Мира Салье – Корона ночи и крови (страница 28)
От мыслей ее отвлек мелодичный девичий смех.
Рядом с Николасом ворковала его невеста. Она с такой нежностью и невинностью смотрела на него, что даже сидящая напротив Рия опешила.
Если бы на месте Камилии сидел кто-то другой – особа, похожая на ту же сестру Ника, – Рия бы не показала виду, но в мыслях точно свернула бы ей шею. А в присутствии этой девушки, которая с детской непосредственностью кормила жениха с рук, Рия выглядела так, словно проиграла поединок, не вступая в бой.
Сестра Ника, которую, как выяснилось, звали Викторией, оценивающе наблюдала за Деллой. На ее лице застыла улыбка, в которой не было ничего приятного.
«Я устал, Вик…» – прозвенели в памяти слова Кэла.
«Обычно спустя десять минут после того, как все расходились, ты уже оказывался в моих покоях», – раздался ответ принцессы Виана.
Как долго у них все это длилось?
Вероятно, Виктория давно уже знала, что Рия была Кэлу как сестра, и не чувствовала в ней угрозы. А вот кем им приходилась Делла, та явно все еще пыталась понять.
Алин как-то иначе смотрел на короля Виана. Дураку было понятно, что Рия с Ником хоть и делили постель время от времени, но их связывало нечто гораздо большее, чем плотские утехи. Видимо, ринальскому генералу не нравилось, что его сестре так быстро предпочли другую девицу. Если бы все зависело от Ника, они с Рией были бы вместе, но Алина это наверняка не волновало.
– Нам пора, – сказал он, вставая из-за стола. – Я найду Кэла.
Рия поплелась вслед за братом, так и не обернувшись в сторону Ника, хотя тот, очевидно, надеялся поймать ее взгляд. Делла тоже поднялась, но у самого выхода ее окликнул голос:
– Делла, можно тебя на минуту. Пожалуйста, – добавил король Виана, молчаливо попросив невесту оставить их наедине. Та покорно ушла, напоследок одарив его кротким нежным взглядом.
Делла выжидательно уставилась на него, пытаясь угадать тему беседы. У нее не было никакого желания говорить о Дарниле.
Ник встал с кресла, подошел к стене и привалился к ней спиной, сложив руки на груди.
– Мне не нравится, как вчера все закончилось. Я не хотел причинять тебе боль. Но ты должна понять: мы находимся на пороге войны с чем-то непосильным для обычного смертного. Если бы не поддержка Риналии, половину моего королевства уже выпотрошили бы адские твари. Я не могу позволить себе обзавестись врагом еще и в лице Мирита.
– Я только пыталась сказать, что Дарнилу нельзя…
Николас приподнял руку:
– Прошу, не перебивай. Дай мне закончить, пожалуйста. – И, дождавшись ее кивка, он продолжил: – Я не собираюсь доверять мирийскому принцу, но он молод, силен и готов слушать, в отличие от своего отца, который одержим древней враждой с Риналией. Его возраст и давняя ненависть вконец затмили здравомыслие. Я – король и не имею права руководствоваться одними лишь чувствами. Ради мира, если это спасет мой народ, я пожму руку не только Дарнилу, но и злейшему врагу.
Делле стало неловко из-за того, как она вспылила. Не укрылись от ее внимания и его слова: «Не имею права руководствоваться одними лишь чувствами». Его королевство находилось на грани войны, ему нужен был наследник, и он не мог больше вести эту странную игру с Рией. Он делал все во благо вианского народа.
– Но Дарнил ничего не решает. – Она впилась ногтями в ладонь. – Он марионетка отца. И никогда не пойдет против его воли.
– Король Мирита не вечен. – Ник слегка наклонил голову, и шелковистые черные волосы упали ему на лоб. – В любом случае, Делла, если ничего… не разъяснится в ближайшее время, то нам понадобятся все силы этого мира, чтобы противостоять врагу. Биться на два фронта мы не сможем. Возможно, Дарнил хотя бы попытается помочь.
Делла вновь почувствовала укол вины.
Николас жертвовал собственным счастьем ради своего королевства и продолжения рода, а она не могла разделить постель с незнакомым мужчиной для спасения сотен тысяч жизней.
– Вы, видимо, считаете меня эгоисткой?
– Нет, – мягко улыбнулся Ник, и ямочки у него на щеках стали глубже. Даже в напряженной ситуации он умел столь очаровательно улыбаться. – Это извечный вопрос, и ответа на него нет ни у кого. Важна ли судьба одного человека, если на кону стоят сотни, тысячи жизней? Как король, я должен не колеблясь выбрать большинство. Как человек, я вправе задуматься. Решить можешь лишь ты сама. Но позволь спросить, что тебя терзает? Никто не заставляет тебя любить Эмилиана. Уверен, немало женщин с удовольствием разделили бы постель с королем Риналии. Неужели он так ужасен?
– Нет, дело не только в этом. – Делла уставилась в мраморный пол.
