Мира Мунк – Анхела (страница 2)

Тогда я смогу уйти. А до тех пор… До тех пор придется терпеть. Терпеть взгляды Эшли, полные презрения. Терпеть то, что я здесь – незваная, чужая, словно пятно на безупречной картине их жизни.

Маркус тяжело вздыхает и проводит рукой по своим каштановым волосам, в которых у висков уже пробивается седина: тонкие серебряные нити, выдающие его возраст. Его пальцы – я замечаю, как они слегка дрожат – прижимаются к виску, прежде чем рука опускается вдоль тела.

– Анхела… – его голос звучит устало. – Я должен был сказать тебе раньше. Я… сделал ДНК-тест. Тайно.

Я резко поднимаю на него глаза. Он смотрит на меня виновато, будто ждет, что я закричу на него. Но я просто сжимаю зубы.

– Я не мог просто… поверить на слово. Ты понимаешь? – он разводит руками. – Но теперь я точно знаю. Ты моя дочь! И у тебя есть все права здесь находиться.

Его слова должны были утешить. Но они лишь оставляют во рту горький привкус.

Он сомневался. Сомневался в маме. В ее честности. В моем существовании.

– Поднимайся наверх, – он указывает на лестницу, избегая моего взгляда. – Третья дверь слева… твоя комната.

Я киваю, слишком уставшая, чтобы что-то отвечать. Поворачиваюсь к лестнице, и тут он добавляет:

– Эшли… ей просто нужно время.

Это звучит так неубедительно, что мне хочется рассмеяться.

Время… Будто время может стереть ее ненависть ко мне…

– И еще… – он вдруг смягчает голос, – Роуз и Тайлер скоро вернутся из университета. Они очень хотят с тобой познакомиться.

Я замираю. Дети. Его дети. Те, кто вырос здесь, в этом доме, с отцом, которого у меня не было.

– Хорошо, – отвечаю автоматически. Но внутри уже знаю правду. Никто здесь не ждал меня. Никто не хочет, чтобы я осталась.

А самое главное…

Я и сама не хочу.

Но мне некуда идти.

Так что я просто поворачиваюсь и медленно поднимаюсь по лестнице, чувствуя, как каждый шаг дается с трудом.

Третья дверь слева. Моя комната.

Моя.

Нет… Это ложь.

Ничто в этом доме не будет моим.

Даже если я останусь здесь навсегда.

Глава 2

Дверь открывается беззвучно.

Комната просторная и светлая, выполнена в серых тонах. В воздухе витает свежесть, и я замечаю, что дверь на балкон чуть приоткрыта. Легкий ветерок слегка колышет полупрозрачные шторы.

Я делаю шаг внутрь. Захлопываю дверь за спиной, уже почти закрыв ее, когда краем глаза замечаю движение.

Кто-то скрывался за дверью.

Сердце резко бьется в груди, кровь приливает к вискам. Я разворачиваюсь и замираю.

Парень.

Он прижимается к стене, будто пытаясь слиться с ней.

Мой взгляд сразу же останавливается на его лице. Разбитая губа. Рассеченная бровь. Капли крови, медленно стекающие по щеке. А еще глаза – темные, настороженные – прикованы ко мне.

Кто это? Грабитель? Может, местный псих? Или… Тайлер?

Я отступаю, резко тянусь к ручке, но он движется быстрее. Его пальцы впиваются в мое плечо, рывком прижимают к стене. Ремень сумки соскальзывает с плеча, и она падает на пол.

– Мм! – вырывается у меня полусдавленный звук, но его ладонь уже прижимается ко рту, глуша любой крик.

Он пахнет потом и кровью. Я дергаюсь, пытаюсь вырваться, но его хватка железная. В голове хаос: Кто он? Что ему нужно?

– Тише, – шепчет он хрипло. – Я не сделаю тебе больно.

Я замираю, позволяя себе лучше рассмотреть его.

Белая рубашка – вернее, то, что от нее осталось. Правая сторона пропитана кровью: темные пятна расползаются от ключицы к поясу, еще влажные. Левая сторона и вовсе оторвана, болтается лоскутом, обнажая пресс с проступающими мышцами и ссадины на ребрах – красные и воспаленные.

Я чувствую, как дрожь бежит по спине.

Его дыхание прерывистое, каждое движение явно дается через боль. Капли пота стекают по шее, смешиваясь с кровью из рассеченной брови.

Он выглядит…

Не как нападающий.

А как… жертва.

– Меня зовут Дилан, – хрипит он, и его пальцы наконец ослабевают. – Сосед… и одногруппник Роуз.

Его голос срывается, когда он добавляет:

– А ты… ты… как там тебя зовут… Анка… Анфа… – он морщит лоб, будто пытается вспомнить. – Ну, в общем, дочь Маркуса, да?

Я резко скидываю его руку со своего рта.

– Анхела! – выдыхаю я, чувствуя, как гнев подкатывает к горлу. – Меня зовут Анхела.

Поднимаю сумку с пола, намеренно задеваю его плечом, когда прохожу мимо.

– Здесь так принято? – сумка тяжело плюхается на кровать. – Соседям заходить через окно? – резко поворачиваюсь к нему, скрестив руки.

Дилан моргает. Его взгляд скользит к приоткрытой двери балкона, потом обратно ко мне.

– Ну… Это… – он начинает.

– Или это местный обычай – пугать новых жильцов? – голос дрожит, но не от страха, а от гнева. – Прятаться в их комнатах?

Он открывает рот, но тут раздается стук в дверь.

– Анхела? – голос Маркуса звучит с другой стороны. – Ты там?

Лицо Дилана становится бледным, глаза расширяются, и он резко качает головой, словно говоря: «Не открывай».

Я замираю.

Выдать его?

Или…

Дилан застыл, сложив ладони в немой мольбе.

– Анхела? – снова раздается голос Маркуса, и ручка двери слегка поворачивается.

Я делаю глубокий вдох.

– Да, я здесь, – громко отвечаю, удивляясь собственному спокойствию.