Мила Младова – Муж моей подруги (страница 18)
- Ребенок, - позвала я Максима.
- С ним все будет хорошо, - сказал Максим.
- Я не могу.
- Ты все можешь!
- Слишком больно.
- Сердцебиение отсутствует, - сказала медсестра.
- Показалась головка, - сказал врач.
Максим все еще держал меня за руку. В его глазах блестели слезы.
- Ты герой, Юля, ты настоящий герой!
Доктор приказал:
- Тужься, - и, сделав глубокий вдох, я сжала руку Максима и сделала еще один, последний толчок.
Облегчение нахлынуло на меня подобно волне. По мере того, как стихала боль, вернулись другие ощущения: ноги дрожали, горло жгло, живот казался тяжелым.
В комнате воцарилась странная тишина. Затем раздалось тихое бормотание, и что-то вроде тумана окружило меня, когда Максим повернулся к врачу и спросил:
- Мальчик или девочка?
- Это мальчик, - сказала медсестра.
Но доктор уже ушел, пересек комнату и склонился над чем-то.
Максим отошел от меня. Направился к врачу. Я не могла слышать ни его слов, ни слов доктора, но по самому тону их голосов я поняла, что что-то пошло не так.
- Что происходит? - крикнула я.
На другом конце комнаты Максим издал мучительный стон.
- Максим? Где мой ребенок?
Я приподнялась и оперлась на локти.
Подошла медсестра и взяла меня за руку.
- Не волнуйся.
- Что происходит? Мой ребенок…
Ко мне подошел врач. Он положил свою теплую руку мне на плечо.
- Мне жаль.
- Я не понимаю. Дайте мне моего ребенка.
- Ты потеряла ребенка, дорогая, - сказала медсестра, касаясь моей другой руки.
- Но это больница, - закричал Максим. - Вы врач! Сделайте что-нибудь.
- Ребенок не дышал, когда родился. Мы не смогли его реанимировать.
Я стряхнула руку медсестры.
- Отдайте мне моего ребенка.
Они так и сделали.
Они вложили в мои руки идеального ребенка - маленького мальчика с миниатюрными пальчиками на руках и на ногах, с черными ресницами, каштановыми волосиками, с темно-синей кожей
- О Боже, - всхлипнул Максим. Слезы текли по его лицу. Он стоял рядом со мной, почти согнувшись пополам от горя.
- Подождите, - снова сказала я. Я посмотрела на своего маленького мальчика, моего идеального ребенка. - Прошлой ночью он шевелился. Прошлой ночью я почувствовала, как он шевелится.
Я прижалась лицом к его лицу и обхватила рукой его крошечную головку.
- Иногда такое случается, - сказала медсестра.
- Но почему? Я сделала что-то не так? Это моя вина?
Я провела руками по спинке своего малыша, пытаясь согреть его.
- Нет, в этом никто не виноват.
- Я должна была приехать в больницу раньше?
Вот и все; я была так уверена в своих детородных способностях, такая самодовольная, ждала до последнего момента, - и была наказана за это.
- Мы не знаем, почему это происходит.
Я посмотрела на своего сына.
- Малыш, - прошептала я ему. - Малыш, пожалуйста, просыпайся.
- Мне очень жаль, - сказал доктор. - Мы оставим вас наедине с ним на несколько минут.
- А что потом? - спросила я.
Он отвел от меня взгляд.
- Потом мы его заберем.
Глава 18
18 августа 2021 года
Больница, в которую мы поедем, находится в Краснодаре. Максим сажает нас на электричку.
- Прости, что я не могу поехать с тобой, - говорит Максим.
- Не переживай, все хорошо, - говорю я ему, полная бравады перед нашим сыном.
День ясный, птицы щебечут, и ничего не предвещает беды.
Через несколько часов мы выходим из электрички и садимся на такси до больницы. Мы открываем тяжелые больничные двери и оказываемся внутри.
Вестибюль большой, просторный и красочный, на стенах нарисованы герои известных детских мультфильмов, глаза Вани загораются. Сначала он бежит к большому аквариуму, затем к самой яркой стене, на которой нарисован волк из «Ну, погоди!».
Я подхожу к регистратуре. Женщина с красивой улыбкой инструктирует меня: нам нужен четвертый этаж.
На четвертом этаже больничный пол украшен большими яркими треугольниками и квадратами.
Алексей Борисович Красников, специалист по пульмонологии, улыбается, приветствуя нас. Я никогда раньше не видела таких приветливых врачей. Сразу видно, что это настоящий профессионал своего дела. Ваня лишь немного нервничает, когда доктор прикрепляет аппаратуру к его рукам.
Мой сын выглядит скорее любопытным, чем испуганным. В кабинете есть много игрушек, но Ваня хочет знать о процессе, хочет услышать настоящие, взрослые слова о том, что с ним делают.
Я смотрю на своего сына. Он очень красивый мальчик, с прекрасными, отливающими золотом каштановыми волосами, которые вьются свободными ленивыми завитками, и огромными глазами, обрамленными густыми ресницами.
- Это нечестно, мама! - упрекала меня Рита. - Почему вы подарили Ваньке эти длинные ресницы, а не мне?
Как будто я имею какой-то контроль над их генетикой!