешительное мычание, констебль разочарованно откинулся на спинку сидения. Лэй уставилась в окошко.

Улица от палящих сизых паров с кюветов плыла куда-то к небесам. Узкие домики ютились, большие толпились и подпирали со всех сторон те, что оказались поменьше. Неровные дранковые крыши исторгали из себя мерцающий кряж, что шелестел и плыл на чёрном небосводе. За каждым переулком скрывались в тенях некогда пасторальные виды истории. Поля и горбатые хижины, новые мигрирующие переселенцы и только формирующиеся профсоюзы.

Весь оставшийся путь прошёл в тишине. Только в самом участке, когда Дайон со всей учтивостью проводил Лэй в кабинет к Эйсу, потребовав у одного патрульного протокол, Даллис наконец заговорила. У неё спрашивали терпеливо и даже лениво: что она видела, как столкнулась с подозреваемым и что делала позже.

– Почему в магазине был погашен весь свет? – спросил Эйс, кинувшись всем своим грузным корпусом на стол.

– Я услышала крики и поняла, что рядом произошло нечто ужасное. Потушила свет, чтобы его не было видно снаружи через щели в ставнях и форточки.