Мила Ваниль – Чертёнок с сюрпризом (страница 22)
— Сандерс, миледи…
— А-а? — Она перевела взгляд на Марка.
— Сводный брат, — не моргнув глазом, соврал Итан.
По сути, это правда, так кому нужны детали? Тем более, здесь. А вот кое-какие подробности стоит сообщить, дабы не плодить сплетен. Отчитываться он не обязан, но отчего бы не успокоить родственников?
— Судя по вашим скорбным лицам, вы считаете, что я привел в клан людей. — Итан предпочитал называть вещи своими именами. — Это не так. Марк — оборотень из клана диких кошек. Моя жена — полукровка.
Если ему и придется держать перед кем-то ответ, то перед советом клана. Подробности он расскажет отцу и матушке, а уж они найдут, что объяснить многочисленным родственникам.
Первой пришла в себя матушка.
— Добро пожаловать в семью, Ляна, — произнесла она, подходя к невестке. — Пойдем, я провожу тебя, ты сможешь переодеться и отдохнуть. Итан, распорядись, чтобы вещи твоей жены принесли в комнату, что рядом с твоей. А Марка мы разместим в мезонине…
Вещей у Ляны не было: Итан не заморачивался покупками по дороге. Ничего, он попросит какое-нибудь старое платье у Эльзы, она такая же миниатюрная, как Ляна, а завтра пригласит портных с образцами тканей и выкройками.
Оробевшая Ляна не возражала, позволила себя увести. Родственники тоже расходились: кто-то прощался, отправляясь домой, кто-то вернулся в свои комнаты.
— Надо поговорить, — коротко сказал отец, оставшись наедине с Итаном.
— Конечно.
— Это же не все новости?
Итан отрицательно качнул головой.
— Я так и думал, — вздохнул он.
— Зайду к тебе чуть позже.
Отец похлопал Итана по плечу и тоже ушел.
Что он хотел сделать? Итан потер виски. Встреча с семейством… удалась. И Ляна не подвела: она была вполне убедительна и произвела впечатление застенчивой и испуганной девушки. Однако не стоит оставлять ее одну надолго, матушка вполне может выпытать у нее больше, чем Итан собирался сообщить родителям.
Он поспешил наверх, вспомнив, что хотел попросить у Эльзы платье. Она еще не вышла замуж и жила с родителями.
— Итан!
На лестничной площадке его подкараулила кузина, и Итан чуть не подпрыгнул, когда она выскочила из ниши.
— Чего тебе, Вик? Я спешу.
— Как ты мог?! — Она заломила руки и закатила глаза. — Ты обещал, что дождешься меня, а сам… сам…
Вик зарыдала, но Итан и бровью не повел. К ее театральным истерикам он давно привык и не обращал на них внимания. Лет в десять Вик вбила себе в голову, что Итан — единственный мужчина, который достоин стать ее мужем, и с тех пор осаждала его с маниакальной настойчивостью. Итан поначалу отшучивался тем, что она слишком мала и просил подрасти. Это стало ошибкой, потому что Вик приняла отказ за обещание. Позже Итан переехал в столицу, и за время его отсутствия кузина успела подрасти. Ей недавно исполнилось семнадцать, однако ума с годами не прибавилось.
— Итан! — взвизгнула Вик, привлекая к себе внимание. — Я… Я утоплюсь! Слышишь?! И ты… ты будешь виноват!
— Топись. — Итан обернулся и шагнул к глупой девчонке. Если ее не успокоить, то крику будет на весь дом. — Тебя выловят из воды синей, распухшей, и ты будешь вонять дерьмом. А потом закопают в землю, и твое тело будут жрать черви.
Вик позеленела и прикрыла рот рукой.
— Меня сейчас стошнит… — простонала она.
— А меня тошнит от твоих истерик, — отрезал Итан. — Где твоя гордость, Вик? Ты юная леди, умница и красавица. Еще немного — и женихи будут толпами обивать порог дома твоих родителей. Зачем тебе старый волк?
— Ты не старый… — всхлипнула Вик. — Зачем ты женился на этой драной кошке? У нее короткие волосы, дешевое платье…
— Хватит! — У Итана лопнуло терпение. — Прекрати сейчас же, иначе я пожалуюсь твоему отцу. Ты отвратительно себя ведешь, Вик. И ты знаешь, что за такое поведение тебя накажут.
— Ты не сделаешь этого… — пролепетала она, испугавшись.
О да, Итан знал, что ее отец — суровый оборотень.
— Не сделаю, — согласился он. — Если ты успокоишься и забудешь о своих глупостях.
— Все равно она драная кошка! — воскликнула Вик упрямо и убежала, подобрав юбки.
Итан покачал головой и пошел дальше. Он поднялся еще на один пролет и столкнулся с Ляной. Она стояла, вцепившись в перила, и хватала ртом воздух.
22. Послушная жена
Ляна изо всех сил старалась не раздражать мужа. Оказалось, это не очень сложно: молчи и делай, что велят. Даже ненавистные правила этикета усваивались лучше, чем прежде. Может быть, потому что теперь Ляна понимала, зачем «вести себя прилично». Ей не хотелось опозорить Итана, особенно перед его родственниками, друзьями и подчиненными. Брак фиктивный, но никто не должен этого знать, следовательно, для всех она будет настоящей женой — женщиной, которую Итан выбрал в спутницы жизни.
