Милдред Эбботт – Хитрые мордашки (страница 25)

Когда я наблюдала, как Бен уже продал несколько книг про корги в детском отделе, а Ватсон с невероятным обожанием болтался у его ног, ничего из истории Петры также не срослось. Судя по взаимоотношениям Миртл и Петры, даже если она была недовольна тем, что кошка Питтса убила ее птицу, в итоге она оказалась в более выгодном положении, так как у нее появились два новых, более редких и более дорогих попугая. И снова, хотя, возможно, она затаила некоторую обиду на Мелоди, у нее точно не было никакого мотива убивать Поли. Если бы у них и случился роман, то я все равно никак не могла представить, с какой стати это могло беспокоить Петру.

Когда я предлагала одному покупателю за другим купить их следующий любимый роман или серию книг, я никак не могла понять, кем могла быть та таинственная блондинка, которую я видела с Поли. Когда я подумала о ней, у меня закололо в животе. Наверняка она тут как-то замешана. Должна. До недавнего времени в жизни Поли не было никаких загадочных женщин. Не могло же быть совпадением, что она появилась в тот момент, когда Поли чуть не убили. Но все же… тогда Мелоди была не при чем. Если только… Похоже, у Мелоди был такой же характер, как у меня, – она засовывала свой нос куда не следовало. В конце концов, она пыталась отговорить Пита Миллера прекратить всяческие отношения с Дилайлой. Может, Поли она говорила то же самое, если у него правда был роман с загадочной блондинкой. Но это тоже было притянуто за уши.

Как бы я ни пыталась сконцентрироваться на делах в книжном, как бы сильно я ни избегала размышлений о возможных мотивах, кусочки загадки беспорядочно вертелись у меня в голове и никак не могли сформироваться в единую картинку, даже частично.

После послеобеденной спешки, как раз перед началом обычного полуденного дождя, я попрощалась с Кэти, взяла свежеиспеченное лакомство из натуральной собачьей кости для Ватсона и такое же свеженькое лимонное пирожное для себя, оставив Бена ответственным за книжный магазин, и поехала в больницу. Может быть, мне станет спокойнее, когда я посмотрю на лицо Поли, в окружении пищащей аппаратуры и запаха антисептика, и мне в голову придет какая-то здравая мысль. Или, может быть, случится чудо: Поли проснется, сядет в постели, посмотрит мне в глаза и торжественно зачитает мне концовку детектива.

Повернув в своем «Мини-купере» на стоянку возле больницы, я взглянула на синий микроавтобус, который стоял у светофора, горящего красным цветом.

Мы были, наверное, метрах в пяти от микроавтобуса и уже въехали на стоянку, когда я резко нажала на тормоз и протянула руку, чтобы удержать Ватсона. К счастью, позади нас не было машин.

Обернувшись, я увидела, как микроавтобус начал движение.

Должно быть, в микроавтобусе был Джаред Питтс. Я была уверена в этом почти на сто процентов.

Сперва я задумалась, не стоит ли мне повернуть и поехать за ним. Но зачем это делать, я не знала. Также я не знала, что я буду делать, если догоню его. Подумав об этом, мне стало страшно. Может быть, он заходил в палату к Поли; закончил свое дело.

Нет, он под охраной офицера Джексона. Поли в порядке.

Хотя… Офицер Джексон вернулся к работе после пулевого ранения в голову. Может быть, он еще не до конца восстановился. Может, он устал, заснул, а Джаред проскочил и свел с ним счеты.

Я сходила с ума. Но я не могла исключить этого, к тому же я не знала, что мне делать с Джаредом, если я поймаю его. Так что я быстро нашла ближайшее свободное место на парковке и вместе с Ватсоном побежала ко входу в больницу.

Афина приходила вчера с Перл. Но конечно, такую собачку легко спрятать в сумочке, не говоря уже о том, что нужно еще поискать такую смелую медсестру, которая бы встала на пути у Афины.

Ватсон вопросительно взглянул на меня, когда я остановилась, и я поняла его намек. Воодушевившись Афиной, я подняла подбородок, целенаправленно и уверенно направилась к лифту, а оттуда прямо в палату Поли, возле двери которой сидел офицер Джексон. Никто не остановил нас, и это уже хорошая новость. Плохая новость заключалась в том, что Брент Джексон тихо дремал, опустив подбородок на грудь.

Я не стала будить его. Я просто ворвалась в палату Поли, почувствовав тошноту.

Сидевшая возле кровати Афина Роуз резко встала, приложив ладони к груди, и удивленно посмотрела на мое неожиданное появление:

– Фред! У меня чуть остановка сердца не случилась. Ты что творишь?

Я перевела взгляд с нее на Поли. На покрывалах не было крови, пищание аппаратуры было мерное и спокойное, а цвет лица Поли почти стал обычным.

– Фред, ты пугаешь меня.

Я наконец посмотрела на Афину:

– Поли в порядке?

Нахмурив брови, отчего посередине образовалась морщинка, она кивнула.

– Да… немного лучше, чем утром, когда ты спрашивала. Говорят, что он может очнуться в любое время.

– Нет… я про… – я показала рукой туда, где, как я думала, была парковка. – Джаред, я просто увидела, как Джаред выезжает отсюда. Ну или мне показалось, что я видела именно его.

