Милдред Эбботт – Сварливые пташки (страница 20)

Но, невзирая на это, я не собиралась испытывать удачу, которая давно от меня отвернулась, и торопливо зашагала в свечной магазин Элис, хотя после подслушанного разговора уже ничего не могла сказать наверняка. Но в этом случае мы с Ватсоном, по крайней мере, не будем шляться по улицам и спрячемся от глаз Оуэна, который вполне может проявить к нам интерес.

Когда мы вошли в «Ароматы гор», на нас из-за прилавка глянули Элис и какая-то азиатка в возрасте. Затем синхронно изобразили на лицах улыбки, явственно говорившие, что я прервала их разговор. Когда Элис открыла рот, со слащавостью в ее голосе вышел явный перебор.

– Фред! И Ватсон! Мы с Петрой не видели вас с того самого вечера. После случившегося я до сих пор не могу прийти в себя от потрясения.

По какой-то непонятной причине я не узнала в Петре еще одного члена «Бригады друзей пернатых». Она кивнула и тоже обрела голос:

– Да, мы как раз говорили, как это все ужасно. Бедный Генри.

Интуиция подсказала мне, что они врут, хотя никаких особых причин для этого у них не было. Впрочем, меня мог выбить из колеи разговор с Оуэном и в данную минуту я могла подозревать кого угодно.

– Да, меня это тоже в высшей степени шокировало.

Я отхлебнула эспрессо, пытаясь придумать, что еще сказать, и с отвращением посмотрела на чашку.

Элис засмеялась, на этот раз искренне:

– Это все наш товар. – Она обвела рукой магазин, битком набитый многими сотнями свечей. – Все эти запахи, смешиваясь друг с другом, меняют вкус буквально всего. Теперь я этого уже не замечаю, но, когда только открылась, подумала, что это лучшая диета, на которой мне только приходилось сидеть.

Слава богу, что нам с Кэти пришла в голову мысль открыть над «Милым корги» кондитерскую, а не свечной магазин.

– Ничего не скажешь, и правда удивительно. Я постараюсь не отнимать у вас слишком много времени, чтобы мой эспрессо не остыл и не приобрел вкуса лаванды.

Мне почему-то показалось, что это будет смешно, но шутка получилась плоской.

– Вы бы попробовали открыть кафе-мороженое. Лично я отказалась от диет еще лет тридцать назад.

Если Петра собиралась поюморить, то у нее, как и у меня, из этого тоже ничего не вышло.

Мы смущенно уставились друг на дружку. Я почувствовала, что Ватсон явно меня не одобрял, и, должна признать, вполне заслуженно.

– Вы зашли купить свечу?

Элис хоть и улыбнулась, но, как и я, тоже продемонстрировала готовность перейти к делу.

Зря я сюда пришла. По крайней мере, сейчас, когда у меня только-только состоялся разговор с Карлой и Оуэном. Мне требовалось время все переварить. Теперь надо попытаться больше ничего не ляпнуть, на чем я в последнее время как-то упрямо зациклилась. Решено – буду играть по-честному. Успешно справиться с задачей каким-то другим способом на данный момент у меня просто не получится.

– Нет, я пришла поговорить о том вечере. И спросить, не пришлось ли вам, леди, увидеть что-нибудь в лесу. – Я посмотрела на Петру и пожала плечами. – Вас я здесь встретить не думала, но мне, похоже, по чистой случайности удалось убить одним выстрелом двух зайцев.

У них опять ошеломленно расширились глаза. Мне понадобилась всего секунда, чтобы понять – я все же сморозила глупость. Это же надо, сказать двум свихнутым защитницам дикой природы об убийстве сразу двух зайцев. Особенно после того, как кто-то злодейски лишил жизни их собрата.

– Простите. Надеюсь, вы поняли, что я имела в виду.

Вообще-то вряд ли. В этот момент я уже и сама не знала, что именно хотела сказать.

– Мне казалось, что расследование гибели Генри ведет полиция. Я и правда слышала, что вы нашли на месте преступления брошь Миртл, но разве полицейские ее оттуда не изъяли?

По тону Элис я поняла, что, как только выйду за дверь, она тут же позвонит стражам порядка, и попыталась оставить ее вопрос без ответа:

– Просто… Кэти подумывает вступить в ваш клуб и…

Первоначальное решение было ошибкой. Правда тут не поможет. И если продолжить, то ложь меня тоже не спасет, как и все остальное. Надо было позвонить Брэнсону и дать им трубку, тогда этот гордиев узел был бы уже разрублен.

– Да, я понимаю, Кэти взрослый человек и в состоянии сама принимать решения, но все равно почему-то считаю своим долгом ее защищать. Мне кажется, что вступление в клуб, один из членов которого совсем недавно был убит, причем, скорее всего, кем-то из своих, не самая лучшая идея. Поэтому… я хотела спросить вас, двух женщин, тоже в нем состоящих, не чувствуете ли вы, что вам грозит та или иная опасность…

Они не сводили с меня глаз.

