Мира Рай – Бывший: Нет прощения (страница 3)

– Не приползёт, – перебила её тихий голос Иры.

Мы обе повернулись к ней. Она редко перебивала, предпочитая отмалчиваться.

– Что? – не поняла Света.

– Костя не приползёт, – повторила Ира, и её голос вдруг стал твёрже. Она медленно подняла на нас глаза, полные такой неизбывной боли, что мне стало не по себе. – Он… он не с коллегой ушёл. Он ушёл к… к Лере.

В воздухе повисло ошеломлённое молчание. Света даже привстала.

– К какой Лере? – спросила она, хотя по её лицу было видно, что она уже всё поняла.

– К моей сестре, – выдохнула Ира, и слёзы наконец покатились по её щекам. – К моей младшей сестре. Ей двадцать три. Она… она всегда им восхищалась. Говорила, что хочет такого же мужа. Вот и… заполучила.

Это было уже за гранью. Даже для Светы, повидавшей всякое. Она несколько секунд молчала, разинув рот, а потом беззвучно выругалась.

– Твою… То есть он… а она… – она не могла подобрать слов. – Твоя родная сестра? Серьёзно? Это же какое-то… инцестуозное извращение! Да как они посмели?!

Она вскочила и начала метаться по комнате, как тигр в клетке.

– Так, всё, я передумываю. Мы их не убиваем. Мы их кастрируем. Медленно и болезненно. Всех троих! И этого твоего Максима, и её Костю, и моего Андрея! А этим… этим… – она ткнула пальцем в сторону невидимой Леры, – мы… мы волосы пообрезаем! Или нет… испортим всю косметику! Дорогую!

Её ярость была такой гиперболизированной, такой театральной, что это вдруг показалось невероятно смешным. Сначала я тихо фыркнула. Потом Ира, всхлипывая, тоже выдавила из себя что-то похожее на смешок. А через секунду мы уже все трое хохотали. Это был нездоровый, истеричный, горький смех, смех на грани срывов и слёз, но он был.

– Представляю картину, – давясь от смеха, произнесла Света, останавливаясь передо мной. – Три фурии в балаклавах врываются в бар, вооружённые бритвами и кухонными ножами. «Всем лежать! Сейчас будем калечить бывших мужей!» Охранники, наверное, обос…тся.

– А мы будем кричать: «Это во имя всех обманутых женщин!» – добавила я, и слеза покатилась по моей щеке, но я уже не понимала, от смеха она или от горя.

– А я… а я буду стоять на шухере! – всхлипнула Ира, и от этого всё стало ещё смешнее.

Мы смеялись до слёз, до боли в животе, до хрипоты. Это был смех-освобождение, смех-защита. Когда истерика наконец пошла на убыль, мы сидели, обмякнув, и просто смотрели друг на друга. В воздухе висела горькая ирония всего происходящего. Три женщины. Три истории предательства, каждая гаже другой. Собрались вместе, как на подбор.

Света первой пришла в себя. Она тяжко вздохнула, прошлась до кухни и вернулась с бутылкой красного вина и тремя бокалами. Без лишних слов она налила всем по полной.

– Ну что ж, – произнесла она, поднимая свой бокал. Её взгляд был серьёзным, почти торжественным. – Факты налицо. Мужчины – существа подлые, лживые и неблагодарные. Мы – наивные дуры, которые ведутся на их сказки. Но. – Она сделала паузу, обводя нас тяжёлым взглядом. – Сидеть и лить слёзы мы больше не будем. Это бесполезно. Надо действовать.

– Как? – со вздохом спросила я, отпивая глоток вина. Оно было терпким и горьковатым, прямо как наше текущее мироощущение.

– А вот как, – Света поставила бокал и приняла свой коронный вид полководца, готового отдать приказ. – Я предлагаю официально создать на базе нашего несчастного трио организацию. Назовём её… ну, скажем, «Клуб одиноких сердец».

Ира скептически хмыкнула.

– Звучит как-то уж очень жалко.

– Не перебивай! – отрезала Света. – Так вот. У клуба будет устав. Всего одно простое правило. – Она снова посмотрела на нас, и в её глазах загорелся знакомый огонёк азарта. – Двигаться вперёд. Любой ценой. Хоть ползком, хоть на четвереньках, но только вперёд. Забыть этих тварей, вычеркнуть, стереть в порошок. И найти себе новых мужчин. Моложе. Красивее. Богаче. Или просто других. Но найти. Жить дальше. И быть счастливыми. Назло им всем.

Она закончила свою речь и выпила всё вино в бокале одним махом. Мы с Ирой молча смотрели на неё. Её слова висели в воздухе, такие громкие, такие безапелляционные. Двигаться вперёд. Любой ценой. Звучало как приказ. Как единственно возможный выход.

И я вдруг поняла, что она права. Что сидеть и горевать – это путь в никуда. Что нужно что-то делать. Пусть даже это будет больно, унизительно и страшно. Но двигаться.

Я медленно подняла свой бокал. Потом его подняла Ира, всё ещё смотря на Свету с недоверием, но уже с проблеском надежды в глазах.

– Любой ценой, – тихо повторила я.

– Любой ценой, – кивнула Света, и её губы тронула улыбка. Не весёлая, нет. Решительная. Почти злая. – Ну что, девочки? Готовы к войне?

