Мира Айрон – Сказки и не только (страница 33)
— Нет, ничего, — покачал головой Александр Николаевич.
Глава вторая
На практическом занятии Марк устроился рядом с Никитой.
— Ну как, поговорил с Александром Николаевичем?
Марк времени даром не терял, сразу брал быка за рога, без хождения вокруг да около.
Никита молча кивнул, не отрывая взгляда от монитора.
— И что?
— Ничего, Марк, как я и ожидал, — негромко ответил Никита. — Не хочет дед жениться. Очень просил, чтобы ты не обнадёживал зря Людмилу Сергеевну. А ещё дед передаёт тебе большое спасибо за креативность, за заботу и за возможность почувствовать себя молодым.
— Ясно, — острые плечи Марка опустились, взгляд небольших карих глаз потух. — Жаль. А по поводу тёти Люды не переживайте: я не посвящал её в свои планы.
Никита и Марк занялись самостоятельной работой и так увлеклись, что не заметили, когда началась перемена.
— Привет, мальчики! — раздался над их головами звонкий голос, и парни едва не подпрыгнули на месте от неожиданности.
Рассмеявшись, Олеся Карпова, самая симпатичная девушка на потоке, обняла Никиту и Марка за плечи.
— Привет, — миролюбиво и вежливо отозвался Никита, но взгляд от монитора так и не отвёл.
Марк же вспыхнул и, кажется, потерял дар речи.
— А что это мы собрание вчера проигнорировали, а, мальчики? — Олеся продолжала, улыбаясь, обнимать молодых людей за плечи.
— Мы… — начал было мямлить Марк и умолк, смешавшись.
— Мы не собираемся на вечеринку, Олеся, — удивлённый Никита пришёл на выручку приятелю.
Вообще, Марка он не узнавал: всегда считал его донельзя болтливым и общительным, а не таким вот косноязычным смущённым молчуном.
— Говори за себя, а не за всех, Никита! — авторитетно заявила Олеся. — Может, Марк собирается пойти.
— Я…нет… Я…нет… Не собираюсь, — Марк родил, наконец, нечто, отдаленно напоминающее целую фразу. — Родственница приезжает, не до веселья пока.
— Жаль, — сникла Олеся. — А я надеялась тебя уговорить.
— Так-так, всё ясно, — многозначительно заметил Никита, когда перемена закончилась, и разочарованная Карпова ушла на своё рабочее место.
— Что ясно? — мечтательно спросил Марк.
Взгляд его почти ничего не выражал, был направлен внутрь.
— Ты вот моего деда женить хотел, а сам дальше носа своего не видишь и теряешь драгоценное время.
— Никита, где я, и где Олеся? — смущённо прошептал Марк. — Пощади.
— Ну уж нет. Я за вами теперь буду постоянно наблюдать, Кораблёв, понял?
— Понял, конечно. Только, прошу, наблюдай молча. Ладно, Никита?
— Договорились, — Никита значительно поднял тёмную бровь.
Александр Николаевич прогревал машину, когда во двор медленно заехал автомобиль такси. Машина остановилась, дверца открылась, и из салона вышла миниатюрная пожилая женщина в закрытой классической темной куртке и джинсах.
Светлые, почти белые волосы, подстриженные под каре, лежали в лёгком беспорядке. Несмотря на холодную погоду, женщина была без шапки, и даже капюшон не накинула. Черты лица достаточно тонкие, из макияжа — только нежно-розовый блеск на губах. Серо-голубые глаза остановились на лице Александра Николаевича, и их выражение начало стремительно меняться.
Опустив руку со щёткой, которой смахивал снег со стекла, Александр Николаевич, не отрываясь, смотрел на незнакомку. Хотя… Какая же она незнакомка?!
Помедлив, Александр Николаевич вновь повернулся к машине и продолжил стряхивать снег. Лишь спина выдавала его напряжение. Он слышал, как машина такси уехала, и надеялся, что призраки прошлого тоже рассеялись.
— Саша?
Надо же, голос почти не изменился, лишь стал немного ниже и… солиднее что ли. Исчезла юношеская мелодичность, появилась мелодичность зрелости.
— Здравствуй, Саша!
