Мила Любимая – Давай забудем друг друга (страница 19)
– Молодежь, а что это у вас тут происходит? – усмехается отчим.
Мама вразвалочку вошла на кухню и медленно опустилась в кресло-качалку. Дядя Андрей, не переставая улыбаться, направился следом. И пока я прикидывала, как буду объяснять сложившуюся ситуацию, Тарасов сам все решил.
– Мы встречаемся, – выдает Ник на полном серьезе. – Мирослава – моя девушка.
Нашелся тут бойфренд недоделанный. А самое паршивое, что могу сказать? Закатить истерику, типа крестник отчима до меня домогается и проходу не дает? И уж точно, я никому не собираюсь рассказывать о нашем с Ником прошлом. Ни к чему ворошить старое скисшее белье.
– Встречаетесь? – переспрашивает мама. – Не думала, что у Миры есть парень. Но Ник хороший мальчик.
Просто лучше не бывает!
– Вообще-то не предполагал, что у моего крестника есть девушка. – Отчим задумчиво потер подбородок. – Но с нашей Мирой ему фантастически повезло.
И будто нас здесь нет, правда?
– Да не встречаются они! – возмущается Маша. – У Никиты просто на слово «нет» жуткая аллергия.
– Похоже на правду, – хохочет дядя Андрей. – Наша школа, вцепился и не отпускает. Ладно, Ромео, дай передохнуть своей Джульетте. Идемте чай пить. Да, и торт захватите наконец…
Глава 10
Я пожалею об этом
– Обалдеть! – заливисто смеется Савельева. – Так и сказал? Очаровательная самовлюбленность.
Да уж, настолько очаровательная, что уже не знаю, где мне прятаться от Тарасова. Прет словно танк. Свидание ему подавай. Будто не знаю, какое такое «кино» нас ждет. Нашел наивную дурочку. Думает, один раз прокатило, значит, и во второй раз сработает.
– Как хочешь, но ты Сотникова обязана продинамить. – Я умоляюще хватаю Машку за руку. – Двойное свидание – это ад на земле.
– Потому что где-то там очень глубоко внутри хочешь пойти? – усмехается лучшая подруга. – Не знаю, что ты там себе вообразила, но между мной и Димой – этаж жилого дома и мое непревзойденное умение писать курсачи на заказ. Сотня уже отправлен в пешее эротическое.
Я остановилась посреди коридора и недоверчиво посмотрела на Савельеву.
– Правда? Так просто?
– Ну, ты же отшила своего Тарасова, – замечает Маша. – Хотя он будет поупрямее некоторых бабников. Мне даже кажется, будто…
– Что?
– Забей, – отмахивается подруга. – Прикинь, выхожу из редакторской, а Дима заталкивает меня обратно и с ходу заявляет, что я должна пойти на матч в качестве его фиктивной ляльки. Видите ли, друг по девушке сохнет, а эта невыносимая зазноба ломается, аки неприступная крепость. Даже узнал откуда-то про мой любимый фильм… надо было видеть, как он пытается меня уболтать.
– На двойное свидание? – Я улыбаюсь. – Хочу знать все! Рассказывай.
– Да нечего рассказывать. Просто сказала, что не пойду с ним. Никуда и никогда. Ты же знаешь, как этого парня не перевариваю. Мне хватило одиннадцати лет за одной партой. Чур меня!
– А Дима? Проглотил и ушел? Отфутболили, и ладно?
Что-то не сходится, то он хороводы вокруг Савельевой наворачивает, то они переписываются, словно влюбленные голубки, а тут…
– Не совсем. – Маша осекается, нервно сцепив руки между собой. – Было еще.
Так-так-так, а вот с этого места, пожалуйста, поподробнее.
– Целовались? – пробую предсказать дальнейший ход истории.
– Фу, нет! – И подруга принялась активно махать руками. – Господи, Мира! Теперь как представлю, что его губы… фу! Он же с половиной универа уже микробами обменялся через слюни. Просто сказал, что… что… я все равно сломаюсь, как и все. Вот.
Действительно, фу. Какой противный мальчик! Только мне сдается, Маша половину недоговаривает.