***

Света не шутила. На следующее же утро я получила от неё сообщение, состоящее из одного слова: «Сбор!» и адреса её квартиры. Я поплелась туда, чувствуя себя выжатым лимоном. Всю ночь мне снился Максим. Не тот, который предал, а тот, каким он был раньше. Тот, что смеялся над моими шутками, тайком покупал моё любимое мороженое и носил меня на руках, если я уставала. Просыпалась я с щемящей болью в груди и слезами на глазах. О каком «движении вперёд» могла идти речь, когда прошлое цепкими когтями впивалось в тебя и не хотело отпускать?

Света открыла дверь в своей фирменной спортивной форме, с влажными от пота волосами. Видимо, только закончила утреннюю тренировку. На лице – выражение непоколебимой решимости.

– Опоздала на семь минут, – заявила она вместо приветствия. – На первый раз прощается. Впредь – штраф. Ира уже тут.

Я прошла в гостиную. Ира сидела на огромном диване, подобрав под себя ноги и укутавшись в огромный плед, хотя в квартире было тепло. В руках она сжимала кружку с чаем, а на лице читалась лёгкая паника. На низком стеклянном столе перед диваном красовалась… салфетка. Бумажная, с розовым краем, из тех, что Света покупала «для красоты». На ней были начертаны какие-то строки.

– Ну, раз все в сборе, начинаем первое официальное заседание нашего клуба, – объявила Света, расхаживая перед нами как лектор перед аудиторией. – Пункт первый – устав. Я его сформулировала, исходя из нашего печального опыта. Читаем, усваиваем, принимаем без возражений.

Она ткнула пальцем в салфетку. Я и Ира наклонились, чтобы разобрать её корявый, энергичный почерк.

«УСТАВ КЛУБА ОДИНОКИХ СЕРДЕЦ.

1. Никакого преследования бывших в соцсетях после 22:00. Утро вечера мудренее, а пьяный личный позор в комментариях – навсегда.

2. Обязательный еженедельный отчёт о свиданиях. Хотя бы об одном. Даже если это свидание с курьером из суши-бара.

3. Мужчины – не цель, а развлечение. Средство для повышения самооценки и получения приятных эмоций. Запомнить как «Отче наш».

4. Никаких оправданий и нытья. Поймали на слабости – штрафная рюмка текилы или поход в спортзал (на усмотрение правления).

5. Подруги – всегда на первом месте. Мужики приходят и уходят, а мы – навсегда.»

Я дочитала и подняла на Свету взгляд, полный немого вопроса.

– Ты это серьёзно? – наконец выдавила я.

– Абсолютно, – парировала она. – Это основы выживания в дикой природе под названием «свободные отношения». Особенно тебе, Алиска, нужно уяснить пункт первый. А то я видела твой поиск вчера вечером. В два часа ночи. Его страница, страница этой Юльки, страница её подруги… Ты кого искала, Шерлока Холмса?

Я покраснела. Она попала в точку. Ночная жажда «правды» была моим главным наркотиком и главным мучением.

– А это? – Ира тронула пальцем третий пункт. – «Не цель, а развлечение»? Я… я не уверена, что смогу так.

– Сможешь, – Света села рядом с ней и обняла за плечи. – Мы все сможем. Мы просто забыли, как это – быть не чьей-то женой или несчастной любовницей, а просто женщинами. Нам нужно вспомнить вкус к жизни. К флирту. К лёгкости. Без обязательств и планов на двадцать лет вперёд.

Она говорила красиво, почти поэтично. Но мне от её слов становилось только страшнее. Легкость? Когда внутри камень? Флирт? Когда единственный мужчина, которого ты хочешь видеть, предал тебя?

– Я не готова, – тихо, но твёрдо сказала я. – Свет, спасибо, но нет. Я не буду ни с кем знакомиться. Не сейчас.

Света вздохнула с видом терпеливого учителя, который слышит это не в первый раз.

– А кто сказал, что ты готова? Никто не готов. Так же, как никто не готов к тому, чтобы тебе на ногу упал кирпич. Но если упал – ты же не останешься сидеть под завалом? Ты будешь выползать. Так и тут. Мы будем выползать. С помощью вот этого.

Она с торжествующим видом достала из-за спины свой планшет, щёлкнула по экрану и положила его перед нами. На ярком, красочном экране сияло знакомое лого "приложения для знакомств". Того самого, что постоянно мелькало в рекламе.

У меня внутри всё сжалось в комок.

– Нет, – сказала я уже громче. – Нет, нет и ещё раз нет. Я не буду там выставлять свои фото, как лоток на рынке! Это унизительно!

– А кто сказал про фото? – Света язвительно улыбнулась. – Пока – только регистрация. Посмотреть, пощупать, понять контингент. Я уже всё сделала. Зарегистрировала нас троих. Премиум-аккаунт, между прочим. Без рекламы и с расширенным поиском.

Ира ахнула. Я вскочила с дивана.

– Ты что, с ума сошла?! Без моего разрешения? Это же мои данные!

– Твои? – Света подняла бровь. – Я использовала твою запасную почту, которую ты мне когда-то давала для доставки цветов. Имя – «Алиса». Фото… – она сделала паузу, – фото я пока не ставила. Расслабься. Но анкета есть. И для Иры тоже. Так что садись-ка обратно.