Мира Форст – Малиновый сок (страница 1)
Мира Форст
Малиновый сок
ГЛАВА 1. КСЕНИЯ
– И где же опять эта девчонка? – ношусь вокруг дома в поисках пятилетней племянницы.
Для своего возраста Лиза невероятно самостоятельна, а я, порой, сомневаюсь в своих силах, взяла на себя такую ответственность за маленького ребенка. С другой стороны, кто у Лизоньки еще есть, кроме меня? Бабушка, которая винит внучку в смерти своей старшей дочери? Только я и есть у нее – родная тетя. Но дочь Розы зовет меня мамой, потому что свою настоящую мать она никогда не видела.
– Лиза, ты здесь? – заглядываю в собачью будку. В прошлый раз я нашла девочку именно тут. Сейчас будка пуста, лишь забытая кукла валяется.
Откуда-то сбоку доносится бубнеж. Голоса детские. Оглядываюсь. Детей не вижу, но становится понятным направление. Соседний забор. Когда мы неделю назад заселились вдвоем в арендованный мною на все лето дом, коттедж справа пустовал. Выходит, сегодня и туда въехали.
Обхожу забор, калитка беспечно открыта. Впрочем, я тоже калитку закрываю только на ночь или, когда мы с Лизой уходим на море.
Этот дом более большой и добротный, чем тот, что в моем распоряжении. И сад более цветущий, как будто за ним даже ухаживает садовник, или кто-то из хозяев любит не просто возиться в земле, а высаживать посадки красиво, подчиняя некоей симметрии.
– Будем дружить, Вова? – различаю голос своей егозы.
– Да, будем дружить, – это уже мальчишка.
Они болтают у птичьего сарая. Птиц там нет, как нет и пса в нашей будке. Мальчик такой же светленький, как и Лиза. По виду ровесник. Это хорошо, девочке будет с кем играть, а то в округе все дети подобрались сильно старше или совсем младенцы.
Я какое-то время наблюдаю за ними и прихожу к выводу, что парнишка прошел мое одобрение на летнюю компанию для Лизаветы. Спокойный, не злой, обстоятельный. Во всяком случае, так кажется на первый взгляд.
– Привет! – слышу за спиной бархатный голос.
Оборачиваюсь. Обаятельный мужчина спортивного телосложения слегка за сорок. Сразу ясно, в кого маленький Вова блондин. Отец с сыном весьма похожи.
– Извините, вторглась на вашу территорию, – не видно, чтобы мужчина был недоволен, но все же лучше не начинать знакомство с бесцеремонности. – Дочку потеряла, – никогда не зову вслух Лизу племянницей, потому что она мне, как самая настоящая дочь, потому что растила я ее с самых пеленок. – Услышала голоса. А она тут. Вероятно, с вашим сыном.
– Точно. Вовка мой сын, – подтверждает сосед. – Уезжал за ним в Псков. Там моя бывшая жена живет. Я Вовчика на лето сюда привез. Кстати, меня Данила зовут, – первым представился он.
– Ксеня, – как всякая незамужняя девушка мысленно оценивала мужчину с точки зрения потенциального кавалера. Сосед на данную роль не слишком подходил. Разница в возрасте между нами значительная. Лет пятнадцать, наверное.
– Надолго приехали? – поинтересовался Данила.
– До конца августа.
– Отлично, – обрадовался он. – Вовчику будет с кем тусить. Смотрю, он с твоей девочкой поладил.
– Да. Я тоже заметила. А вы здесь постоянно живете?
– Угу, – кивнул Данила. – Пять лет назад на постоянку поселился. И вот что, Ксень, тут все по-простому общаются, без официоза. Лады?
– Лады, – улыбнулась ему.
– Ну, раз мы подружились, могу кое о чем попросить, соседка?
У мужчины было такое довольное выражение лица, словно он только что разрулил сложный вопрос.
– Попробуй, – кокетливо выдала я.
– Мне на дежурство надо в больницу. Я врач. Хирург детский. Думал, Вовчика с собой взять, но раз уж ты здесь… и дочка у тебя подходящего возраста. Приглядишь?
И до чего же привлекательный гад, – с неприязнью глядела теперь на соседа.
– В ответ готов выполнить любую просьбу, – поспешил доктор с бартером, вероятно, почувствовал перемену моего настроения. А я сообразила, какую плату могу взять за услугу.
– В детской больнице работаешь?
– Ага, – подтвердил Данила.
– Мне Лизу надо детскому ортопеду показать. Я ходила. Но у вас там запись на месяц вперед. Организуешь?
– Не вопрос, – легко согласился мужчина. – Сегодня же запишу твою дочь. Когда придешь на прием, скажешь в регистратуре, что от Данилы Сиротина, вас без проблем пропустят и посмотрят.
