Милена Завойчинская – Госпожа проводница эфира (СИ) (страница 34)

— Удачи! И... Мне надо поспешить. Сегодня прекрасный вечер для того, чтобы начать новую жизнь? Не находите?

Еще раз церемонно поклонившись, седовласый господин отправился прочь, опираясь на свою трость.

Проводив его взглядом, я обратилась к своему четверолапому спутнику:

— Понял, как надо, твое кобелиное кобелейшество? Одна любовь через всю жизнь, невзирая ни на что. Не то что ты. Жалко их, бедных. Жизнь прошла, а счастья так и не было. Я бы так не смогла.

Рауль высунул язык и изобразил, будто его тошнит.

— У них тут магия какая-то суровая. Зато измены невозможны. Видал? Живи ты в этом мире, точно не смог бы ни с одной замужней дамочкой закрутить интрижку. Глядишь, и не бегал бы сейчас эктоплазмой. И не смотри так на меня. Я-то тут при чем? Идем домой? В смысле в отель?

Он тут же скользнул ко мне под бок, я положила ладонь ему на загривок, и мы степенно направились туда, где нас ждали очередные проблемы и приключения. И статуя. И отель.

Глава 17

Глава 17

Поцелуй прекрасной принцессы

Следующие два дня не происходило ничего. Ничего толкового.

Мне пришлось рассказать призрачному волку о том, что я нашла его тело и переправила в отель. И на этом все застопорилось. Взволнованному Раулю удалось проникнуть в номер с морем, но вот подойти к своему телу он так и не смог. Самое близкое расстояние, на которое удалось им сблизиться, — десять моих шагов. Дальше никак. Возникали молнии и били. Больно. Даже меня одна задела. Ох и орала я от негодования, что из-за некоторых всяких блудливых...

Ладно, опустим это.

Опечаленный Этьен оставил попытки подойти к своему телу. Ориэль, Феликс и Леслия некоторое время по-всякому пытались снять защитные заклинания со статуи. Не преуспели, развели руками и больше в этот номер не заходили.

Опять все на меня свалилось. Это злило. Отчего-то мне кажется, что в обязанности управляющей отеля, пусть даже волшебного, не входят работы по снятию заклятий с постояльцев. Поговорить там, посочувствовать, помочь душевно — это да. Но не вот это вот все!

В общем, всеми брошенная, одна-одинешенька торчала я на пляже. Попросила себе у отеля пляжный зонт, шезлонг, столик. Ну и вот. Купаться не рисковала идти, все же я знала, что место не реальное. Но солнце палило вполне по-настоящему, поэтому я пряталась в тенечке.

Бронзовая краска на статуе бледнела и облезала под воздействием магии отеля, горячего солнечного света, искусственного морского воздуха и неведомо откуда берущегося ветра. Сходило окрашивание неравномерно, что придавало крайне неопрятный и облезлый вид мужику на постаменте. Но тут я ничего не могла поделать. Пусть пока сам, а потом уж помоем. Так уж и быть, сама лично потру спинку. Мне, несмотря ни на что, веселый дух перемен был глубоко симпатичен. Что в своем волчьем обличии, что в том, которое я видела во снах о его прошлом.

Занятный, чертовски обаятельный и привлекательный персонаж. На него даже злиться не получается.

За ужином, когда мы все собрались в столовой, Феликс спросил:

— Расколдуешь когда ты, Агата, перемен духа?

— Не знаю. Идей — ноль.

— Тьмой питала? — уточнил Ориэль.

— Как можно напитать статую из хрусталя хоть чем-то? Да еще той тьмой, которой я и управлять-то не умею. Она просто есть во мне, и все.

— А поцеловать? — вдруг спросила Леслия.

Мы все уставились на нее. Даже волк убрал голову с моих колен, куда он вечно клал ее, стоило мне присесть, и с интересом посмотрел на сильфиду.

— Что? — смутилась она. — Всегда же пишут в сказках, что поцелуй прекрасной принцессы разбудил спящего красавца.

