Милтон Фридман – Капитализм и свобода (страница 12)

Подобные рассуждения, которые я называю «эффектами соседства», используются для оправдания любого вмешательства государства в экономику. Однако во многих случаях оправдание носит характер особых просьб, а не законного применения концепции «эффектов соседства». «Эффекты соседства» играют двоякую роль – могут быть причиной как ограничения вмешательства государства, так и его расширения. Они затрудняют добровольный обмен товарами и услугами, потому что трудно выявить влияние этого эффекта на третьи стороны и количественно оценить его. Трудно заранее определить, будут ли «эффекты соседства» достаточно значительными, чтобы оправдать затраты на их преодоление. Еще труднее правильно распределить эти затраты. Когда государство предпринимает какие-то действия для преодоления «эффекта соседства», оно не может правильно брать плату с частных лиц или платить им компенсацию. В результате возникают дополнительные «эффекты соседства», причем в зависимости от конкретного случая они могут оказаться значительнее, чем исходные – это можно определить только приблизительно. Более того, использование государства для преодоления «эффекта соседства» само по себе создает очень важный эффект, который не зависит от первоначального. Каждое вмешательство государства напрямую ограничивает личную свободу и косвенно угрожает ее сохранению, что объяснено в первой главе.

Наши принципы не дают точного ответа на вопрос, как следует правильно использовать государство, чтобы достичь того, что, как мы считаем, невозможно или очень трудно, лишь с помощью полностью добровольного обмена продуктами и услугами. В каждом случае при анализе потенциальных последствий государственного вмешательства нужно взвесить все возможные плюсы и минусы. Наши принципы позволяют отнести разные факторы к плюсам либо минусам и оценить их важность. В частности, к минусам государственного вмешательства мы относим «эффект соседства» как создающий угрозу свободе и считаем, что в зависимости от обстоятельств этот минус может быть очень важным (как и другие плюсы и минусы). Например, если сейчас государственное вмешательство минимально, то и негативный эффект от дополнительного государственного вмешательства будет небольшим. Именно поэтому Генри Саймонс и многие другие либералы предыдущего поколения, жившие в эпоху небольшого по нынешним меркам государства, считали, что государство должно выполнять те функции, которые, по мнению нынешних либералов, выходят за пределы полномочий государства.

Действия патерналистского государства

Свободы пытаются добиться только ответственные люди. Мы не верим в свободу детей и сумасшедших. Хотя не вызывает сомнения необходимость провести границу между ответственными людьми и остальными, тем не менее нельзя избежать неоднозначности, когда речь заходит о свободе как нашей конечной цели. Если человек не является ответственным, то он не сможет жить без патернализма.

Это легче всего объяснить на примере сумасшедших. Мы не можем ни отпустить этих людей на свободу, ни расстрелять их. Было бы замечательно, если бы нашлись добровольцы, которые смогли взять сумасшедшего к себе домой и заботиться. Но в подавляющем большинстве случаев на такую помощь нельзя рассчитывать хотя бы из-за «эффекта соседства», поскольку я получаю преимущества, если другой человек ухаживает за душевнобольным. Поэтому мы доверяем этот уход государству.

Дети – более сложный случай. Главной функциональной единицей в нашем обществе считается семья, а не отдельная личность. Однако это не принцип, а скорее необходимость. Мы считаем, что лучше поручить родителям заботу о детях, чтобы они выросли ответственными людьми, достойными своей свободы. Но это не значит, что родители могут делать с другими людьми все, что хотят. Ребенок – это зародыш ответственного человека, и тот, кто верит в свободу, верит и в необходимость защиты основных прав ребенка.

С другой стороны, если рассматривать детей отстраненно, то они являются одновременно и потребительским товаром, и потенциальными ответственными членами общества. Право частных лиц на свободное использование своих экономических ресурсов подразумевает и право иметь детей. Поэтому можно сказать, что родители как потребители покупают особую услугу – «дети». Но после того как родители начали пользоваться этой услугой, их дети имеют ценность сами по себе, и их свобода не является всего лишь расширением свободы их родителей.