– О! – Решаю подыграть ей и перевести все в шутку. – Это очаровательная самовлюбленность, Маш.
Мы синхронно рассмеялись, но после пришлось разойтись по делам. Маша ушла в университетскую библиотеку, а я отправилась в аудиторию зарубежной литературы взять у преподавателя дополнительный список книг. С Савельевой мы должны были встретиться в читальном зале через пятнадцать минут. Вот только все пошло не по плану, и вместо Александра Степановича по помещению слонялся Авдеев собственной персоной.
Очень интересно…
– Что ты здесь делаешь? – осторожно спрашиваю я.
С Егором мы не виделись с тех самых пор, как он застал нас с Ником в одной комнате. В тот самый момент, когда я стояла с футболкой Тарасова в руках. Но мне глубоко фиолетово, что думает обо мне бывший парень и в какой последовательности. Он уже себя показал со всех сторон, по горло хватило.
– Препода жду, – коротко отвечает Егор, скользя по мне задумчивым взглядом. – Как дела?
– Нормально. Вот нужен список литературы для курсовой работы. И Александр Степанович курирует мой диплом.
– Ясно. – Парень принялся ходить из угла в угол, чем жутко меня нервировал. – А как вообще? Вне учебы?
– Тоже хорошо.
Разговаривать с Авдеевым не сильно хотелось. Между нами так и сквозило напряжение.
– Я говорил серьезно, – вдруг произносит он. – Ник рассказал тебе или нет?
– Что рассказал?
– Значит, нет.
Он подошел максимально близко и потянул дверь на себя, запирая нас двоих в аудитории. Непроизвольно напряглась, но виду не подала. Мало ли он что там за тайны страшные выдавать собрался. Любопытно…
– Мира. – Он почти прижимается ко мне своим телом.
Ощущаю его горячее дыхание на своем лице. Хочется отстраниться, потому что это мне как минимум неприятно. Наверное, именно сейчас окончательно и удостоверилась, что никогда не воспринимала Егора в качестве парня.
– Давай попробуем сначала. Ну идиот, распсиховался.
Вот, значит, как теперь это называется?
Я, конечно, понимаю, что у каждого в жизни должен быть свой персональный псих, но спасибо, обойдусь.
– Егор… Хватит, мы давно с тобой все решили. Не нужно пытаться включить самодельную машину времени.
Он зажал меня в самом углу и зафиксировал руки за спиной так, что даже не пошевелиться. И если Ник просто наглел, то Егор реально откровенно распускал руки, и мне это сильно не понравилось. От страха сердце перешло на бешеный ритм, а кожа покрылась противными мурашками.
– Авдеев, убери свои руки. Я на помощь позову, и тебе не поздоровится!
– Некого звать, все уже на матче. – И от этих его слов все внутри мгновенно стынет. – Только ты и я, Мира. Ты и я.
Мама!
Почти не успела испугаться, как дверь вылетела с другой стороны. В следующую секунду в образовавшийся проем вытащили и Егора. А я как стояла, прижавшись к стене, так и осталась на своем месте.
– Ты в порядке? – Ник обхватывает мое лицо обеими руками и смотрит в глаза. – Князева?
Боже, это он.
Жутко самой себе признавать, но я безумно рада ему.
– Нормально. – Мой голос немного дрожит. – Спасибо. А ты что здесь делаешь?
– Савельева сказала, где тебя найти, – отвечает он уклончиво и отходит чуть в сторону. Глядит как-то хмуро и опускается на корточки у моих ног. – У тебя чулки все сползли.
Ухватил пальцами за края и потянул наверх, заботливо поправляя чулок. Затем то же самое проделал со вторым. Поблагодарила всех богов, что на улице холодно и я ношу тканевые чулки поверх капроновых колготок. Но было в его прикосновениях что-то милое, теплое, по-настоящему волшебное и уютное. От чего мое сердце таяло, словно лед под натиском высокой температуры.
– Теперь пошли. – Он поднимается и берет меня за руку. Держит крепко, не давая вырваться. – Идем, домой отвезу.
– А матч? – внезапно вспоминаю я. – Кто выигрывать будет?
– Фиолетово, ты меня волнуешь немного сильнее.