Александр Николаевич решил, что трагедию, равно как и комедию, далее разыгрывать не следует. Обернулся.
— Здравствуй, Люда. Не ожидал тебя здесь встретить.
— Признаться, и я очень удивлена.
Людмила знакомым жестом поправила волосы. Правда, раньше волосы были длинные. Намного длиннее, чем сейчас. Зато фигура всё такая же стройная, и взгляд молодой. Будто и не прошли эти сорок пять лет. Будто тот разговор, который они оба очень долго считали последним, произошёл вчера.
— Я-то живу здесь, в этом дворе, уже больше тридцати лет. А вот ты, как мне говорили, давно покинула столицу, уехала в Новосибирск.
— Да, мы жили в Новосибирске в течение тридцати пяти лет. Покойный муж делал карьеру, дорос до академика, долгое время возглавлял один из крупнейших НИИ. Полтора года назад Бориса не стало. Он завещал похоронить его там, в Новосибирске. После того, как прошёл год, я провела все соответствующие случаю мероприятия, заказала памятник, проследила за его установкой и начала собираться обратно сюда, на родину. Мы с младшим братом унаследовали квартиру родителей. Там живёт брат с семьёй, а мне он выплатил мою часть, плюс я продала квартиру в Новосибирске. Половину денег отправила сыну, а вторую половину вложила в покупку жилья здесь. Теперь у меня студия в новостройке. Здесь, неподалёку, в этом же микрорайоне.
— Надо же, — удивился Александр Николаевич. — Вот уж не думал, что мы когда-нибудь станем почти соседями.
— Да не почти, а точно соседями, ведь в этом дворе живёт моя кузина.
— А сын? Остался в Новосибирске?
— Нет, Саша давно живёт и работает в Финляндии. У него жена оттуда родом. Внучке, Алёне, скоро исполнится восемнадцать лет. Внуку, Арсению, двенадцать лет.
"Значит, сына Люды зовут Саша? Интересно, это случайно, или…?"
— А у тебя как дела, Саша? Как семья?
— Жены не стало два года назад, резко заболела и быстро угасла. Сыну сорок три года. Они с невесткой живут и работают на Севере. А внук, Никита, здесь, со мной. Ему двадцать лет, он студент, учится на аэрокрсмическом.
— Молодец. Практически по твоим стопам пошёл. Рада, что ты живёшь, в целом, неплохо. А вдовство… Такова жизнь. Мы должны принимать её такой, какая она есть.
— Спасибо, Люда. Да, на жизнь не жалуюсь. Стараюсь подходить ко всему философски. Надеюсь, и ты уже в норме после потери мужа?
— Всё у меня хорошо. Считаю, жизнь моя сложилась. Я справилась, и справилась без тебя.
— Ну это понятно, — тихо отозвался Александр Николаевич. — Знаю, что без меня.
— А твоя жизнь сложилась без меня. Но знаешь, Саша, я нисколько не жалею об этом! И теперь даже рада, что ты тогда, сорок пять лет назад, отказался от меня.
Лицо Александра Николаевича напряглось лишь на миг, а потом он улыбнулся.
— Вот и замечательно, Люда. Я рад, что у тебя всё сложилось хорошо. Кто знает, как было бы со мной? Я ведь далеко не академик, даже не профессор. Что уж там, обычный инженер, даже не главный.
— Ты, видимо, забыл, Саша, что я тоже инженер? — Людмила Сергеевна упёрла руки в боки и скептически измерила взглядом собеседника.
— Как я могу забыть, Люда? Мы ведь учились с тобой вместе. На память не жалуюсь, во всяком случае, пока. Склероза нет даже в зачаточном состоянии.
— Рада за тебя, — покивала Людмила Сергеевна. — Значит, всё помнишь?
— Всё помню.
— Молодец. А инженер, кстати, — одна из самых уважаемых профессий. Так что не надо мне тут…
— Хорошо, не буду больше, Люда, — быстро согласился Александр Николаевич и поспешил сменить тему. — А как твою сестру зовут? Ту, которая живёт в нашем дворе?
— Двоюродную сестру. А что?
— Ничего особенного, просто интересно. Я почти всех соседей знаю.