Либералу трудно спорить с патерналистским обоснованием необходимости вмешательства государства, поскольку оно базируется на принципе «одни должны решать за других», применение которого ему представляется обоснованным во многих ситуациях. Либерал считает этот принцип одним из столпов идеологии своих главных оппонентов из лагеря сторонников разных форм коллективизма, включая коммунизм, социализм и государство всеобщего благосостояния. Факты говорят о сложности этой проблемы. Как писал в 1914 году Дайси по поводу принятия Закона о защите умственно неполноценных: «этот закон – первый шаг по пути, на который согласится вступить любой нормальный человек, но если зайти по нему слишком далеко, то он приведет к таким проблемам, что государство вынуждено будет пойти на серьезные нарушения личной свободы»[3]. Нет готовой формулы, по которой мы можем определить, когда надо остановиться. Поэтому мы вынуждены полагаться на наши не исключающие ошибки суждения и нашу способность доказать нашим согражданам правильность таких суждений. Либо соглашаться с возражениями, услышанными в ответ, и корректировать наши взгляды. Как и во всех остальных делах, нужно опираться на консенсус, который достигнут методом проб и ошибок в результате дискуссии. Хотя ее участники могут ошибаться и судить предвзято.

Заключение

Если государство поддерживает закон и порядок, определяет права собственности, служит нам инструментом изменения прав собственности и других правил экономической игры, выступает в роли судьи по поводу интерпретации этих правил, обеспечивает соблюдение контрактов, способствует конкуренции, обеспечивает монетарную систему, препятствует образованию технических монополий и устраняет «эффекты соседства» (считающиеся достаточно важными, чтобы оправдать вмешательство государства), помогает частной благотворительности и отдельным семьям защитить недееспособных членов общества (психически неполноценных людей и детей), то такое государство, несомненно, выполняет важные функции. Последовательный либерал не может быть анархистом, потому как считает, что без этих функций государства нельзя обойтись.

Такое государство должно иметь четко обозначенные ограничения полномочий и воздерживаться от определенных мер вмешательства в экономику, которые сейчас применяются в США на федеральном уровне и уровне штатов, а также в других западных странах. В следующих главах мы рассмотрим некоторые из этих мер, а часть из них уже описаны выше. Это поможет нам понять, какой, по мнению либерала, должна быть роль государства.

В заключение этой главы хочу перечислить некоторые меры вмешательства государства в экономику, которые применяются сейчас в США и противоречат изложенным выше принципам:

1. Поддержка паритетных цен на сельскохозяйственную продукцию.

2. Таможенные пошлины на импорт или ограничения на экспорт. Например, действующие сейчас квоты на импорт нефти и квоты на сахар.

3. Государственное регулирование производства, например, с помощью программы поддержки фермеров или системы регулирования добычи нефти, осуществляемой комиссией Texas Railroad Commission.

4. Контроль арендной платы, который все еще применяется в Нью-Йорке. Или общие меры контроля цен и заработной платы, введенные во время и после Второй мировой войны.

5. Официальные минимальные зарплаты или максимальные цены. Например, установленные законодательством или максимальная ставка 0 %, которую коммерческий банк может выплачивать по вкладам до востребования; или максимальные проценты, которые могут выплачиваться на сбережения и срочные депозиты.

6. Жесткое государственное регулирование некоторых отраслей, например, регулирование транспорта комиссией Interstate Commerce Commission. Когда такое регулирование ввели сначала для железных дорог, его еще можно было оправдать технической монополией, но теперь оно не имеет смысла ни для одного вида транспорта. Еще один пример – жесткий государственный контроль банковского сектора.

7. Аналогичный пример, заслуживающий особого внимания, поскольку здесь государственное регулирование означает введение цензуры и нарушение свободы слова, – это контроль работы радио и телевидения Федеральной комиссией по связи.

8. Действующие сейчас программы социального обеспечения, прежде всего программы пенсионного обеспечения, которые фактически заставляют американцев (a) тратить определенную часть своего дохода на покупку страховки на пенсию по старости и (б) покупать страховку государственного пенсионного фонда.

9. Существующие в различных штатах и городах законы лицензирования, разрешающие заниматься определенными видами хозяйственной и профессиональной деятельности только при наличии соответствующей лицензии. Значение этой лицензии не ограничивается только подтверждением оплаты налога на хозяйственную и профессиональную деятельность.