Миранда Сан – Если меня будут преследовать призраки (страница 39)

– А я Кара. Отличная работа с мешком ветров. И… спасибо.

– У тебя тоже порезы, – заметил Зак, обращаясь к Бриттани.

– Идиотский туман. Но меня не так сильно зацепило, как ее. – Бриттани кивнула на Кару. – Помочь обработать?

– Я сам, – вмешался Зак.

– Да я одна справлюсь, – быстро возразила Кара, чувствуя, как заколотилось сердце.

– Нет. Как ты, черт возьми, собралась заматывать порезанную ладонь? Или дотянуться до спины?

– Думаю, смогу.

Но мысленно она готова была отпинать себя. Почему? Почему рядом с ним она всегда говорила что-нибудь глупое?

– Да, но болеть будет адски…

– Знаете что? – вмешалась Бриттани, переводя взгляд с Кары на Зака и обратно. – Пойду-ка я проверю свои вещи, ничего ли не пропало. Залью спиртом порезы. Можно мне мой нож, мальчик-призрак?

Не сводя глаз с лица Кары, Зак поднял нож и протянул Бриттани.

Когда охотница ушла, парень скрестил руки на груди, склонил голову набок и смерил Кару взглядом.

– Ты в самом деле не хочешь, чтобы я помогал тебе, или отказываешься потому, что тебе нравится оспаривать все, что я говорю?

– Я не оспариваю все, что ты… – Кара поджала губы.

К ее удивлению, он не стал цепляться к словам.

– Давай. Если у меня не получится, можешь меня оскорбить.

Она заколебалась.

– Я бы в любом случае так сделала, – сообщила она и села, сбрасывая с плеч рюкзак.

Мгновенно на нее накатило облегчение и напряжение спало. Неважно, вернется ли туман – сейчас она отказывалась подниматься с земли.

Зак сел напротив, засучил рукава и достал аптечку. Потом бережно снял пластыри, которые Кара наклеила день назад, открывая незажившие порезы, и ловко открутил крышку флакона с медицинским спиртом.

Нехотя Кара протянула ладонь. Парень обхватил ее запястье нежнее, чем она ожидала, и по ее руке прошла дрожь.

Спирт жег, но она сдержала желание зашипеть, чтобы не показывать слабость.

– Что, устал смотреть тогда, как я латала себя?

Зак не поднимал взгляд, сосредоточившись на ее ранах.

– Типа того.

Повисла тишина.

Вопреки всему ее сердце бешено заколотилось. Все это время они были больше сосредоточены на других вещах. Но сейчас им не приходилось никуда бежать или что-то искать. Зак сидел рядом, склонив голову, и Кара заметила, какие у него раздражающе длинные ресницы, как он закусил нижнюю губу…

– А где ты научился оказывать первую помощь? – резко спросила она.

Взгляд парня метнулся к ней.

– От папы. Когда мне исполнилось тринадцать, он начал возить нас с Люком в лесной заповедник почти каждые выходные.

Хм. Сейчас, когда Зак упомянул об этом, Кара вспомнила, что он пару раз жаловался на это в классе. И делал это достаточно громко.

– А еще, несмотря на то что я не хотел чему-то учиться, папа показал, как ставить палатку и разжигать костер. Сказал, однажды мне это пригодится. – Зак приклеил пластырь. – Похоже, он был прав.

– И замки вскрывать тоже он тебя научил?

Парень фыркнул.

– Нет, это я сам. Как-то летом – кажется, в шестом классе – Люк вбил себе в голову, что мы должны открыть бар в папином кабинете. В общем, из-за Люка я и знаю, как вскрывать замки.

– А он как участвовал в той истории?

– Стоял на шухере, – Зак усмехнулся. – Я три недели практиковался. И наконец мог вскрыть замок в любом шкафчике. Стал профи. У нас все было распланировано. Наступает великий день. Родители уехали в командировку. Мы с Люком в кабинете, настраиваемся. И вдруг входит Вик и спрашивает, что мы делаем.

