Мила Реброва – Сломанная невеста (страница 27)
Когда всё было улажено, я погрузил ее в скорую.
Губы бледные. Дыхание слабое.
Я сел в скорую, вместе с ней.
Рашид с братьями и Зумрат поехали следом.
Дорога домой тянулась долго.
Я смотрел на неё.
Как могли её родные сделать это?
Мало им было ударов?
Мало им было боли?
Бугаи, которые избивали её, не щадили силу. Ударили раз, второй, третий… Рёбра треснули, как сухие ветки под ногами.
Я сжал зубы.
Если бы я пришёл позже…
Нет. Не думать.
Когда приехали, я первым делом отнёс её в дом.
Зумрат тут же взяла ситуацию в свои руки.
– В эту комнату, сюда.
Я зашёл, осторожно положил её на кровать.
Зумрат быстро прикрыла её пледом, поправила повязку на гипсе, погладила по щеке.
Я молча смотрел, как она заботится о ней.
– Ты умеешь ставить уколы? – спросил я вдруг.
– Да.
– Будешь делать?
– Конечно.
Я выдохнул, сдерживая злость.
Рашид стоял у порога, наблюдая за нами.
– Что дальше? – спокойно спросил он.
Я посмотрел на неё.
Её дыхание было тихим, но ровным.
– Пока вылечу, а потом посмотрим. Но обратно она не вернётся.
Зумрат посмотрела на меня внимательно, потом кивнула.
– Ты прав.
Я тяжело сел на стул рядом с кроватью, провёл рукой по лицу.
Она не знала, куда сбежала.
Но теперь она была здесь.
И я не позволю, чтобы её снова сломали.
Сафия
Тьма. Густая, вязкая, затягивающая. Я не помнила, как всё закончилось. Помнила боль. Горячую, разрывающую. Помнила крики. Голоса братьев, требующих крови. А потом… тишина. Я была уверена, что умерла.
Но тьма начала рассеиваться. Сначала я почувствовала тепло. Нечто мягкое под спиной, лёгкость в теле, как будто меня окутали облака. Потом запах. Чистоты, чего-то тёплого, домашнего, женского.
Я с трудом разлепила глаза. Свет ударил по зрачкам, я зажмурилась снова, но через пару секунд попробовала ещё раз. Потолок. Чужой. Я в замешательстве заморгала, медленно перевела взгляд на бок. На стуле рядом сидела женщина. Молодая, с тёмными волосами, в простом платке. Она не сразу заметила, что я очнулась. Но когда наши взгляды встретились, я дёрнулась.
Я не знала её. Я не знала, где я. Сердце в груди забилось чаще, губы задрожали. Я попыталась подняться, но что-то резко пронзило руку, заставив меня вскрикнуть. Боль резанула по телу, я выдохнула и снова упала на подушку.
Женщина тут же подалась вперёд.
– Тише, не двигайся, – голос у неё был спокойный, тихий, без угрозы.
Но я её не знала. Я не знала, что это за место. Я должна была бояться. Я должна была бежать. Но я не могла.
– Где я? – мой голос звучал сипло, как у человека, слишком долго не говорившего.
Женщина немного помедлила, прежде чем ответить.
– Ты в безопасности.
Я не поверила. Я не знала этого слова. Безопасность. Она для меня никогда не существовала.
Я сглотнула, ещё раз попыталась пошевелиться, но боль тут же обожгла руку. Я посмотрела вниз и только тогда заметила белый гипс. Мои глаза расширились.
– Что…
– Тебя сильно избили. Рука сломана. Рёбра тоже.
Я задрожала. Они меня не убили. Они сломали меня.
– Ты дома, – тихо сказала женщина.
Я медленно подняла на неё взгляд. Она смотрела на меня внимательно, будто оценивая мою реакцию.
Я сглотнула.
– Какой…
– Дом моего мужа.
Моё сердце замерло.
Женщина чуть улыбнулась.
– Мужа и его братьев.
Я задрожала ещё сильнее. Я не знала, что это значит.
Но это слово… муж.
Я боялась его.
***
Я медленно приходила в себя. Сознание то всплывало на поверхность, то снова проваливалось в темноту, оставляя меня без ощущения времени и реальности. Всё тело ныло, словно меня били не один раз, а несколько дней подряд. Боль была везде. В каждом вдохе, в каждом движении, даже просто в том, что я существовала.
Я услышала тихий звук рядом. Кто-то двигался осторожно, плавно, будто боялся меня потревожить. Я открыла глаза. Свет был мягкий, приглушённый. В комнате пахло чем-то тёплым, домашним. Чистым.