— Так-так! — покрутила я в руках столовый нож. — Когда будете целоваться?

— Кто? — опешила она.

— Ты и Этьен, конечно.

— А при чем тут я?! — подняла она брови.

— В смысле? А кто? Красавец заколдованный — одна штука. Вот, восседает, хвостом пол подметает. Прекрасная принцесса, тоже одна штука. Сидит за столом.

— Нет-нет! Ты не поняла, Агата. То есть я, конечно, принцесса. Но не та.

— А других у нас нет. Целуй давай этого мохнатого!

— Не буду! — насупилась она.

— Почему? Тебе жалко, что ли?

— Леслия, а почему ты не хочешь расколдовать Рауля? — спросил Ориэль.

— Вы разве не понимаете? Феликс, объясни им. Они не видят магии, не чувствуют связь.

— Леслия говорит истину, — курлыкнул филиур. — Она не та принцесса. Этьен выбрал не ее.

— А кого?! Нет у нас больше никаких принцесс! — возмутилась я. — Так что не морочьте мне голову. Где я должна ему еще одну искать?

— Образно это, Агата. Леслия не та. Принцесса не титул, а статус.

— Чего? — совсем запуталась я.

— Агата, ты же читала сказки. Да? — подалась вперед сильфида. — Там всегда есть настоящие чувства. Девушка, которая добрая, светлая, чистая. Она целует заколдованное чудовище, и оно становится снова человеком. Ну или сильфом, если про мой мир говорить.

— У нас наоборот. Прекрасный принц целует девушку, и она оживает.

— Вот! Суть ты уловила. Но тут, видишь ли, дело не в том, что принцесса по рождению. Она... принцесса души того, кого расколдовывает. Его избранница. А избранница Рауля — ты. Давно уже.

— Хм! — Нахмурилась я.

— Все верно, — закивал цейлин. — Этьен тебя выбрал. Это видно по потокам энергии.

— Чего? — опять переспросила тупенькая я.

— Потоки... Между вами, — начал он водить в воздухе руками.

Филиур и сильфида просто молча кивнули, подтверждая.

— Агата, ты его избранница. Понимаешь? Он сам так решил. Это его выбор. И только ты сможешь его расколдовать.

Я загрустила.

Нет, поцеловать-то я могу. Мне не жалко. Но просто... не верю я во все это. А без веры, как мне кажется, никак.

И тут вдруг мне на ухо задышал внимательно слушавший наш разговор волк. Этот кадр подобрался ко мне, встал на задние лапы и потянулся своей мордой к моему лицу.

Ориэль прыснул от смеха, Леслия закатила глаза, Феликс забросил в клюв харапульку. Примерно так, как я на его месте закинула бы в рот попкорн.

— Не буду! — прямо в эту шерстяную морду сообщила я сквозь зубы. — Ты мохнатый!

Видели когда-нибудь собаку, которая пытается вытянуть губы трубочкой, чтобы получить поцелуй? Я раньше тоже не видела. Но вот сейчас такой богатый на мимику волчара тянулся прямо ко мне.

И это было невыносимо смешно. Каюсь, я не выдержала и рассмеялась. Оттолкнула его, а когда он опустился на все четыре лапы, склонилась и чмокнула куда-то в нос.

Конечно же, ничего не случилось. Никакого магического бума-барабума со спецэффектами не произошло. Просто сидел расстроившийся, но поцелованный волк, и смотрел на меня со вселенским укором в глазах.

— А я говорила! — ничуть не устыдилась я. — Не принцесса я! Вообще ни разу.

В общем, ужин прошел безрезультативно, но весело.

Ночью я снова отправила запрос в эфир. Может, подкинет идею, как расколдовать тело духа и как потом переселить душу из призрачного волка на ее законное место.

М-да. Эфир был солидарен с моими коллегами. Мне ясно дали понять разными видениями, что без поцелуя вообще никак.