– Вик – ваша старшая сестра?

– Ага.

Зак закончил с ее ладонями, и его пальцы скользнули вверх по запястью Кары, к порезам на предплечье. Она подавила дрожь, чувствуя, как внутри нарастает жар. Воспоминание о Заке из тумана витало в голове, странное и смущающее.

– Ну так вот, – продолжал парень, – мы попытались соврать, но ее обмануть невозможно, даже с нашими впечатляющими навыками. Она угрожает позвонить маме с папой, рассказать, что мы залезли в кабинет, и тогда нам приходится во всем признаться. И вот мы думаем, что она настучит, а вместо этого она начинает хохотать. Падает на пол из-за смеха. У нее даже слезы на глазах выступили. Мы с Люком: «Какого черта, Вик?» А когда она наконец перестает смеяться, выуживает ключ из вазы рядом с баром. И открывает… У нас упала челюсть. Наверное, мы с Люком выглядели как две золотые рыбки. Все наши старания, когда можно было ничего не делать.

Кара представила себе это и хихикнула.

– Да-да, смейся. Но кто сейчас смеется? Уж точно не мистер Мортмангер, – ухмыльнулся Зак.

Закончив с предплечьем, он подвинулся ближе.

– Ничего, если я обработаю и ключицу?

Пульс стучал у Кары где-то в горле. Когда же это закончится?

– Да, – легко согласилась она, внутренне собираясь умереть. – Я не могу сама, так что тебе придется, так ведь?

– Точно.

Кара стиснула зубы, когда Зак прижал к ее коже пропитанную спиртом вату. Острый запах обжег нос, смешиваясь с ароматами льда и сосны.

Парень потянулся за бинтом, и взгляд Кары упал на длинный шрам, тянувшийся от его локтя до середины предплечья. Это произошло летом перед восьмым классом, когда им было по тринадцать и они считали себя достаточно взрослыми. Зак вызвал ее на соревнование – кто быстрее перелезет через сетчатый забор и спустится на той стороне, а когда она отказалась, назвал ее слабачкой.

Конечно, Кара тогда немедленно согласилась.

Технически Зак победил, но лишь потому, что соскользнул с забора, разорвав руку о выбившуюся из сетки проволоку. Но Каре пришлось провести всю ночь в отделении скорой помощи, пока его зашивали, так что кто был настоящим победителем?

Большой палец Зака коснулся ее ключицы, и у Кары перехватило дыхание.

Пока она вспоминала ту историю, парень закончил и теперь касался ее талии, как это делала его туманная версия.

Кара сглотнула, откашлялась и спросила, надеясь, что ее голос не звучит растерянно:

– Значит, ты близок с братом и сестрой?

К счастью, Зак был слишком сосредоточен, забинтовывая ее, поэтому не заметил, как в этот миг они оба не дышали. Он усмехнулся и скривил губы:

– Если бы.

Кара сказала что-то не то. Она замолчала, не зная, как продолжить.

Зак перешел к ранам на спине. Ощущение боли между лопатками усилилось. Его пальцы отвели ее волосы – легкое касание, но обжигающее своей нежностью.

Зак тихо проговорил:

– Это был, кажется, последний раз, когда мы собрались вместе, смеялись и веселились. Следующим летом Люку исполнилось восемнадцать, и он уехал в колледж, а Вик – через год после него. Она на четыре года меня старше. Люк – на пять.

Кара посчитала. Вик было двадцать, а Люку – двадцать один. Колоссальная разница.

– Но после, когда они приезжали на лето или чтобы помочь с семейным бизнесом, они никогда меня не замечали, даже если мы оказывались в одной комнате. Они выросли и видят во мне просто младшего брата.

Кара обдумывала его слова, выискивая тайные смыслы, эмоции, которые он пытался скрыть.