Мира Рай – Бывший: Нет прощения (страница 8)

Она отпустила меня и сделала шаг назад, тяжело дыша. Её гнев иссяк, сменившись горькой, усталой убеждённостью.

– Вот видишь? – она ткнула пальцем в сторону телефона, хотя сообщение уже давно закончилось. – Наше горе – это не конец света. И твоё, и моё, и Ирино. Иногда это просто лакмусовая бумажка. Которая помогает выявлять мудаков. Всех этих лживых, самовлюблённых, слабых дураков, которые носятся по свету и калечат жизни.

Она замолчала, давая мне время переварить её слова. Я стояла, прислонившись к холодной стене какого-то здания, и смотрела на неё. Мои слёзы высохли. Внутри всё ещё было больно, дико и обидно. Но теперь к этой боли добавилось что-то ещё. Что-то тяжёлое и горькое, но твёрдое. Как камень.

Я думала о том плачущем голосе в телефоне. О жене того человека. О её трёх детях. О Ире, которую он тоже чуть не обманул. И о себе. О Максиме. О его новой, блестящей жизни, которая, возможно, тоже была всего лишь красивой обёрткой для такой же лжи.

Света наблюдала за мной, и её взгляд постепенно смягчался. Она подошла ближе и неожиданно обняла меня. Крепко, по-дружески, не обращая внимания на то, что я вся в слезах и тушь вот-вот испачкает её блестящий топ.

– Всё, – прошептала она мне на ухо. – Хватит. Выплакалась. Посмотрела в глаза чужому горю. Теперь делай выводы и двигайся дальше. Они не стоят наших слёз. Ни один из них.

Я кивнула, уткнувшись лицом в её плечо. Я не могла говорить. Но впервые за этот вечер, за эту неделю, за все эти недели, я почувствовала не просто боль и обиду. Я почувствовала… злость. Не истеричную, не разрушительную, а холодную, спокойную и очень решительную.

Они не стоили наших слёз. Ни один из них.

Света словно прочитала мои мысли. Она отстранилась, посмотрела на меня своими острыми, всё ещё яростными глазами, и на её губах появилась та самая, знакомая ухмылка. Но на этот раз в ней было не безумие, а мрачное удовлетворение.

– Вот видишь? – повторила она ещё раз, уже тише. – Иногда наше горе – это не конец света. Иногда это просто лакмусовая бумажка для идиотов. И мы, как никто другой, теперь умеем этот лакмус читать.

Глава 5

Утро после клуба началось с того, что проснулась с ощущением, будто меня переехал грузовик. Голова раскалывалась не столько от пары коктейлей, сколько от пережитого унижения и ярости. Лежала с закрытыми глазами, и в памяти снова и снова прокручивался тот момент: холодный взгляд Максима, наглая улыбка его новой пассии, её шепот ему на ухо.

Света была права. Наше горе было лакмусовой бумажкой. И я решила, что с меня хватит быть реактивом. Пора действовать. Проявлять инициативу.

Резко села на кровати. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь щели в шторах, резал глаза. Я зажмурилась, потянулась к телефону на тумбочке и с упрямой решимостью открыла то самое приложение. Не чтобы листать анкеты в тоске, а с конкретной, чёткой целью.

Через час на моей кухне снова собрался весь наш несчастный, но боевой состав. Ира, всё ещё похожая на испуганного мышонка, закутанная в мой халат, и Света – в своих фирменных спортивных штанах и с двумя чашками крепчайшего кофе в руках.

– Ну, и с какой же блестящей идеей ты нас подняла в такую рань? – проворчала Света, протягивая одну чашку мне. – Если опять про тот клуб, я тебя сама придушу. Мой похмельный мозг с трудом выносит воспоминания о вчерашнем позоре.

– Ничего подобного, – заявила я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо и решительно. Я взяла с кухонного стола блокнот и ручку. – Я поняла. Мы подходим к этому делу неправильно. Слишком эмоционально. Надо системно.

– Системно? – Света приподняла бровь. – Ты хочешь составить бизнес-план по поимке мужчины? С анализом рынка и прогнозом окупаемости?

– Именно! – я хлопнула ладонью по блокноту. – Мы составляем ТЗ. Техническое задание на идеального мужчину. Чёткий список требований. Как при приёме на работу. Чтобы сразу отсеивать неподходящих кандидатов. Никаких больше бухгалтеров с больными котами и нарциссов с любовницами!

Ира с интересом приподнялась на стуле. Света скептически хмыкнула, но в её глазах мелькнуло любопытство.

– Ну-ну, – протянула она. – Зажигай. Слушаю твои хотелки.

Я глубоко вздохнула и начала выводить на бумаге заголовок с таким видом, будто подписываю важный указ.

«Идеальный мужчина. Список обязательных критериев».

– Пункт первый, – объявила я. – Рост. Не ниже 180. Чтобы я могла носить каблуки и не чувствовать себя гномом.

– Одобряю, – кивнула Света. – Дальше.

– Пункт второй: стабильный доход и финансовая грамотность. Никаких «зарплату задерживают» и «одолжи до пятницы». Я не благотворительный фонд.