Возможно, союз с вианцами и развеял некую долю сомнений, но она так и не смогла до конца довериться ринальцам. Что-то настораживало ее.
– Так что же? Разве тебя будут к чему-то принуждать? Настолько плоха жизнь в ринальском замке?
Делла покачала головой, испустив прерывистый вздох. Ник все больше заставлял ее чувствовать себя ничтожеством.
– Прости за излишнюю напористость. – Он оттолкнулся от стены и приблизился к ней. – Пойдем, я провожу тебя.
13
По возвращении в Риналию оставшуюся часть вечера Делла пролежала в постели, тщетно пытаясь уснуть. Возможно, если она превратится в кровавое месиво, разбившись насмерть со скалы, ей не придется думать о замужестве.
Она горько усмехнулась, а затем решительно поднялась на ноги, надела кожаные штаны и топ и вышла из покоев. Несмотря на поздний вечер, в замке было шумно. Кэл поселил ее в королевском крыле, и Делла запомнила, где находятся комнаты ринальской тройки. Она преодолела небольшое расстояние на онемевших от волнения ногах, остановилась напротив двери и, помедлив, постучала.
Сначала стояла тишина. Потом раздались шаги, и массивная деревянная дверь приоткрылась. Алин с заспанным лицом и немного взъерошенными волосами удивленно замер на пороге.
– Могу я с тобой поговорить? – спросила Делла.
Алин растерянно уставился на нее, а затем шире раскрыл дверь, приглашая войти. Делла прошла внутрь, остановилась в центре комнаты, прямо на мягком алом ковре, и осмотрелась в красноватом сумраке.
Интерьер никак не вязался с образом хмурого и застенчивого мужчины. Это были покои ринальского генерала. Здесь преобладали черные и бордовые тона, как и во всем замке. Стены с темными панелями были увешаны клинками всевозможных размеров и форм. Алин не носил с собой физического оружия, поэтому, видимо, просто собирал и украшал ими покои. Но даже в приглушенном свете Делла заметила, что лезвия были начищены до блеска, словно только что из кузницы.
Она перевела взгляд на Алина, застывшего напротив громадной кровати. Алые шелковые простыни были измяты и наверняка еще хранили тепло хозяина, которого бесстыдно оторвали ото сна. Делла много раз видела Алина обнаженным по пояс, но здесь, в его личных покоях, с взлохмаченными волосами и наспех надетыми расстегнутыми брюками все ощущалось иначе. Она была смущена, как и он.
– Я хотела попросить тебя… сопроводить меня в лес.
– Почему не обратишься к Кэлу? – Он кивнул в сторону выхода, будто принц в эту самую минуту стоял за дверью.
Делла замялась, отведя взгляд от его рельефной груди. Она не знала, как правильно озвучить свою просьбу, и в то же время боялась задеть его раны.
– Дело в том, что он рассказал мне, как ты обрел крылья… И я…
– Все в порядке. – Алин скованно улыбнулся. – Кэл спросил у меня, прежде чем поделиться этим с тобой. Продолжай.
Делла заговорила увереннее:
– Я подумала, что, может, стоит в последний раз попробовать…
– Делла, – перебил ее генерал прежде, чем она успела вымолвить следующее слово. – Отправившись сейчас в лес и воззвав к своему риньяру, ты не избавишься от страхов. Я пробовал в течение нескольких лет, и каждая неудача селила еще больший страх. Особенно страх снова вернуться домой без крыльев.
Ее бросило в пот при мысли о том, что совершил Алин. То, что, возможно, придется повторить и ей.
– Но разве на вершине скалы мне не будет страшнее всего?
– Будет, – просто ответил он. – Но как только сделаешь последний шаг, страх покинет тебя.
– Сомневаюсь, – хмуро пробормотала Делла. – Алин, пожалуйста…
Он запустил пальцы в темно-каштановые волосы с бордовым отливом и как-то странно осмотрелся по сторонам.
– Это не очень хорошая идея.
– Почему?
Алин не стал отвечать. Он молчал и искоса смотрел на нее, явно замечая и отчаяние, и страх, и мольбу, мелькавшие у нее на лице. Запрокинув голову, он смиренно вздохнул:
– Так и быть. Дай мне пять минут, чтобы привести себя в порядок.
– Я подожду за дверью. – Несмотря на то что Делла пыталась сохранять спокойствие, паника уже начинала подступать к горлу и подкидывать жуткие картинки.
Только она открыла дверь и шагнула вперед, как споткнулась на месте, едва не врезавшись в Кэла, который шел по коридору, держа в руках графин с вином. Он осмотрел ее, а затем перевел внимание на Алина, который торопливо застегивал брюки. На его лице, как и всегда, не появилось никаких эмоций или привычной усмешки – осталась лишь маска ледяного спокойствия. Еще раз бросив взгляд на друга, Кэл двинулся дальше по коридору, пока не скрылся за дверью королевских покоев.