Милана Романова – Лукоморье Кати Жабиной (страница 8)
Фельдшер прошёл по комнате, открыл дверь шкафа, заглянул под стол.
– Может, вы нас с кем-то перепутали? – подозрительно прищурился он. – Это точно вы, вызвали врача для температурящей девочки?
– Это мы, конечно …! Я сама звонила! – возмутилась мама. – Градусник показал 39,9! Она лежала тут, бледная, еле дышала…
Бабушка появилась в дверях, хватаясь за сердце:
– Боже мой! Бедная девочка… Это воздействие вчерашнего яда…
Врачи подозрительно покосились на бабушку.
– Да нет…занервничала Инга, мама Кати. – Это соседи тараканов травили…запах был неприятный…вчера…
В этот момент Транс вылез из-под кровати и подал голос – глухое ворчание с оттенком тревожного презрения. Фельдшер заметил лёгкое движение штор – кто-то прятался за гардиной. Он молча подошёл и резко дёрнул ткань – за шторой – ничего. Но тут гардероб издал подозрительный скрип.
– Там! – указала бабушка, дрожащим пальцем.
Медсестра решительно распахнула дверцу шкафа, и оттуда, медленно, как черепаха из панциря, показалась растрёпанная рыжая голова, за ней – виноватые глаза, пижама и все остальное.
– Здравствуйте… – прошептала Катя.
Фельдшер прищурился:
– Ну вот, нашли беглянку. Удивительно, сколько в ребёнке скрытности, и артистизма!
– Это не я! Это чай! – воскликнула Катя. – В смысле, это всё – чай! Я просто хотела…
Мама тяжело вздохнула.
– Простите… Я действительно думала, что у неё жар. Она такая была… драматичная.
– Такие вот «драматичные» вызывают нас по несколько раз в день, – фельдшер устало отряхнул халат, – и каждый раз – шкаф, или занавеска, или ванная.
– Однажды девочка спряталась в духовке, – добавила медсестра с мрачной тоской.
– Я туда не полезла бы, честно! – поспешила заявить Катя.
– Очень разумно, – кивнул фельдшер. – Ну что ж. Раз температуры нет – мы поехали. У нас, между прочим, сегодня уже шестая «жертва математики».
Он направился к двери, но обернулся:
– А вам, юная леди, рекомендую меньше читать форумы «Как обмануть родителей», и больше – учебник по алгебре.
Катя вздохнула и кивнула. Когда дверь закрылась, бабушка села на кровать:
– Я всегда говорила: настоящая беда – не в градусах, а в фантазии.
– И в интернете, – добавила мама.
Катя молча кивнула, но про себя подумала: «Если бы не интернет, я бы не знала, как правильно прятаться в шкафу».
Глава 9 Макулатурный кризис
Медики в белых халатах удалялись с видом опустошённых людей, только что вернувшихся с неудачной экспедиции на Эверест. За спиной осталась квартира, в которой не оказалось ни лихорадки, ни паники, ни даже приличного обморока – только шкаф и чрезмерная фантазия.
– Запишем: «ложный вызов. Симптомы: избыток воображения и горячий чай», – буркнул фельдшер, хлопнув дверью.
Катя облегчённо выдохнула и уже почти собралась снова нырнуть в своё укрытие, как в коридоре раздался голос:
– Где она?! Где?! Кто-нибудь видел мою диссертацию?!
На пороге стоял папа – растрёпанный, с одним носком, в одной руке сжимая телефон, в другой пухлый конверт. Глаза бегали, как у человека, которого только что разбудили и сообщили, что Землю захватили инопланетяне.
– Я?.. Не видела… – пробормотала Катя, выходя из шкафа с видом ребёнка, только что уронившего глобус и уничтожившего пару материков.
– Но ты же вчера убиралась в моём кабинете! – почти закричал папа, начиная метаться по комнате. – Она была на столе. Пачка бумаги. С графиками! С формулами! С жизнью!
Катя поперхнулась.
– Возможно… я… э-э… подумала, что это макулатура…
Молчание зависло в воздухе, как доисторический птеродактиль. Бабушка, до этого прятавшаяся в тени, трагически всплеснула руками:
– Ой, а я мусор только что вынесла!
– Что?! Куда?! В какой бак?! В серый? В синий? В тот, что с замком или без?!
– Сейчас схожу, проверю! – в панике засуетилась бабушка, уже хватаясь за ключи.
Папа закружился по комнате, как дирижёр, потерявший оркестр. Катя закрыла глаза, вздохнула и тихо, очень тихо сказала:
– Пап…я вспомнила, она в корзине. Я не успела выбросить. Там… под столом.
Мгновение. Все замерли. Даже Транс перестал чесать ухо и поднял взгляд. Через секунду вся семья, как по команде, отправилась в кабинет. И да, она была там: стопка бумаг, живая, в целости и сохранности, в мусорной корзинке. Папа вытащил её с такой бережностью, будто это было новорождённое дитя.
– Моя… родная… – прошептал он и прижал диссертацию к груди.
А потом вдруг распахнул руки и заключил Катю в объятия:
– Ты спасла меня! Ты просто… моя спасительница!
Катя замерла, покраснела и, уткнувшись носом в папину футболку, пробормотала:
– Ну я ж старалась…
– Но на будущее… – папа отстранился и посмотрел ей в глаза с выражением профессора, читающего лекцию по выживанию, – больше никаких уборок: ни тряпок, ни пылесоса, ни желания помочь, особенно вблизи моего кабинета.
Он стремительно выскользнул из комнаты с папкой в руке, как разведчик с секретным докладом. Мама, скрестив руки, посмотрела на Катю строго, но уже без прежней тревоги:
– Если я правильно понимаю… болезнь миновала?
– Это был… стресс: клин клином, как говорит бабушка.
– Хорошо. Тогда клин – это школа. Быстро собирайся. Ко второму уроку ты точно успеваешь. А я, между прочим, из-за твоей «температуры» получу выговор, а может, и вычет из зарплаты! – мама возмущённо повернулась к двери, но остановилась, как будто что-то вспомнила:
– И телефон я всё равно забираю: для профилактики. Транс понимающе чихнул и уткнулся мордой в подушку.
Глава 10 Не дождетесь!
Школьный коридор гудел, как улей. Ученики толпились у шкафчиков и подоконников, обсуждая последние новости и делясь впечатлениями. Катя, слегка запыхавшись, вошла в класс, стараясь не привлекать к себе внимания.
– О, восьмое чудо света припёрлось! – раздался голос Подшибякина. – Я уж подумал, что у жаб сегодня выходной, – добавил он, срываясь на хохот.
Катя молча посмотрела на него:
– Подшибякин, хочешь – дам списать домашку по математике?
– Сегодня день жабьей щедрости? – не унимался тот. – Кто поделится домашкой, тот через три дня получит айфон 20. Примитивно, Жабина.
– А вы, лузеры! – провозгласил он, обратившись ко всему классу. – Кто прошёл «АстралКод: Омега» на максимальной сложности? Подшибякин! Запомните это имя! Класс замер. Даже Архимедов поднял голову от своей книги.
– «Кодекс: Омега»? – переспросил кто-то. – Это же новая игра, которую никто не мог пройти!
– Так ты теперь герой? – заметила Верёвкина.
– Именно! – гордо заявил Подшибякин. – Я прошёл. Меня допустили к «особой миссии». Это только для тех, кто завершил «Зал Шифров».
Он повернул экран своего планшета к одноклассникам. На нём мигал значок: «Уровень пройден: Лабиринт 7». В центре – стилизованный осьминог из пикселей с одним красным глазом.