– Ты ему не фонд, а актив, – поправила Света. – Но в целом верно. Чётко.

– Пункт третий: никаких бывших жён и детей. Я не готова разбирать за кем-то детские игрушки и выслушивать истории про его не сложившуюся личную жизнь. Нужен мужчина без багажа. Совсем.

Тут Света фыркнула.

– То есть ты хочешь найти мужчину за сорок, у которого никогда не было серьёзных отношений? Поздравляю, ты только что описала либо законченного социопата, либо человека с огромным количеством скелетов в шкафу.

– Ну… может, он всё время посвящал карьере? – робко вставила Ира.

– Или он просто жуткий зануда, которого никто не мог вытерпеть дольше трёх месяцев, – парировала Света. – Ладно, ладно, пиши. Дальше что?

– Пункт четвёртый: интеллект. Чтобы было о чём поговорить, кроме погоды и футбола. Любовь к искусству, к путешествиям, к чему-то развивающемуся.

Я выводила каждую букву с особым усердием, чувствуя, как внутри растёт странное, почти детское упрямство. Этот список был моим щитом. Моим заявлением миру – и самой себе – что я знаю себе цену и не соглашусь ни на что меньшее.

– Пункт пятый: чувство юмора. Без сарказма и язвы. А то… – я бросила взгляд на Свету, – а то я уже сыта по горло.

– Ой, извини, что не оправдала твои ожидания, принцесса, – язвительно ответила она, но беззлобно.

– И… и чтобы любил животных, – тихо добавила Ира. – Но чтобы не просил потом денег на их лечение.

– Записываем, – я внесла и этот пункт.

В итоге получился целый список. Аккуратный, пронумерованный, с подпунктами. Я перечитала его вслух, и в кухне повисла короткая пауза.

Света смотрела на этот список с таким выражением лица, будто я принесла ей на подпись договор о продаже воздуха.

– Ну что ж, – наконец произнесла она, медленно и с расстановкой. – Поздравляю. Ты только что составила портрет идеального мужчины, который не существует в природе. Ты ищешь не мужа, дорогая моя. Ты ищешь сборную солянку из Брэда Питта в молодости, Илона Маска с его капиталом, Стивена Хокинга с интеллектом и какого-нибудь монаха-отшельника с чистой кармой. Ты понимаешь, что вероятность найти такое чудо природы стремится к нулю?

– Я не ищу чудо! – возразила я, чувствуя, как моя решимость пошатывается под её напором. – Я просто хочу… хочу быть уверенной. Хочу фильтровать. Чтобы меня не обманули снова.

– А кто тебя обманывал? – Света пристально посмотрела на меня. – Твой список? Нет. Тебя обманул конкретный мудак по имени Максим. И нет никакой гарантии, что мужчина, который подходит под все твои пункты, не окажется точно таким же подонком. Он просто будет лучше маскироваться.

Её слова были как ушат ледяной воды. Но я уже слишком далеко зашла, чтобы отступать.

– Это лучше, чем ничего! – упрямо сказала я. – Лучше, чем тыкать пальцем в небо и надеяться на удачу!

– Удачи? – Света рассмеялась. – Да мы с тобой в одной лодке без весел и против течения. Ладно, чёрт с тобой. Хочешь искать своего франкенштейна – ищи. Только не удивляйся, если он окажется с болтами в шее.

Она отпила свой кофе и поставила чашку со стуком. Ира смотрела на нас обеих с лёгкой паникой, словно ожидая, что мы сейчас сцепимся в драке.

Я взяла телефон, всё ещё тлея от обиды на слова Светы. Она была циничной, чёрствой, невыносимой! Но где-то в глубине души я понимала, что она права. Мой список был утопией. Побегом от реальности. Но сейчас мне нужна была именно эта утопия. Хотя бы как точка опоры.

Я открыла приложение, твёрдо намеренная просто листать ленту, сверяясь со своим списком, как со шпаргалкой. Просто чтобы доказать Свете, что я могу быть прагматичной. Хотя бы в этом.

И в этот самый момент экран телефона вспыхнул мягким светом, и в верхней части экрана появилось уведомление: «Вас кто-то лайкнул! ».

Сердце ёкнуло. Глупо, по-девичьи. Первый же лайк после нашего вчерашнего провала и моего утреннего манифеста.

– Ой, тебе написали? – оживилась Ира, пытаясь заглянуть мне через плечо.

– Написали, – буркнула Света, не глядя на нас и собирая свои вещи. – Наверное, ещё один любитель котов и задержанных зарплат. Я пойду, поберегу свою психику. Удачи вам с вашими экспериментами.

Но я уже не слушала её. Я ткнула пальцем в уведомление, и приложение открылось на странице того, кто меня лайкнул.

И я замерла.

Анкету открывал строгий, но качественный портрет. Мужчина. Лет сорока. Тёмные волосы с проседью, аккуратно уложенные. Уверенный взгляд тёмных глаз, прямой нос, твёрдый подбородок. Улыбки не было, но в уголках глаз залегли лучики морщинок – словно он часто улыбался, просто не на фото. Он был в тёмном джемпере, на фоне стены с книжными полками. Смотрел прямо в камеру. Спокойно. Уверенно.