А еще Ляна хотела понравиться… хоть кому-то. У Итана есть мама и папа, братья и сестры, тетки и дядья. Марк, конечно, лучше брата, но он скоро уедет — Итан отправляет его учиться в академию, — и Ляна останется совсем одна.
На дружбу с Итаном она уже не надеялась, он ясно дал понять, как к ней относится, и в дороге не раз подчеркивал, что их общение — всего лишь необходимость. Может, она хоть с кем-нибудь подружится?
Ляна притворялась спокойной, но задыхалась в обществе Итана. Он не подарил ей кольца, зато надел невидимые оковы. Она попрощалась с прошлой жизнью, но привыкнуть к новой не могла. Нельзя громко разговаривать, нельзя бегать, нельзя высовываться из окна. А кроме прямых запретов есть еще и те, что Итан не озвучивал. Ляна просто чувствовала, что они есть.
Нельзя приставать с расспросами. Нельзя ни о чем просить. Нельзя жаловаться.
И силой пользоваться тоже нельзя. Итан расспросил Ляну о том, как она добралась до башни во дворце, попросил показать «заморозку» и предупредил, что проворачивать такой фокус в обществе оборотней — страшно неприлично. Люди погружаются в полный стазис, а оборотни — нет, и применять магическую силу друг против друга без веских оснований запрещено.
Впрочем, о последнем Ляна не сожалела. Жила она без силы, и дальше проживет, не велика потеря. Но как жить без Марка, без привычных вещей, без друзей? Да, она хотела понравиться оборотням. Итан сказал, что для этого надо выучить правила — и она учила, всю дорогу. И читала скучную книгу о том, как стать хорошей домохозяйкой.
А тянуло смотреть в окно: вместо привычных лесов и полей вдоль дороги тянулись рощи высоких деревьев, похожих на зеленые столбы. Или экипаж выезжал на берег широкой реки, по которой ходили огромные лодки под белоснежными парусами. На горизонте вскоре появились горы, а луга полыхали красным маковым цветом.
Ляна завидовала Марку: он мог ехать на козлах с возницей, дышать свежим воздухом, наслаждаться запахами разнотравья. Они путешествовали не в наемном экипаже, Итану достаточно приказать, и они остановятся хоть на берегу реки, хоть на краю макового поля. Ляна с удовольствием размялась бы, однако Итан не предлагал, и она не просила. На станциях он не выпускал Ляну из гостиничного номера, и она мечтала об окончании поездки — о твердой земле под ногами и об обычной прогулке.
Горы становились все ближе, а тревога — все сильнее. Даже Марк нервничал, Ляна чутко чувствовала его настроение. В дом Итана она входила на грани обморока, и знакомство с семейством Майлс спокойствия не принесло. Все смотрели на нее так же, как во дворце: с недоумением и отвращением. Разве что никто не оскорблял, как принц.
Итан этого не заметил. Возможно, он считал, что ничего, кроме наказания, жена не заслуживает. Ляна едва не перепутала слова в заученной фразе, но все же произнесла ее так, как хотел Итан. Улыбки казались ей фальшивыми, а приветствия — неискренними. Правда, Итану здесь все обрадовались. Или почти все… Ляна заметила, что дядя косится на него с неодобрением, а один из кузенов смотрит с насмешкой.
Ляна позволила себя увести, потому что растерялась, но едва осталась наедине с матерью Итана, как испытала приступ паники. Во-первых, у нее нет никаких вещей, а леди Майлс настаивала, чтобы она переоделась. Во-вторых, она боялась сказать что-то не то, и «золотое правило» Итана не работало, она не могла отмалчиваться на любой вопрос. В-третьих, леди Майлс предложила проводить ее в спальню Итана, «вдруг вещи принесли туда», а он запретил ей переступать порог этой комнаты.
— Я… Я должна посмотреть, как устроился Марк, — нашлась Ляна. — И у него моя… дорожная сумочка.
— Я попрошу, чтобы принесли, — предложила леди Майлс.
— Нет! — Ляна бросилась к дверям. — Нет, спасибо, ваша светлость. Я сама. Так быстрее…
Чтобы ее не остановили, она выскочила из комнаты, не договорив. Марк… мезонин… Это где-то наверху. Ляна побежала к лестнице, хотела подняться, но услышала голос Итана. Он быстрее подскажет ей, что делать!
Спуститься она тоже не успела. Итан ругался с какой-то девицей, а девица причитала, что он женился на драной кошке. Ляна не сразу сообразила, что драная кошка — это она.
Ляна чуть не бросилась вниз, чтобы показать нахалке, кто тут драный, но вовремя остановилась. Итану не понравится, если она вцепится в волосы его родственнице. Ляне даже показываться там нельзя, он твердил, что леди должна иметь гордость. Отвечать на оскорбления — показывать невоспитанность. Тогда-то ее и накрыло окончательно.
Лестница качнулась под ногами, и Ляна вцепилась в перила, чтобы не упасть. В ушах звенело, перед глазами повисла темная пелена. Какой-то животный страх сковал тело, и по спине холодной струйкой потек пот.