– Вы же понимаете, все эти разговоры о браконьерстве и прочих подобных вещах. Мне не хочется, чтобы Кэти к чему-то такому оказалась причастной… – Эх, надо было последовать примеру Элис с Петрой и тоже захлопнуть рот. – И если выяснится, что Генри убил член клуба, да к тому же еще и браконьер, то Кэти от всего этого лучше держаться подальше.

– Браконьер? – Петра вздрогнула, у нее тут же помрачнел взгляд. – Знаете, о покойниках конечно же не стоит говорить плохо, но на вашем месте я не верила бы ни одному слову Генри…

На секунду мне показалось, что женщина вот-вот бросится читать проповедь, но она лишь шмыгнула носом и с извиняющимся видом посмотрела на Элис:

– Что-то я засиделась, нельзя так надолго оставлять без присмотра кафе-мороженое.

Затем, не удостоив больше никого взглядом, прошмыгнула мимо Ватсона и вышла в дверь.

Я не собиралась ни наступать на больную мозоль, ни вообще ни на что такое намекать, но, судя по тому, как встревожилась Петра, умудрилась сделать одновременно и то и другое. Причем на этот раз дело, казалось, не ограничилось одной моей глупостью. Я сосредоточилась на Элис, надеясь, что еще не успела настроить ее против себя.

– Простите, я понимаю, что влезла в ваш с Петрой разговор. Если хотите, я зайду позже.

Элис застыла в нерешительности, потом медленно заговорила, тщательно подбирая слова:

– Фред, в моем магазине вы всегда желанная гостья. Но я не очень понимаю, что вам здесь понадобилось. Я торгую свечами, не более того. В свободное время люблю наблюдать за птицами, хожу на собрания единомышленников и не могу сообщить ничего, способного вывести вас на след.

– Да нет, говорю же вам, я пришла сюда, потому что…

У меня отпало всякое желание доводить до конца свою мысль. Все бесполезно. И хотя я доподлинно знала, что от любых моих слов проку все равно будет ноль, отказываться от единственного шанса все же не хотела. Стоит мне переступить порог, как она точно позвонит в полицию, а потом, скорее всего, больше никогда не будет со мной разговаривать. Поэтому обойдемся без уверток. Я напомнила себе, что мой дядя не кто иной, как Персиваль, и определилась в пользу голой, неприкрытой правды.

– Если честно, Элис, то вы правы. Я действительно пришла сюда из-за убийства Генри. Он, как заявила Петра, заимел множество врагов, обвиняя других членов клуба в жульничестве, браконьерстве, а может, и в чем-то еще. – Когда я заговорила без обиняков, ко мне немного вернулась уверенность. – Поговорив кое с кем из ваших, я убедилась, что в отношении вас Генри был прав… – В этот момент я чуть было не умолкла, но все же решила надавить еще немного, стараясь выжать из этого шанса все, потому как другого у меня уже не будет. – Насколько я понимаю, его обвинения в том, что вы жульничали, получая в награду значки, были обоснованны. – И хотя следующая часть моей речи представлялась чисто умозрительной, я все же решила рискнуть. – Ходят слухи, что к этому мошенничеству вы привлекли сына. Он якобы снабжает вас поддельными записями из школы в Денвере, где учится на звукоинженера кино.

– Вы мало того что намекнули на возможную причастность Петры к смерти Генри, так еще и сына моего приплели! – Вся ее робость исчезла без следа, равно как и любые намеки на дружелюбие в голосе. – Не смейте! Его тем вечером не было в лесу.

Я вздрогнула, совершенно сбитая ею с толку:

– Я этого и не говорила, Элис. Лишь сказала, что он помогает вам обманным путем получать в награду значки.

– И что из этого? – насмешливо спросила она. Ее губы скривились, обнажив оскал зубов, и в моей памяти тут же всплыли рассказы о медведицах, защищающих своих детенышей. Я даже не думала угрожать ее сыну, но она, по-видимому, восприняла мои слова именно так. – Это всего лишь значки. Кусочки вышитой ткани. За такое не убивают. А если вам так уж нравится везде шляться, обвиняя других, то я предлагаю вам поговорить с Бенджамином и спросить его, как он помогал получать награды Сайлесу.

Она двинулась в обход стойки.

Я хоть и была на пару дюймов выше ее, но при виде такой ярости на ее лице все же попятилась.

– Да как вам даже в голову пришло, что я или мой сын могли убить кого-то из-за горстки идиотских значков! – Она угрожающе протянула ко мне руки. – Убирайтесь отсюда. И вашего гнусного пса не забудьте прихватить. Вон из моего магазина!

Ей не пришлось просить меня дважды.

Глава 10

Едва показался «Милый корги», обещавший желанный приют, я увидела, что навстречу мне по тротуару торопливо шагает Кэти. Ее глаза горели от возбуждения. Чтобы встретить ее, я прошла мимо входа в книжный, где мне пришлось немного задержаться, чтобы оттащить от двери Ватсона. Ему то ли не терпелось попасть с холода внутрь, то ли просто надоело смотреть, как мамочка выставляет себя полной дурой.