Мира Печер – Лебедь. Голос степи (страница 1)
Мира Печер
Лебедь. Голос степи
Глава 1. Станичная гордость и университетский прайд
Станица встретила Аделину привычным запахом полыни и сухой летней пыли. Здесь время текло медленно, по солнцу и петушиному крику, а главной новостью дня всегда был чей-то урожай или свадьба. Но для Аделины этот мир остался за спиной, запертым в стареньком доме с резными наличниками. Впереди ждала Москва — холодный, равнодушный мегаполис, куда она прорвалась вопреки всему.
Поступление далось ей кровью и потом. Она не спала ночами, зубря даты и правила, пока её одноклассницы гуляли. Результат превзошёл все ожидания: проходной балл на филологический факультет лучшего вуза страны. Почти. Ей не хватило двух жалких баллов до очного отделения. Всего два пункта отделяли её от студенческой жизни мечты. Когда приёмная комиссия озвучила альтернативу — платное место со скидкой за пятьдесят тысяч рублей — Аделина лишь молча кивнула и вышла. Таких денег у них с мамой, работающей фельдшером, не было даже близко. Оставался только один путь — заочное отделение. И она была благодарна судьбе хотя бы за это.
Аделина была милой и скромной. Слишком наивной и доверчивой для этого огромного города. В своей станице она знала каждого, и каждый знал её. Здесь же, в университете, иерархия оказалась совершенно иной. Жесткая, беспощадная, выстроенная не по знаниям, а по толщине кошелька родителей и яркости лейблов на одежде. Это был другой мир, где правили «львы».
Ванильные блондинки в розовом, статные девушки в дорогих вещах из последних коллекций — они скользили по коридорам так, словно пол под их ногами был выстлан красной ковровой дорожкой. На их фоне Аделина казалась простушкой. Её единственное приличное платье выглядело блеклым рядом с сиянием дизайнерских нарядов, а дешёвая сумка из кожзама вызывала снисходительные усмешки.
Единственным якорем в этом чужом море была Настя. Подруга детства, такая же провинциалка, решившая штурмовать столицу вместе с ней. Они держались друг друга, как две щепки в бурном потоке.
К обеду первого учебного дня желудок предательски сжался от голода. Цены в университетском буфете повергли девочек в шок.
— Ты глянь! Булочка с корицей — сто двадцать рублей! — прошептала Настя, округлив глаза. — У меня стипендии не хватит даже на чай!
Они взяли по стакану самого дешёвого чая и встали в сторонке, провожая голодными взглядами тех, кто мог позволить себе полноценный обед.
Именно в этот момент к ним подошёл Он.
Глеб. Старшекурсник с юридического факультета. Красивый парень, каких показывают в кино, но здесь он был абсолютно реален. Высокий, широкоплечий брюнет с карими глазами, которые, казалось, видели тебя насквозь. Его руки были накаченными и сильными, а голос — низким, мужским и волевым.
Он без лишних слов положил на прилавок несколько купюр и кивнул буфетчице:
— Пируйте, дамы. Две булочки с корицей и что-нибудь ещё на ваш вкус.
Деле стало невыносимо неудобно. Щёки вспыхнули алым румянцем. Она мотнула головой, отказываясь.
— Спасибо, не нужно... Мы просто чаю...
Но Глеб уже протягивал тарелку с выпечкой.
— Бери-бери. Не заставляй дядю ждать.
И тут случилось самое страшное. От стыда и смущения живот Аделины издал громкое, протяжное урчание. Звук разнёсся по полупустому залу, заглушив музыку из динамиков. Девушка готова была провалиться сквозь землю. Глеб тихо рассмеялся, его улыбка стала широкой и какой-то кошачьей. Он легонько щёлкнул её по носу кончиком пальца.
— Не стесняйся, малыш. Дядя угощает.
...
Глава 2. Дядя угощает
Аделина влетела в аудиторию за минуту до звонка, красная и растрёпанная. Настя уже заняла им место у окна и теперь с тревогой смотрела на подругу.
— Деля! Что случилось? Ты как будто призрака увидела!
Аделина рухнула на стул, прижимая к груди свой блокнот так, словно это была самая большая драгоценность в мире.
— Я... я столкнулась с Глебом, — выдохнула она, пытаясь восстановить дыхание.
— С тем красавчиком из буфета? — глаза Насти загорелись любопытством. — И что? Он тебя снова угостил?
— Хуже, — прошептала Аделина, оглядываясь по сторонам, хотя вокруг стоял обычный утренний гул. — Я упала. Прямо у входа. Все мои вещи разлетелись... а он... он поднял мой блокнот.
Настя ахнула:
— Тот самый? Со стихами?!
Аделина лишь горестно кивнула и уткнулась лбом в холодную поверхность парты.
— Там было про осень в станице... и про то, как пахнет мамины пироги. Это личное, Насть! Как мне теперь ему в глаза смотреть? Он сказал: «Я почитаю»! Представляешь? Наглый какой!