– Прекрасно, – теперь и я обрадовалась решению своего вопроса.
Данила Сиротин по-мужски поговорил со своим сыном, объяснив пятилетке, что вверяет его маме Лизы, пока он сам будет на дежурстве. Вова воспринял новость без истерики, чем окончательно завоевал мое расположение. Успокаивать чужого ребенка не то, чтобы не хотелось, у меня попросту не было на это времени. Все-таки я не совсем тут отдыхала. Моя работа позволяла работать удаленно. Но сами по себе тексты не переведутся и сдавать переводы требовалось в оговоренные сроки.
Сосед ушел, вернее, уехал на белом седане, а я позвала детей во двор нашего дома. Сама устроилась на крыльце с ноутбуком на диване-качелях с намерением поработать.
– Хелло, – прозвучало мелодично минут через сорок.
Оторвала взгляд от монитора. По брусчатой дорожке в мою сторону направлялась симпатичная блондинка. Моложе меня. Двадцать два, может, двадцать три ей.
– Привет, – поздоровалась осторожно, не проявляя излишнего энтузиазма. Мало ли…
– Я – Ираида, – остановилась девушка на крылечной ступеньке. – Подруга Данилы. Близкая подруга, – добавила она, отправляя мне тем самым посыл, что мой сосед пристроен в женские руки.
ГЛАВА 2. АРХИП
– Проснулся, Архип? – к сожалению, не удается мне смыться. Такое чувство, будто Машка караулила, когда я глаза продеру. Да, наверное, так и было. Караулила. Маша, конечно, не совсем случайная и посторонняя женщина, но надоела. Не хотел ведь больше с ней… Не хотел.
– Мне на работу пора, – натягиваю брюки, не с первого раза попадаю в штанину.
– Соколов, только шесть утра, – тянет она слова и принимает томную позу. – Останься, у тебя полно времени.
Свой призыв Машка дополняет спущенной лямкой с плеча. Шелковая маечка ползет вниз, демонстрируя зрителям приятные округлости.
– А у нас планерка ранняя, – вру нагло и застегиваю пуговицы на несвежей рубашке. От нее разит вчерашней вечеринкой.
– Прием ведет детский ортопед Соколов Архип Андреевич, – переворачивается Маня на живот и игриво смотрит на меня.
Не хочу. Нет. Больше не поддамся на ее уловки, – упрямо надеваю носки и обуваюсь.
– Архип, тебе своих детей пора, – уже не первый раз намекает она, видимо, предлагает свою кандидатуру. Потому еще и не хочу с ней больше, навязчивой стала, надежды на обручальное кольцо и задел бебика на ботоксном лице слишком красочно написаны.
– На работе сплошные дети, – отшучиваюсь я. – Дома хочется тишины, – подхватываю со спинки кресла пиджак и ретируюсь в сторону выхода.
– Тебе вот-вот тридцать пять исполнится, – сползает Маня с постели и шлепает босыми ступнями за мной.
Приказываю себе не смотреть на ее голые ноги. На ее идеальные ноги. На ее длинные ноги. Не смотреть. Я кремень. Мне надо домой. И сегодня же надо найти себе новую любовницу.
– Ну и что? – щелкаю дверным замком. – Я еще молод и не думаю о наследниках.
– Где будешь праздновать юбилей? – сменяет она тему. Умная. Видит, что не настроен говорить о продолжении рода.
– Юбилей буду праздновать в пятьдесят, – отшучиваюсь. – А в тридцать пять с друзьями в сауну подамся, – намекаю, что без нее.
Но Машка прикидывается дурочкой.
– Тогда скажешь потом, где и когда сбор, – хлопает подмазанными тушью ресницами.
Закрадывается подозрение, она встала в пять и придала своему виду свежести, чтоб я помятой ее не увидел. Похвально, конечно, когда женщина старается, следит за собой, хочет глаз мужика радовать. А я, может, как раз на сонную хочу смотреть, сонную, помятую и растрепанную.
Сказать ей прямо? Обрубить сейчас, чтоб иллюзий не строила? Пожалуй, так будет лучше, а то ведь еще и подарок купит, денег потратит. Пусть лучше себе на очередную подтяжку оставит.
– Маш…, – ерошу и без того лохматые волосы. Стричься пора. – На дне рождения будут только мои близкие друзья. Тебя не приглашаю. И вообще… Мы не вместе с тобой. Не веди себя так, словно мы парочка. Кажется, у нас уже был разговор на эту тему.
– Да, я помню, – полыхнуло яростью в карих глазах. Маня быстро спрятала ее за ванильным взором. – Просто я подумала…
– Не надо думать за меня, – обрываю ее. – Ничего не будет, если ты рассчитывала на нечто большее, чем просто секс. Вообще больше ничего не будет, – ставлю финальную точку.