– Ах, да, он заходил, – она с облегченным выдохом села обратно. – Очень мило с его стороны, учитывая, какое у него сейчас состояние. Он как смерть ходит. Совсем ненадолго зашел, пожелал ему скорейшего выздоровления. Сказал, что будет молиться за него. Нормальный муж сетовал бы, почему небеса забрали его жену, а Поли оставили, но, кажется, у Джареда и мыслей таких нет. Очень милый человек.

– Он правда приходил, только чтобы навестить Поли?

В этот момент Ватсон освободился от поводка, который я, должно быть, от удивления выпустила из рук, и радостно поплелся к Перл, которая сидела на коленях у Афины.

Погладив Ватсона по голове, Афина опустила Перл на пол, чтобы началось привычное приветствие из облизываний и обнюхиваний. Она резко посмотрела на меня своими зелено-карими глазами и заговорила скорее заговорщическим, чем удивленным голосом:

– Ты подозреваешь Джареда? Серьезно?

Почему-то я снова взглядом проверила, все ли в порядке у Поли, как будто не поверив в первый раз.

– Не совсем. Не знаю, кого я подозреваю, но Джаред интересует меня. – Я снова посмотрела на Афину. – Все это время, что он был здесь, ты была с ним?

Она кивнула и сказала тише прежнего:

– Ты беспокоишься, что он мог прийти для того, чтобы навредить Поли… Не дать ему проснуться.

– Повторю, я не знаю. Это просто догадка. Потом я запаниковала. В последнее время я плохо соображаю. – Конечно, уже не так, как вчера, но к чему эти примеры. Когда мое сердце успокоилось, я подошла к кровати Поли и сжала его ладонь. – Он и правда выглядит уже лучше.

– Я тоже так думаю. Как я уже сказала, врачи говорят, что он пошел на поправку и это практически чудо, что большая часть воспаления в его мозге уже спала. – Она шмыгнула носом, вытерла глаза и посмотрела на собак, которые клубочком улеглись у ее ног. Она была не слишком эмоциональной женщиной.

Просто увидев то, что Поли выглядел лучше, да еще и услышав хорошую новость, я успокоилась сильнее, чем после полноценного сна.

– И правда чудо. У него такое серьезное ранение в голову, колотая рана от ножниц, а он уже идет на поправку. Мы должны быть благодарны за это. – Я смотрела на Поли, но почувствовала на себе взгляд Афины и перевела взгляд на нее: – Что?

Она пожала плечами:

– Думаю, это не так важно сейчас, но Поли не закалывали ножницами.

– Нет, это не так. Я сама видела ножницы, – я передернулась. – Или их ручку. Но думаю, я могла ошибаться. Может, это были щипчики для когтей собаки или что-то такое с похожей ручкой.

– Мелоди закололи ножницами, но не Поли. В него всадили нож, очень большой, кстати, – теперь передернуло ее.

Нож? Я не видела нигде ножа.

– Ты уверена?

Она кивнула:

– Да, пару часов назад я слышала, как офицер Грин и офицер Джексон шепчутся об этом в коридоре. Я подумала, что сержант Векслер рассказал тебе.

Нет… Он точно ничего такого не говорил мне. Меня сжали за руку, и я вздрогнула от неожиданности. Затем ладонь сжали во второй раз, и я поняла, что произошло. Я посмотрела на свою ладонь как раз в тот момент, когда почувствовала сжатие в третий раз.

– Афина! Поли сжимает мне руку.

Она в спешке поднялась, собаки разбежались в стороны. Афина подошла к Поли с другой стороны.

– Он тоже сделал мне утром. Думаю, он знает, что мы здесь.

В качестве ответа он снова сжал руку.

У нас с Афиной выступили слезы на глазах.

– Да. Думаю, он понимает.

Уйдя из больницы, я направилась сразу же к дому Поли. Хоть во мне и появилась надежда, что он скоро очнется, пока что никто не мог сказать, сколько еще будет нужно лежать в больнице. Афина спросила у меня, как дела с Флотсамом и Джетсамом, и после своего ответа я поняла, что могу сделать так, чтобы им было комфортнее у меня дома. Мне стало стыдно, что я не додумалась до этого раньше. Меньшее, что я могла сделать, это взять их лежанки и парочку любимых игрушек, перенести к себе домой частичку их дома.

Несмотря на то, что вот уже несколько месяцев Поли был моим другом, я осознала, что никогда не была у него дома. Когда мы общались все вместе, в одной компании с Кэти, Лео и мной, мы всегда ходили либо в кафе, либо в кино.

Прогулка по его крошечному домику показала, что, хотя у него могли быть секреты, одним из которых мог быть роман с загадочной блондинкой, у меня сложилось отличное представление о том, кем был Поли Мерц. Поначалу декор ничуть не удивил меня. В доме был беспорядок и куча хлама, там не было грязно, но примерно так могла бы выглядеть спальня подростка. Если бы еще этот подросток знал, как работать с пылесосом или вытирать пыль. Повсюду валялись игрушки. Я уже и забыла, что Поли говорил, что хотел бы открыть магазин игрушек, когда только переехал в Эстес-Парк. Я, конечно, знала, что он любит животных, особенно двух своих корги, но теперь мне стало ясно, что этот человек одержим еще и игрушками. Шкафы в гостиной представляли из себя не что иное, как витрины героев «Звездных войн» и фигурок супергероев. На стенах были развешаны плакаты этих же фильмов.