В этот момент дверь аудитории распахнулась, впуская преподавателя, и разговор пришлось прервать. Лекция по истории русской литературы пролетела для Аделины как в тумане. Она механически записывала конспект, но перед глазами стояла самодовольная улыбка Глеба и его сильные руки, держащие её исписанный блокнот.
К третьей паре они спустились в столовую, надеясь, что там будет меньше народу и шансов встретить кого-то из старшекурсников. Они взяли пресные котлеты с пюре — единственное горячее блюдо, которое укладывалось в их скудный бюджет, — и сели в самом дальнем углу.
Не успели они приступить к еде, как над их столиком выросла тень. Аделина подняла голову и встретилась взглядом всё с теми же карими глазами. Глеб нависал над ними, засунув руки в карманы джинсов. Рядом с ним маячила та самая Юля, окинувшая девочек оценивающим взглядом от макушки до дешёвых ботинок.
— Привет, филологини, — голос Глеба был ленивым, но в нём слышались стальные нотки. — Ну что, прочитал я твою лирику, малыш.
Он положил её блокнот прямо на поднос Аделины, чуть не опрокинув стакан с компотом. Девушка вздрогнула и инстинктивно прижала тетрадь к себе.
— Вернул, как обещал. Не благодари.
— Мог бы просто передать через кого-нибудь, — тихо проговорила Аделина, не поднимая глаз. Ей казалось, что все в столовой смотрят только на них.
— Скучно, — отрезал Глеб, присаживаясь на корточки рядом с её стулом, чтобы их лица оказались на одном уровне. Теперь он смотрел на неё сверху вниз, и от этого взгляда хотелось спрятаться под стол. — Знаешь, что скучно? Твоя еда. Котлета сдохла ещё вчера, а пюре явно видели лучшие времена при Брежневе.
Юля фыркнула, прикрыв рот ладонью.
— Мы не голодны, — пискнула Настя, вступаясь за подругу.
Глеб проигнорировал её слова. Его взгляд был прикован к побледневшей Аделине.
— Вставай, — приказал он.
— Зачем? — испугалась она.
— Будем исправлять ситуацию. Или ты хочешь заработать гастрит на первой неделе учёбы? Вставай, говорю. Это не просьба.
Сопротивляться этому властному тону было невозможно. Аделина неловко выбралась из-за стола, сжимая в одной руке сумку, а в другой — спасённый блокнот. Глеб выпрямился во весь рост и одним движением забрал у неё сумку.
— Пошли. Тут недалеко есть нормальная шаурмичная. За углом.
— Но у нас нет денег... — начала было Аделина.
— Малыш, я же сказал: дядя угощает. Забей на эти формальности. Мне просто скучно обедать одному, пока моя спутница решает важные вопросы по телефону, — он бросил короткий взгляд на Юлю, которая действительно уткнулась в экран смартфона.
...
Глава 3. Сделка с Чеширским котом
Они ели горячую шаурму, стоя прямо на улице. Аделина никогда не пробовала ничего вкуснее. Глеб молчал, давая ей возможность утолить первый голод, и лишь изредка поглядывал на неё с едва заметной усмешкой.
— Ты так и будешь стоять над душой? — спросила она наконец, вытирая губы салфеткой. От сытости и тепла её начало клонить в сон, но напряжение никуда не делось.
— Я не стою, я контролирую процесс, — парировал он, откусывая от своей порции. — Чтобы ты всё доела. И запомни: если кто-то будет докапываться или смотреть косо — скажешь мне. Мои пары начинаются после обеда, я обычно в корпусе «Б».
— С чего бы тебе меня защищать? — Аделина прищурилась, отставив пустую коробку. В ней проснулась природная осторожность станичной девчонки. — Мы даже не знакомы толком. Ты... странный.
Глеб перестал жевать. Его улыбка стала хищной, а взгляд тяжёлым.
— Я не странный, малыш. Я просто вижу потенциал. Твоя наивность здесь стоит денег. Или здоровья. Сегодня ты упала, завтра тебя толкнут так, что ты сломаешь руку об угол скамейки. Это называется естественный отбор. А я предлагаю тебе протекцию. Бесплатно. Пока что.
Он протянул ей руку для рукопожатия, как делают серьёзные люди при заключении сделки.
— Договорились?
Аделина посмотрела на его большую ладонь, потом ему в глаза. Там плясали опасные искры. Она понимала, что это сделка с дьяволом, но выбора особо не было. Плечами она пожимать умела, а вот драться за место под солнцем — нет. Девушка осторожно вложила свою маленькую руку в его.
— Договорились.
⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯
Следующая пара — практическая грамматика — превратилась в пытку. Преподавательница, дама строгих правил, вызвала Аделину к доске разбирать сложноподчинённое предложение. Руки дрожали, мел крошился в пальцах, и девушка путалась в терминах, которые вчера знала назубок.
— Садитесь, Лебедева, — холодно сказала профессор, когда Аделина окончательно запуталась в запятых. — Два балла. Вы же понимаете, что филолог обязан владеть родным языком безупречно?